Сабина Реймс – Мой босс Дьявол! (страница 20)

– Это был чудесный вечер. Надеюсь, мы еще встретимся, Алиса. Ресторан пришлет мне чек, так что ни в чем себе не отказывайте.

– Спасибо… – Вытаскиваю руку из его ладоней.

– И Алиса, подумайте над моим предложением.

Я киваю, а он быстро уходит. Падаю обратно на стул, нервно проводя руками по волосам.

Вечер был не плохой, но эти его поцелуи…

Я решаю не отказывать себе в десерте, поэтому спустя несколько минут передо мной лежит ароматный брауни с шариком ванильного мороженого.

Неосознанно бросаю взгляд на босса. Мои глаза распахиваются в удивлении, когда я вижу рядом с ним шикарную блондинку. Неприятное чувство появляется в груди, когда она проводит рукой по плечу мистера Стрейджа. Сам он выглядит скучающим, его взгляд устремлен в мою сторону, поэтому я делаю то, что не делала никогда. Я флиртую.

Зачерпнув ложкой немного мороженого, я кладу ее в рот, специально оставляя холодную каплю на губе. Мои глаза не отрываются от мужчины, когда я подхватываю ее пальцем и слегка погружаю в рот.

Черт возьми, что ты делаешь, девочка?

Видимо, моя неумелая попытка флиртовать работает, потому что босс слегка опускает голову и смотрит на меня исподлобья. Блондинка рядом, продолжает, что-то говорить, когда он залпом допивает свой стакан, ставит его на стойку и идёт ко мне. Девушка растерянно остается стоять на месте, а на моих губах расползается улыбка. Опустив голову, я продолжаю, есть свой десерт, делая невинный вид.

Босс садится на место Левента, закидывая ногу на ногу. Я специально отказываюсь смотреть на него, не желая начинать диалог. Но и он тоже ничего не говорит. Просто сидит и смотрит, как я ем. Мне становится крайне неловко, поэтому я отодвигаю тарелку, достаю контракт и кидаю перед ним на стол.

– Слишком долго. Мне пришлось потрудиться, чтобы выпроводить его, но и ты особо не спешила.

Мои брови сходятся на лбу в замешательстве.

– Что? Это вы что-то сделали в его офисе?

Он кивает, проверяя подпись Левента.

– Зачем? Мы просто разговаривали. Левент вел себя галантно, в отличие от вас. Вам надо придержать свою манию величия и понять, что вы не можете управлять чужими жизнями щелчком пальцев.

– Могу и буду. – Он бросает взгляд на салфетку с цифрами, которую оставил для меня Левент. – Это еще что?

Я хватаю салфетку, но мистер Стрейдж накрывает мою руку своей и крепко держит за запястье.

– Отпустите, мне больно. – Шепчу я, стараясь не привлекать внимание других посетителей.

– Я спросил. Что. Это. – Его голос холодный. Он зол. Очень.

– Вас это не касается! – Пытаюсь вырвать руку, но все безуспешно. Он сжимает ее сильнее и тянет на себя, что мне приходится лечь всей грудью на стол.

– Не касается, да? – Шипит он, притягивая меня ближе. Чувствую аромат скотча, когда он говорит: – Здесь ты ошибаешься, маленькая мышка. Все связанное с тобой, касается меня в первую очередь. Ты должна запомнить, что если помахать перед быком красной тряпкой, он обязательно бросится.

Я выдергиваю руку и резко встаю с места.

– Пошел ты!

На улице прохладно, но я даже рада. Мне срочно надо остыть. Поэтому я сворачиваю за угол и иду в сторону дома.

Мысли вертятся вокруг слов босса. Что он вообще позволяет себе?

Разговаривает со мной так, будто я принадлежу ему. Но я никому больше не буду принадлежать. Никогда.

Дьявол! Ненавижу его.

За все двадцать четыре года моей жизни, я никогда никого не посылала. Даже в мыслях. Даже Люка за его предательство.

Мистер Стрейдж, отпирает все мои запертые двери и выпускает всех демонов одним лишь взглядом.

Пусть меня теперь уволят, плевать. Но какого черта, он позволяет себе так общаться со мной? Я была добра к нему, помогла с контрактом и что получила в ответ? Гадкие комментарии.

Да, иногда он смотрит на меня так, будто хочет съесть, а иногда, как на грязь под ногами.

Этого мужчину трудно понять и невозможно изменить. Наше общение стремительно переходит все мыслимые грани, и мне нужен отдых. Отдых от него, время, чтобы я смогла возвести стены и прочертить границы, потому что он их размыл.

Мне нужен контроль.

В любом случае, я не намерена терпеть его вседозволенность. Новая Алиса сможет постоять за себя и Ричард Стрейдж будет первым в её списке дерьма.

Сама хороша. Решила пофлиртовать? Получай.

Глупый голос в голове еще больше портит мне настроение. Ноги на каблуках начинают ныть, я пытаюсь понять, сколько мне еще до дома, но не узнаю квартал, в который забрела.

– Садись в машину. – Испуганно оборачиваюсь, но вижу своего босса. По крайней мере, это не грабитель или насильник. Хотя я уже не знаю, что хуже.

– Я почти пришла. – Говорю я, продолжая идти. Слышу, что машина медленно следует за мной.

– Ты идешь в противоположенную сторону от своего дома. Садись в машину, пока я не запихнул тебя силой.

Я останавливаюсь и снова смотрю по сторонам. Черт возьми. Я действительно плохо знаю этот район и прошла уже достаточно много, чтобы идти обратно пешком. Ноги болят, поэтому, я побеждено выдыхаю, разворачиваюсь и сажусь в машину.

Босс больше не за рулем. Видимо, из-за того, что он выпил, вызывал водителя, который полностью игнорирует происходящее.

Дьявол двигается к противоположенной двери, освобождая мне больше места.

Спасибо и на этом.

На его лице снова эта самодовольная ухмылка, которую я тут же хочу стереть.

– Не смотри на меня, не прикасайся и не разговаривай.

Он улыбается шире, и я на секунду застываю от вида.

– Снова на ты?

– Плевать. – Отворачиваюсь к окну, показывая всем видом, что не желаю с ним разговаривать. Машина движется по ночному Нью-Йорку, отбрасывая свет от фонарей в салон. Мы молчим некоторое время, прежде чем он спрашивает: – Что было на салфетке?

Боже, как же он достал меня.

– Моя будущая зарплата на должности архитектора в компании Левента.

Он молчит. Мне хочется обернуться и посмотреть на его лицо. Прочитать его мысли. Но я слышу только быстрое постукивание его пальца по бедру.

– Так он хочет купить тебя?

Резко оборачиваюсь. – Я не проститутка и не вещь, меня нельзя купить.

– Но именно так это и выглядит. Я работаю с Левентом давно и знаю, сколько получают его сотрудники. Он оказался очень щедр к той, кого не знает и не видел в деле.

Я тоже подумала об этом, но никогда ему этого не скажу.

– Это не важно… Я сказала, что подумаю.

Он тяжело вздыхает и сжимает руку на бедре в кулак. – Ты работаешь со мной.

– Серьезно? Так вы в курсе? – Насмешливо говорю я. – Только вот если вы все же помните, что я ваш ассистент, то почему я узнаю от третьих лиц, что вы улетаете на несколько дней? Почему выставляете меня дурой, хамите, манипулируете и угрожаете? Я делаю все, что вы просите. Причем делаю это идеально, а я на секунду архитектор с высшим образованием, а не девочка на побегушках. И все же, я, молча выполняю, каждый ваш приказ, а вы кормите меня своим дерьмом и не уважаете. – Выпаливаю на одном дыхании.

Чувствую, как оковы злости слетают с моих рук и шеи.

Отношения между нами накалялись с каждой минутой, проведенной вместе и вот я, наконец, освободилась.

Горький смешок вырывается из моего рта, когда босс ничего не отвечает. Наверно, ему нечего сказать. Может, он даже понимает, что я права, но никогда не поставит себя в уязвимое положение, признав это.

Глава 8

Понедельник. Когда, я училась в университете, то любила понедельники и ненавидела их одновременно. Каждые выходные я запиралась в своей комнате, читала книги, смотрела фильмы, писала курсовые для себя или для Люка. Все что угодно лишь бы не выходить на улицу. Но в понедельник, мне нужно было идти на учебу. Это был единственный предлог, почему я должна выйти и каждый раз я боялась этого дня и ждала. С годами, благодаря моему психотерапевту, я смогла, наконец, придумывать себе поводы выйти куда-то в выходные. Понедельники перестали быть чем-то особенным и иногда, я даже скучала по этому чувству.

Кстати, именно в одни из таких выходных я и застала Люка с его любовницей. Это был первый раз, когда я осмелилась выйти и хотела сделать ему сюрприз. Люк сказал, что будет весь день работать над докладом и даже предложил мне составить ему компанию, но я отказалась. Он был уверен, что я буду сидеть в своей комнате, как обычно, но ошибся. Сейчас, размышляя об этом, я вспоминаю, как мой парень, почти каждые выходные ездил в Питтсбург к родителям. Он говорил, что скучает по дому и всегда звал меня с собой, зная, что я откажусь. Думаю, он был с другими девушками всё это время и, возможно, никуда даже не ездил. Этот понедельник стал исключением. Уже с утра все шло наперекосяк. Мои виски пульсировали от головной боли, а предстоящая встреча с боссом выводила из равновесия. Пытаясь оттянуть поездку в офис, я бесцельно бродила по квартире, хотя нужно было собираться. Когда я, наконец, вышла – в белом платье в черный горошек и сделав на голове небрежную косу, то обнаружила, что уже почти половина девятого. Забежав в придорожный киоск, я купила стаканчик кофе для мистера Стрейджа. Вероятно, как только он его попробует, то вся жидкость окажется на моей голове, потому что даже я не стала бы такой пить. Надеюсь, что он не станет его пробовать, а просто выкинет, обнаружив, холодный напиток. Приложив пропуск к турникету ровно в восемь пятьдесят девять, я неслась к лифту, который закрывался прямо перед моим носом. Видимо, кто-то из пассажиров заметил меня, потому что двери вновь стали открываться. Маленькая надежда, что я успею раньше своего босса мелькнула перед глазами, но тут же погасла, как только я оступилась о маленький порожек и влетела в широкую грудь Ричарда Стрейджа. В кабине повисла такая густая тишина, что мне показалось, я слышу, как моргает девушка рядом. Я даже не заметила, что зажмурилась, потому что когда открыла глаза, передо мной предстало огромное коричневое пятно на белоснежной рубашке моего босса. Думаю, это конец. Еще вчера, я высказала всё, что думаю о нем, кричала, что ассистента лучше меня не найти и вот чем это закончилось. Теперь, он точно меня уволит. – П-простите…– Мямлю я, когда кто-то нажимает на кнопку и лифт трогается. Все уставились на нас, ожидая реакции генерального директора, который не двигается. Мне казалось, что он даже не дышит. Поднявшись на нужный этаж, босс выходит с гордо поднятой головой, будто его одежда не испорчена и следует к своему кабинету. Опустив голову, я иду за ним, но периферией замечаю, как весь этаж уставился на нас. Моё лицо горит от стыда, я ненавижу лишнее внимание, и мне хочется провалиться сквозь землю. Он заходит в кабинет, а я останавливаюсь у своего стола и начинаю судорожно переставлять предметы канцелярии. Господи, пожалуйста, помоги. Я была грешна в последние дни, вела себя недостойно, но я исправлюсь… – В кабинет, мисс Джонсон! Сейчас же! – Громкий голос, доносящийся из динамиков селектора, прерывает моё подобие молитвы. Я прикрываю глаза и иду в кабинет генерального директора. Нет смысла тянуть. Пусть сделает это быстро, как с пластырем. Считаю шаги, пока достигаю центра кабинета. Виновато смотрю в пол, боясь встретиться с черными глазами, но решаю, что извиниться еще раз не будет лишним. – Простите, мистер Стрейдж. Я плохо спала, утро выдалось ужасным и … – Ты издеваешься? – Прерывает меня резкий голос, и я поднимаю голову. Лучше бы я не делала этого, потому что теперь не могу оторвать взгляд от того, как длинные пальцы расстегивают пуговицы испачканной рубашки, оголяя широкую грудь. – Почему меня должно волновать, как прошло твоё утро? Ты требуешь уважения, а потом выкидываешь подобное. Я увольнял и за меньшее, так что впредь оставляй свои проблемы за пределами офиса. Мне хочется кричать. Сказать, что это он виноват в моем поведении, что именно он выводит меня из равновесия, но я просто открываю рот, затем закрываю его. Я смотрю, как он скидывает рубашку на пол, оставаясь обнаженным по пояс.