Сабин Дюран – Выслушай меня (страница 50)

– Господи, да уже завтра в эту газетенку будут заворачивать сэндвичи, – то и дело повторяла она, хотя мы все прекрасно понимали, что к тому времени статья уже успеет причинить нам большой ущерб.

– Сейчас самый подходящий момент, чтобы выложить, что у кого на душе, – сказал Джефф. – Ну что, кто-нибудь хочет высказаться?

Шрейа захотела «обсудить» пару вопросов, поднятых в материале, в частности, «культуру языка» и проблему использования в офисе грубых выражений. Джефф пообещал держать себя в рамках – или, как тут же перефразировала его слова Шрейа, «проявлять к сотрудникам больше уважения». Эмма изъявила желание поговорить о комментарии Джеффа по поводу «содомии» и раз и навсегда закрыть этот вопрос. Джефф еще раз извинился.

– Я просто пошутил, – сказал он. – Ну, то есть, говорил я не всерьез это точно. Нет, правда, это было некое подобие шутки. Мне хотелось уязвить политкорректный мир, в котором сказать что-либо подобное означает шокировать окружающих.

– Учитывая, что нам всем известно, насколько распространена в этой стране практика сексуального насилия в отношении детей, а также в свете последних разоблачений, касающихся этой темы, вы готовы согласиться с тем, что на самом деле шутка получилась, мягко говоря, не очень смешная? – поинтересовалась Эмма.

– Да, – сказал Джефф и утвердительно кивнул. – Это справедливое замечание. Приношу свои искренние извинения.

– Хорошо сказано, – шепнула Мэри на ухо Джеффу, когда совещание закончилось и сотрудники стали выходить из переговорной комнаты.

Я продолжал сидеть за столом. Непосредственно мне никто так и не сказал до сих пор ни слова упрека, но меня не покидало тягостное чувство, что все просто сдерживаются. При этом мне было непонятно, почему в роли главного виновника случившегося должен был выступать я. Да, именно я привел Джемиму в офис. Да, формально она была моей практиканткой. Но именно Джефф наделал самых ужасных ошибок.

Впрочем, по большому счету мне и так все было ясно. «Из тебя никогда не выйдет толку, – часто говорил мне отец. – Ты просто ошибка природы».

В бизнесе и вообще в жизни не кризис определяет, кто ты есть и кем ты станешь, а то, как ты на него реагируешь. Все было просто. Сотрудники уже отреагировали должным образом на возникшую критическую ситуацию, а я – нет.

Она

Мир был полон препятствий и ловушек. Ричард. Джепсом. Индиа. В понедельник я обнаружила, что Ясмин, словно хищный паук, поджидает меня у ворот детского сада.

Она болтала о чем-то с Роуз и еще одной женщиной, но, увидев меня, сразу же перестала участвовать в беседе. Поприветствовав меня, она с сочувственной улыбкой поинтересовалась:

– Ну, как там Маркус?

Что, спрашивается, я должна была сделать в этой ситуации? Проигнорировать вопрос? Сделать вид, что ее дурацкая статья настолько не важна для нас, что мы ее даже не прочитали? Или попытаться пристыдить ее, заставить ее почувствовать себя виноватой?

– Спасибо, он в порядке.

Ясмин несколько раз подряд кивнула. Уголки рта ее по-прежнему были вздернуты, но глаза оставались холодными.

– Вот и хорошо. Я рада. Такие вещи быстро проходят и забываются. Надеюсь, он не воспринимает это как выражение какой-то личной неприязни.

– Я полагаю, что, поскольку мы вроде бы дружим, а вы недавно обедали у нас дома, он почувствовал некоторое разочарование по той причине, что вы его не предупредили.

– О боже. – Ясмин рассмеялась и метнула быстрый взгляд на двух других стоящих рядом женщин. – Насколько я понимаю, вы говорите о моем материале в газете. По правде говоря, я не думала, что вы придадите ему такое значение.

Мне вдруг показалось, что земля у меня под ногами качнулась.

– А вы что имеете в виду?

– Статью в «Мейл», конечно.

– В субботу? В конце концов все оказалось не так уж страшно. Маркус ужасно боялся выхода этого материала, но… – Я перехватила взгляд Ясмин и поняла, что она говорит о чем-то другом. – Но, насколько я понимаю, вы имеете в виду не субботнюю статью, верно?

Ясмин отрицательно покачала головой.

– А какую тогда?

Роуз сделала шаг вперед.

– Мне пора домой – кормить Нелл. Ты пройдешься со мной? – спросила она, глядя на меня.

– О какой статье речь? – повторила я свой вопрос, продолжая смотреть на Ясмин.

– Не волнуйтесь, – попыталась успокоить меня Ясмин. – Она в основном не о Маркусе – он отделался на удивление легко. В основном в статье речь идет о компании. Но скажу честно: ни Маркусу, ни агентству материал на пользу не пойдет.

Я повернулась к Роуз.

– И о чем же идет речь в статье?

– Я не знаю, – ответила Роуз и пожала плечами, давая понять, что ничего особенного не произошло. – Я ее не читала.

– Пожалуй, вам следует ее найти и прочесть, – посоветовала Ясмин. – Статья напечатана в сегодняшнем номере «Мейл». Пожалуй, когда Маркус вечером вернется домой, потребуется хороший ужин, чтобы его подбодрить.

По дороге домой я купила газету в магазине на углу и, найдя статью, о которой говорила Ясмин, прочла ее, сидя за кухонным столом.

Материал назывался «Признания “практикантки”: как я провела неделю в офисе одной из ведущих лондонских пиар-фирм». Текст я проглотила меньше чем за минуту, хотя общий смысл статьи поняла в первую же секунду, когда увидела заголовок.

Сложив развернутую газету, я несколько секунд размышляла. Было очевидно, что статья могла иметь очень нехорошие последствия. Ни одно пиар-агентство не хочет стать объектом гуляющей по рынку «истории». Джефф, конечно, вел себя по-идиотски. Я очень живо представляла себе, как он произносит дурацкую фразу про педерастию. Он наверняка сказал эти слова в качестве рискованной шутки, чтобы вызвать легкий шок. Но вот то, что он взял с собой несовершеннолетнюю девушку в стриптиз-клуб – это было настоящее безумие. Честно говоря, я была раздражена тем, что Маркус ничего мне не рассказал. Что же касается истории с «Сэвен Найтс», то она была наполовину сфабрикована – таблоиды часто прибегают к подобным грязным приемам. Маркус в отеле не ночевал – это я знала точно. Появление Дэйва Джепсома привело его в такое состояние, что он предпочел уехать домой, ко мне. И слава богу, потому что в противном случае все это могло бы всерьез меня расстроить. Но в таких ситуациях реальные факты никого не интересуют. Главное – впечатление, которое создают подобные истории. Репутация строится на мнениях людей о том, что представляет собой та или иная компания или тот или иной человек. И в этом смысле то, что случилось, действительно таило в себе серьезную угрозу. Я зашла на сайт компании «Хэуик Николсон». Там уже было размещено заявление, но оно, на мой взгляд, слишком привлекало внимание. Его следовало переместить с главной страницы куда-нибудь вглубь. Я искренне надеялась, что Маркус помнит о том, что работать нужно не только с клиентами, но и с акционерами, в том числе персонально, и предпринимаемые им действия должны охватывать всех, не позволяя никому почувствовать себя в изоляции.

Я попыталась связаться с Маркусом по мобильному телефону. Звонок сразу же был переадресован на голосовую почту. В «Эклунде» у нас имелся список из «шести главных вопросов»: кто попал в кризисную ситуацию, что именно произошло, где это случилось, почему и когда, и снова – кто окажется крайним?

Я набрала городской номер компании и поговорила с Гейл. Она сообщила мне, что Маркус на совещании.

– Ну что, все плохо? – спросила я.

– Да вообще-то не здорово.

– И кто будет крайним?

Гейл издала смешок, но ничего не ответила.

– Попросите Маркуса позвонить мне, если у него будет время.

– Хорошо.

В тот день я решила отвезти Джоша в кино, на фильм с участием Питера Джоунса – просто чтобы не торчать дома. Маркус мне так и не перезвонил, а сидеть и ждать мне было невтерпеж.

На тротуаре я увидела припаркованный с нарушением правил мотоцикл. Мотоциклист в кожаных доспехах сидел в седле, склонившись вперед, затемненный пластиковый козырек его шлема был опущен. Казалось, что он ждет кого-то – или чего-то.

Как только мы вышли из ворот, мотоцикл взревел двигателем и сорвался с места. Промчавшись до конца прямого участка дороги, он свернул налево, предварительно помигав поворотником. Еще минуту-другую я слышала звук мотора. Затем он, по всей видимости, свернул на магистраль и окончательно исчез.

Инстинктивно я привлекла Джоша к себе, словно тем самым могла защитить его от шума и выхлопных газов. В ту же секунду зазвонил мой мобильный телефон.

Надеясь, что это Маркус, я выпустила руку сына и поднесла телефон к уху.

– Ты звонила? – раздался в трубке голос Ричарда. Слышно было плохо – в микрофон врывался шум уличного движения. Кроме того, до меня доносилось дыхание Ричарда – он, судя по всему, быстро шел по улице. – Может, встретимся? У меня есть пара часов свободного времени. Скажем, в том кафе в Далвиче? Или у меня на квартире? Или, может, где-нибудь поближе к тебе?

– Послушай, перестань. Это не смешно. Ты получил мое сообщение?

Джош бежал по тротуару передо мной. Я прибавила шагу, чтобы нагнать его.

– Тесса, я ничего не понимаю. Почему ты не хочешь, чтобы я встречался с Маркусом? Что бы о нем ни писали в газетах, в своем деле он хорош.

Теперь я уже практически бежала следом за Джошем.

– Пожалуйста, не делай этого.

– Сейчас я мог бы добиться от него снижения цены контракта.