Саад эль-Шазли – «Только с русскими!» Воспоминания начальника Генштаба Египта о войне Судного дня (страница 21)
– 20 самолетов МиГ-23 в течение 1972 года, на которых будут летать русские летчики, пока их не сменят египтяне;
– бригада передвижных ЗРК «КВАДРАТ», известных на Западе как САМ-6;
– дивизион 180-мм артиллерийских орудий. Один дивизион 240-мм минометов. Три понтонных моста. Кроме этого, Советы согласились оказать масштабную помощь собственной промышленности Египта по производству оружия. Они помогут нам производить:
– 120-мм пушки Д-30;
– 23-мм спаренные зенитные пушки:
– автоматы АКМ;
– противотанковые гранатометы РПГ;
– окажут помощь в реализации нашей обширной программы производства боеприпасов: 23-мм снарядов для зенитных орудий, 82-мм снарядов для пусковых установок Б-10, боеприпасов для 120-мм минометов, 122-мм снарядов для пушек М-30; снарядов того же калибра для пушек Д-30; 130-мм снарядов для пушек М-46; 152-мм снарядов для гаубиц; реактивных снарядов для РПГ и ручных кумулятивных гранат РКГ.
Советы брали на себя также строительство заводов в Египте по производству некоторых других видов техники и запчастей: запчастей для самолетов МиГ-17, МиГ-21 и СУ-7; завод по производству сбрасываемых топливных баков, другой по производству радаров Б-15; еще один по производству радиостанций для танков Р-123 и Р-124.
Что касается оперативных вопросов, советский министр обороны маршал Андрей Гречко согласился с просьбой египтян о том, чтобы советские эскадрильи истребителей, которые уже базировались в Египте, вместе с нашими силами ПВО защищали нашу территорию протяженностью до 16 км на восток от линии соприкосновения египетских и израильских войск. (Советский командир в Египте хотел проводить действия к западу от 32 долготы).
Садек сообщил нам, что он также попросил русских наладить в Египте производство вертолетов Ми-24. Политическое руководство отказалось это сделать, но в частной беседе Гречко сказал ему, что еще раз рассмотрит этот вопрос позже.
4 ноября: президент созвал совещание узкого круга своих военных советников: Садека, меня, Хасана (заместителя министра), Багдади (ВВС), Фахми (ПВО), Нассефа (Президентская гвардия), и Окунева (Главного советского советника). Президент сделал три объявления:
ПЕРВОЕ: накануне он провел совещание Совета национальной безопасности и приказал мобилизовать все ресурсы страны, необходимые для предстоящей операции;
ВТОРОЕ: он немедленно принимает на себя звание Главнокомандующего Вооруженными силами;
ТРЕТЬЕ: 11 ноября он планирует объявить, что отзывает свою мирную инициативу от 4 февраля, согласно которой он предложил возобновить судоходство по каналу на определенных условиях.
Он обратился к генералу Окуневу: «Для вашего сведения, – сказал он, – мы информировали американцев, что собираемся войти на Синай, даже если у нас будут только винтовки». В ответ Окунев сообщил три следующие новости: самолеты Ту-16 вместе с учебными группами скоро прибудут в Египет; русские сразу же начнут обучать наших пилотов и штурманов. Маршал Гречко, министр обороны СССР, просит прислать персонал нашей бригады КВАДРАТ для обучения в Советский Союз, потому что в Египте невозможно создать учебную базу (президент сразу же ответил, что он предпочитает провести обучение в Египте; мы сделаем все, чтобы устранить возможные препятствия. Этот вопрос решен не был. Окунев сказал, что должен доложить в Москву). Наконец, Окунев сказал, что он получил из Советского Союза полные разведывательные данные съемки Синая со спутника. Эта пленка будет передана в наше распоряжение.
В конце совещания президент приказал Садеку подготовить для него кабинет в здании Министерства обороны, чтобы он мог в любое время посещать Генштаб. Для него были оборудованы апартаменты на втором этаже с личным лифтом из-за слабого сердца президента. (См. Приложение «Комментарии к совещаниям у Садата»).
19 ноября: президент созвал совещание на авиабазе в Иншасе с участием Садека, меня, Багдади, Нассафа, генерала Хосни Мубарака (начальника штаба ВВС, второго по старшинству командира после Багдади), Окунева и советского посла в Египте Владимира Виноградова.
Президент Садат: «Вчера я встречался с Дональдом Бергусом [чиновником госдепартамента США, представляющим интересы США в Египте]. Я сказал ему следующее: до настоящего времени мой опыт контактов с вами, американцами, не позволяет мне доверять вам. Я выдвинул инициативу по возобновлению судоходства по каналу. Теперь вы пытаетесь превратить ее в некую новую договоренность, которая выгодна одному Израилю. Ранее американцы спрашивали меня, возможно ли продлить действие соглашения о прекращении огня (шестимесячное), если, согласно моей инициативе, Израиль выведет войска. Я отвечал, что да, его возможно продлевать максимум на год отдельными соглашениями на три месяца каждое. Вчера я все эти предложения снял. Бергус спросил меня: „Должен я информировать Вашингтон, что вы нам не доверяете и не будете иметь с нами дел, пока Израиль не ответит на вопросник посла Ярринга?“. Я сказал – „Да“».
Г-н Бергус продолжал: «Нам известно, что у вас теперь есть новые бомбардировщики Ту-16, способные запускать сверхзвуковые ракеты. Эта система вооружения предназначена в основном для бомбардировок кораблей флота. Поэтому Соединенные штаты глубоко обеспокоены. У нас нет другого выбора, кроме как рассматривать появление этого оружия в качестве серьезного фактора, влияющего на баланс сил между нами и Советским Союзом в этом регионе».
«Я сказал Бергусу: я не собираюсь объявлять войну США. Но вы должны понимать, что на удары, наносимые внутри территории Египта, мы теперь будем отвечать ударами по территории Израиля. Вместо того, чтобы выражать обеспокоенность, вам надо стыдиться своих действий. Вы поставляете в Израиль „Фантомы“, которые наносят удары по глубине нашей территории. Но когда у меня появляется оружие для ответного удара, вы выражаете обеспокоенность. Почему?»
Президент продолжал: «Теперь американцы вызвали в Вашингтон генерала Даяна. Без сомнения, они сообщат ему о наших самолетах Ту-16. Я опасаюсь только того, что когда противник узнает об этом, он может нанести внезапный удар. Поэтому я попросил Советский Союз предоставить нам разведданные М-500 и со спутника по Синаю и Израилю».
Командующий ВВС генерал Багдади в какой-то момент прервал президента, чтобы высказать свои опасения в отношении бесполезности ракет на Ту-16. Очевидно, его главный технический советник сказал ему, что максимальная их скорость составляет всего 1 200 км/час. По его мнению, скорость меньше 2 чисел М ничего не даст. Генерал Окунев ответил, что у Багдади неверные сведения и сообщил истинные технические характеристики. (Я не вижу причин открывать военную тайну дружественной страны, поэтому их здесь не привожу). Однако Окунев добавил, что есть проблемы с подготовкой летчиков. Чтобы летать на Ту-16, штурман должен налетать 500 часов.
Затем Багдади поставил еще один вопрос. «Чтобы подготовить к ведению боевых действий 50 самолетов МиГ-21 ФМ, которые нам обещали [в октябре] поставить в течение 1971 года, потребуются три месяца, поэтому мы надеемся на их скорейшее прибытие. Еще не готова мастерская для ремонта и обслуживания их двигателей. Мы надеемся, что Советский Союз незамедлительно закончит ее подготовку».
Президент обратился к советскому послу. «Прошу Ваше превосходительство попросить руководство СССР как можно скорее прислать нам то, о чем мы договорились, и сообщить нам ожидаемые даты поставки. Я также просил бы ускорить работы на авиационном заводе и ремонтной мастерской».
Никогда ранее наши отношения с Советским Союзом не были более плодотворными. По октябрьскому соглашению мы могли получить все необходимые вооружения. Советские представители в Египте явно стремились уладить все проблемы. Я покинул совещание с чувством уверенности, чтобы в тот же день сопровождать президента в его поездке в войска – части спецназа и Второй армии. Проведя ночь в Исмаилии, мы поехали посетить части Третьей армии и вернулись в Каир 20 ноября.
Пришло время обратиться к другим нашим союзникам из числа арабских стран. С 21 по 26 ноября я встречался с начальниками Генштабов вооруженных сил всех арабских стран, чтобы подготовить почву для проведения в конце ноября первого заседания Совета коллективной обороны арабских государств. Я не предполагал, что это заседание Совета коллективной обороны не только будет решающим в деле поиска подкреплений для наших сил, но и положит начало конфликту между мной и Садеком.
Когда президент Насер поставил во главе Вооруженных сил маршала Абдель Хакима Амера, его первой задачей было не допустить повторения случившегося летом 1967 года. С этой целью он решил установить личный и непосредственный контроль над тремя управлениями Генштаба: Управлением разведки, Управлением кадров и Управлением финансов. Через них он имел возможность влиять на дела всех других составных частей Вооруженных сил. Управление разведки сообщало ему, кто из офицеров «лоялен», а кто – нет. Действуя через Управление кадров, которое занимается вопросами карьерного роста и назначения на должности, он мог продвигать вверх лояльных, оставляя без повышения сомневающихся. Управление финансов давало ему возможность решать вопросы, как он говорил, «не отходя от кассы». Лояльных неплохо вознаграждали.