С. В. – Год Белого Дракона (страница 9)

С утра, в пульмановском вагоне он отбыл в Москву в сопровождение гида, продолжая в дороге писать свои "воспоминания о будущем", начатые ещё на пароходе. Свои "воспоминания" Иван разбил на две части, в первой достаточно лаконично описал все важные и знаковые события в мире, до января 2014 года. По-крайней мере те, что смог вспомнить. Во второй части, собрался максимально подробно осветить события ближайших пяти — десяти лет. К досаде Ивана, "воспоминания о будущем", давались с большим трудом. Он то считал, что хорошо знает историю, но без своего ноута и планшета, к своей досаде, убедился в фрагментарности своих знаний и зияющих в них лакунах. Да же те моменты истории, что как ему казалось, он знал и помнил на ять, вдруг обнаруживали путаницу в цифрах и очерёдности событий. Да ещё и периодические всплески давления эмо-состовляющей реципиента, требовали душевных сил на их преодоление. Поэтому работа над "воспоминаниями", шла небыстро и достаточно с большим напряжением.

Устав писать и разминая затекшую спину и шею, Иван спрашивал себя, правильно ли он поступает. В очередной раз, рассмотрев ситуацию с разных сторон, приходил к выводу, что это единственно возможный вариант. Останься он в Италии, рано или поздно разболтает много такого, что пойдёт во вред Родине, усилив нациков или англосаксов, итальянцы хранить секреты не умеют совершенно. А за ним начнется охота, точнее за его знанием будущего. Да и не хотел он оставаться в Италии, будущее его Родины, было для него несоизмеримо важней чем все нынешними итальянцы вместе взятые. Зато в Москве, он надеялся, что сумеет принести много пользы, ведь, даже простое знание событий и тенденций в мире, даст СССР фору и преимущество. Главное чтобы ему поверили!

А вот чем он, кроме знания событий будущего, может реально помочь СССР в подготовке к грядущей войне, стоило хорошенько подумать. У Ивана на сайте "Альтернативная История" была своя страничка, где он выкладывал свои разработки по альтернативному танкостроению и кораблестроению периода ВМВ, но ноут, как и интернет, были ему теперь не доступны. Запретив себе переживать поэтому поводу, Иван разделил ещё одну общую тетрадь на разделы — авиация, флот, бронетехника, артиллерия, пехота, связь, амуниция. А те в свою очередь на подразделы, уже по узкой специфике. Куда стал записывать, даже фрагментарные знания о технике или тактике, в надежде, что и это сможет тоже помочь, хотя бы указав направление.

По приезду в Москву, Иван, прямо на вокзале был передан гидом-соправаждающим на руки местному московскому гиду. С которым, Иван сразу обговорил сегодняшние действия. Вначале в гостиницу, передохнуть с дороги, а вечерком сходить на обзорную экскурсию Кремля. Поселили его в гостинице Националь, где оказалось до удивления всё дорого, но Иван не переживал, отбившись от желания реципиента поскандалить по этому поводу. Вселился в номер с встроенным в стену сейфом, куда собирался прятать свои записи от любопытных. Принявшись готовиться к выполнению своего плана. Написал письмо Сталину, в двух экземплярах, на итальянском и перевод на русском. В котором просил о конфиденциальной встрече, как можно скорее, обосновывая это чрезвычайной важностью информации для СССР, которую хочет сообщить. Подписав письмо всеми официальными титулами и должностями реципиента, заклеил в конверт, на котором просто написал — Москва, Кремль, Генеральному секретарю ЦК ВКП(б) Сталину. Вечером того же дня, во время экскурсии опустил письмо в почтовый ящик у Никольских ворот Кремля. Как показало дальнейшее, попасть на приём к Вождю, сейчас было намного проще, чем в будущем, на приём к какому ни будь чиновнику областного масштаба.

Сутки спустя, вечером, раздался звонок телефона в номере. Иван снял трубку, вежливый голос, на хорошем итальянском спросил, удобно ли ему завтра днём встретиться с товарищем Сталиным.

— Удобно, готов встретиться в любое время. — ответил Иван.

Голос в трубке сообщил, что в час дня, ему подадут машину к гостинице, которая отвезёт его на встречу.

К встрече со Сталиным, Иван готовился все эти последние дни, тщательно продумывая, что сказать, чтобы ему поверили и не сочли за сумасшедшего. В итоге остановился на таком варианте. Попросит Сталина отослать переводчика, так как прекрасно говорит по-русски. И наедине выложить правду, как он в результате удара током, вселился в лежащего в комме маршала Итало Бальбо. В подтверждение своих слов, что он и впрямь из будущего, предать тетрадку со сведениями о наших разведчиках Брайтенбахе, Маневиче, Зорге, и с подробностями, как Судоплатов с Эйтинготом, готовятся ликвидировать иудушку Троцкого, руками Меркадера. Плюс данные ТТХ, по новейшим танкам КВ и СМК. Проверить эти данные Сталину труда не составит. Добавить немного "пророчеств", про ближайшее будущее — результаты и сроки окончания войны с Финляндией. Передать Сталину все три общие тетради, в первой, все основные события истории, кратко, до января 2014 года. Во второй тетради, максимально подробно о событиях на ближайшие пару лет. Естественно на столько, насколько, Иван смог вспомнить и насколько вообще знал об этом. Третьей, тетрадку со своей биографией. И после некоторых колебаний и размышлений, решил добавить четвёртую тетрадь, где подробно, пока он свеж в памяти, воспроизвести свой разговор с Гранди, "покаявшись", тоже передать Сталину. Так как произошедшее в Риме, его сильно беспокоило и расстраивало, слишком много он, подавшись эмоциональному давлению составляющей реципиента, наболтал Гранди, да ещё и записавшему его откровения. Предсказать последствия этого, Иван затруднялся, но предупредить Сталина посчитал обязанным.

"А дальше останется только ждать, поверят или нет. Даже если сразу не поверят" — думал Иван — "то со временем убедятся, что изложенное мной, правда".

Поэтому на встречу к Сталину, Иван ехал почти спокойным, к тому же, эмоциональная составляющая реципиента, с каждым днём давила на него всё слабее.

По большому счёту, всё прошло как и планировал Иван. Когда он рассказывал Сталину, кто он и откуда, глаза у того стали как у героя японского анимэ, хотя с лицом он совладал, челюсть не отвесил. Но явные сомнения в словах и здравом уме Ивана, были аршинными буквами написанные у него на лице. К тому же, разговора не получилось, это был в основном монолог Ивана. Что происходило в тот момент в голове Вождя, какие мысли его посещали, сиё никому не известно. Но, по всей видимости, возобладал его прагматизм с привычкой к взвешенным и хорошо продуманным решениям. В конце разговора, а точнее монолога, уже несколько расстроенный, отсутствием явной реакции на его заявление со стороны Сталина, Иван, попросил политического убежища в СССР. Сказав, что информация о его знание будущего может разойтись. Тогда на него, скорее всего, начнется охота, как на обладателя ценнейшей информации. Поэтому он просит помощи у СССР, для операции прикрытия, чтобы "исчезнуть на просторах Америки".

— И как вы себе это представляете? Спросил Сталин, ни как, не называя Ивана, ни господином Бальбо, ни товарищем Ленцем.

— Нужно найти моего двойника, или очень похожего на меня человека в ведомстве товарища Берии. Я расскажу ему всё, что ему нужно знать о маршале Бальбо. Дальше, он вместо меня едет по туристическому маршруту во Владик. Откуда плывёт в Америку, наверно лучше даже Латинскую. Постаравшись нигде со знакомыми реципиента не пересекаться. Мелькнёт пару раз, там, сям, а потом уйдёт с какой ни будь этнографической экспедицией в леса Амазонки, где и исчезнет. В то время как я остаюсь в Москве, помогая стране всем, что в моих силах. В тот момент в глазах вождя промелькнул явный интерес, но ответил он также сдержанно и немногословно.

— Вы ещё хотите, что-то сообщить, или попросить?

— Нет, товарищ Сталин, это всё, тетради с записями я вам передал, все, что хотел сообщить сказал.

— Тогда, я вас больше не задерживаю, о принятом решении вам сообщат.

Тогда в машине, возвращаясь в гостиницу, Ивану подумалось, что нужно было несколько иначе построить разговор. Он расстроился, но, что сделано, то сделано. Выйдя у Националя, Иван хотел было пойти в ресторан, где собирался надраться до-соплей, но его остановила мысль. Что возможно именно из-за того, что он не употреблял алкоголя с момента бегства из Рима, давление чувственной составляющей реципиента постепенно снижается, а напившись, он рискует опять заполучить сильнейшее давление эмоций маршала на свои чувства и устремления.

— Нет уж, на фиг, на фиг, такое счастье! — Бурчал он себе под нос, подымаясь в номер.

В холе этажа, он увидел сидящего в кресле и явно скучавшего гида. "Вместо того что бы тупо сидеть в номере и переживать, по поводу, какое решение примет Сталин" — подумал тогда Иван. "Надо хоть Москву посмотреть, а то погуляли немножко по центру вокруг Кремля, а я хочу в ЦПКО им Горького, на ВДНХа, покататься на метро, вообще Москву посмотреть хочу. В той жизни, я тоже Москвы толком не видел, был пару раз проездом, жаль конечно, что сейчас зима, но хоть от переживаний отвлекусь".

— Вот тебя-то дружок мне и надо! — заявил он поднимающемуся навстречу Гиду. — Пошли товарищ Гид, заплаченные Интуристу тугрики отрабатывать.