С. В. Каменский – Братство Хроникёров. Адваллор (страница 3)
– Если пожелаешь, о Великий Творец, – молвила она, – я населю Мир живностью и постелю изумрудные ковры на нагую Твердь. И будет Мир в Адваллоре.
Возрадовался Одайн и ответил Богине: «Что ж, бери в распоряжение Остров Святой, но другие земли не трогай. Что-то в Мире этом настораживает. Много боли и несчастья в нём будет. Исправить это мы уж не в силах. Быть может, Дети, если усилия приложат, к совершенству задуманному приблизят его».
И создала Волегости на Святом Острове леса густые, поляны, цветы прекрасные и благоухающие, и животных создала. Повелела она им жить в согласии и мире, и согласились они. Шло время, и расхотели одни жить на суше, – их тянуло в Океан, а других – в Небо. И тонули первые, а вторые разбивались. И созвала Волегости их на совет и решила, что пусть те, кого тянет в Небо, станут птицами, и дала она им крылья и оперение. Тем, кого тянуло в Океан, дала чешую и плавники – и стали они рыбами.
И плодились они, и размножались, и метались многие между Твердью, и Небом, и Океаном, и появлялись новые существа, радуя Богов разнообразием своим.
Вскоре Хаоса в Мире стало больше; и несколько животных, заблудившись и обезумев от голода и жажды, напали друг на друга: так пролилась первая кровь. И насытились они, и перестали иной пищи признавать, кроме плоти и крови. Созвала снова всех на совет Волегости, и решили они с Одайном, что пусть животные одни будут пищей для других, и прибудет тогда равновесие.
– А кто кем станет? – вопросили животные. – И как сделать это справедливо?
И был кинут жребий. Охотник – Дичь, Хищник – Жертва. И стало их поровну. И были они разные: кто мал и неприметен, кто поджар и быстр. И вновь множились они, и прятались, и охотились. И с той поры животные жили по наказу Богов.
И наблюдал Одайн за Волегости, за творениями её, и доволен был. Лишь тогда разрешили себе Создатели короткий отдых. И сказал Бог-Творец: «Волегости, пусть те, кого создала ты, останутся Детьми твоими, и пусть деревья и цветы будут во власти твоей. И порядок свой ты им установишь. Великолепны начинания твои, красу необычайную вижу я. Остров Святой, Иеллэ́, восхитительным стал, благодаря тебе, молодая Богиня».
И отвечала ему Волегости: «Признательна я тебе, о Великий Творец, за слова твои лестные. Честь получить похвалу от тебя за столь малый труд. Если позволишь, сотворю я подобное на всех иных землях, угодных тебе».
И дал Одайн согласие своё.
ВРЕМЯ ВТОРОЕ
Дети Богов
И решился Одайн на шаг отчаянный, задумав создать Первых существ разумных по обликам и подобиям Богов. Прознав о сотворении Мира, Бог Злочеро́с решил предложить Одайну на выбор разных тварей, сотворённых им. И явился он перед Богом-Творцом и Волегости. Был дух его беспокоен и мятежен. Оружием его была палица, а плащ выткан из Хаоса, и оставлял он за собой шлейф раздора и беспорядка. Припав на одно колено перед Богами, ибо проникся он к ним уважением за труд их, испросил разрешения помогать в сотворении Малого Мира. И было решено, что втроём они создадут жизнь новую. Спустившись на Твердь Малого Мира, стали выбирать Боги место, где поселятся Первые. И приглянулся им всем Святой Остров. Ступив на него, стали думать Боги, какими будут Первые. Хотел Злочерос показать своих тварей, но, видя необычайную красоту вокруг себя и ощущая дрожь в коленях при виде Юной Богини, решил, что уродливы творения его для столь прекрасного Мира. Так и не решившись, вертел он шкатулку с ними в руках, не зная, куда её деть. Долго думали Боги. Сто раз Адвалло́р обогнул Аргони́с. И на сто первый раз были созданы и наречены Ло́рцы – Первые. Были они светлокожи, с волосами огненными и глазами цвета мяты.
Стали Боги давать имена Первым Двенадцати. И нарекли они женщин: Ло́ра, Си́кха, На́ва, Шу́йя, Броле́ка и Па́хра. И мужчин нарекли они: Тири́з, Го́рив, Мафо́р, Ленс, Коли́в и Фиск. Увидев друг друга, существа испугались и спрятались. Но вскоре любопытство взяло верх, и стали они знакомиться. И разделились они. Мужчины отдельно от женщин, ибо решили, что творениями разными являются.
И смотрели на них Боги с улыбкой родительской. И приметили Одайн с Волегости, что всё это время держит Злочерос шкатулку подмышкой. И коснулась плеча его Волегости с вопросом, что таит он в шкатулке той, и вздрогнул тогда Злочерос, и выпала шкатулка на Твердь. И высыпались из неё разные твари цвета желчи, ликом ужасные и нутром чёрные. Обретя свободу, бросились они врассыпную и скрылись, кто где.
И вымолвил Тёмный Бог слова проклятья на творения свои и отрёкся от них, вскричав, что сам изничтожит уродство сие, портящее красоту столь прекрасного Мира, и пролились его слёзы в этом порыве, и стали они озёрами с Белой и Чёрной Водой. И опустил тогда голову Злочерос, прошептав извинения свои. Нахмурился Одайн, ибо не ждал он такого развития Мира. Но то, что свершилось, вернуть невозможно, ибо только Абсолют существует во все времена и во всех измерениях в единое время. И молвил Одайн: «Лишь плохой родитель проклянёт своё дитя, каким бы оно ни являлось. Лишь жестокий отринет плоть от плоти своей, пусть даже гнилостной она стала. Видом страшные, могут и они измениться, коль готов родитель их ради красоты, ненавистной нутру его, проклясть творения свои».
И вытер слёзы Злочерос. В глазах его отразилась прежняя суть, и ответил он: «Что суждено мне, то будет». И ушёл он, а Одайн, в предчувствии скверного, задумался.
Прошло время, и стали Лорцы проявлять интерес друг к другу. Женщины били острогой рыб и вялили их. Мужчины приносили птиц и зверей, также вяля их мясо.
Первой нарушила молчание Па́хра и просила она помощи и защиты от созданий Тёмного Бога, которые стали воровать пищу, а зачастую и грабить женщин. Вышел Го́рив навстречу ей и молвил: «Да, можем мы защищать вас, но что в ответ вы можете дать? Можете ли сделать одежду из шкур зверей, нами добытых?»
Пахра, подумав, ответила молодому вождю: «Мы шили одежду из листьев, плотных и широких, протыкали костями рыб, добытых нами, и скрепляли их стеблями, толщиной с мой мизинец, тех растений, что с высоких деревьев спадают до самой тверди. Думаю, и со шкурами справиться сможем».
И заключили они договор. Мужчины разделились по трое и сменяли друг друга. То одна троица охотится, другая лагерь сторожит, то наоборот. И стали мужчины и женщины обмениваться мясом и рыбой, но продолжали есть каждый в своей стороне. Так было до поры…
Как-то раз отправилась Па́хра в лес за стеблями растений для одежды. Собирала она долго. Добыла она пять стеблей, что можно десять раз обмотать вокруг тела, и в лагерь свой собралась, но существа, созданные Злочеросом, напали на неё. Долго боролась с ними женщина, троих смертельно ранила острогой, только стали одолевать числом её создания жуткие. И закричала Па́хра, моля о помощи, и услышал её голос Го́рив. Примчался он, как ветер, на зов её и был страшен молодой вождь, облачённый в шкуры звериные, с дубиной костяной. И выкрикнул он слова, что на бой вызывает нечисть, и, подняв оружие своё, напал на тварей Злочеро́са. И убил он многих, но ранен был одним из чудищ в бедро. Тогда вскричала Па́хра и пронзила того врага острогой, и упала сама без сил. Отнёс её Го́рив в лагерь, под охрану, и заснул беспробудным сном от раны жуткой, оставленной короткой острогой с пером на одном конце, да с остриём отравленным. Воззвали тогда Лорцы к Богам-Родителям с мольбой о помощи.
И снизошёл к ним Тёмный Бог. Отнёс он на руках своих Го́рива к священным озёрам из слез собственных. И погрузил он тело бездыханное в озеро Чёрное, и умер яд в теле воина храброго; опустил в озеро Белое – и затянулись раны Го́рива, и дух его вновь вошёл в тело с первым вздохом. И прильнула к нему Пахра, и обнял её воин молодой, и полюбили они друг друга.
И сотворили Боги новых Лорцев, в помощь первым двенадцати, видя, что хороши Дети их. И дал Злочерос им знание о том, как сражаться надо и оружие делать. Как дерево и камень обрабатывать, как верёвки плести и одежду шить. И дал им первый огонь, научив уважать его, чтобы поддерживать жизнь.
Увидел Одайн, что Тёмный Бог на Иеллэ́, и сам спустился на остров. И одобрил он поведение третьего Бога, отметив, что исправляется он. А Волегости улыбнулась, заглядевшись на то, с какой радостью обучал Злочерос Первых.
Прошло время – и стало Лорцев много. Каждый из них нашёл свою возлюбленную, и от Изначальных произошли другие Лорцы, потомки Первых Детей Богов. И было их уже не счесть. Но и чудища множились, и не оставляли в покое Лорцев, и частыми были сражения долгие. Видя, что в постоянных битвах проводят Лорцы время своё, сказал Тёмный Бог: «О, Одайн, Великий Бог! Терпят поражение Дети наши. Может, настала пора обучить их работе с железом, научить защиту ковать и оружие?»