С. В. Каменский – Братство Хроникёров. Адваллор (страница 10)
Все знали, отчего Деймии́л и Юниэ́ль так надеялись на Лейхеля. Только Энтарам было известно, что Лейхель особенный. Единственный на всём Адваллоре, кто рискнул проводить дни и ночи на том месте, где была прорвана Твердь. Он жаждал познания, он впитывал каждую крупицу неведомой силы. Мужчина даже не заметил, как Хаос давно стал его неотъемлемой частью. Несмотря на то, что все существа в той или иной степени находились под влиянием Хаоса, Лейхелю досталось больше всего. Что благоволило этому, до конца известно не было.
Хаос являлся основой силы Тёмного Бога. И даже тот факт, что Злочерос, проникнувшись красотой Малого Мира и чувствуя странное притяжение к молодой и красивой Богине, желал отринуть старое естество, не умалял влияния Хаоса на его магическую силу. Даже Хаосу нужен был кто-то, способный направлять его. Единственный, кто подошёл на эту роль, – Лейхель.
Так, в Малом Мире, никогда не знавшем магии, кроме силы трёх Богов, зарождался первый из всех, кто был способен на волшебство. Потенциал этой силы был огромен. В мире, наполненном бесхозным Хаосом, бывшем во всем, абсолютно любые предметы и существа, даже созданные другими Богами, могли стать источником силы. У Лейхеля было всё, чтобы исполнить данную им клятву. Оставаясь внешне и по поступкам своим всё тем же созданием, Энтар менялся, становясь полубогом. Не умея управлять подобной силой, мужчина не знал, что возможности его становились обширнее.
Энтары готовились к мести, исходя из имевшихся знаний, и надеялись, что их план сработает. Они строили и испытывали необычные устройства, похожие на луки, метавшие огромные тяжёлые стрелы. Единственный вариант, который они видели, вызвав гнев Одайна, – расстрелять его массивными стрелами, обмотанными связками флаконов с Чёрной Водой. Лейхель слепо верил, что слёзы Злочероса могут навредить любому, даже другому Богу.
Поглощённые жаждой мести, Энтары не задумывались о том, как добраться до Иеллэ. Возможно, задуманному не суждено было свершиться, и неизвестно, какое развитие событий их ждало, если бы не одно происшествие, повлиявшее на судьбу Малого Мира. В самый разгар дня дикие шустряки случайно забрели в поселение Энтаров. Будучи по своей натуре весьма любопытными созданиями, они пробрались в хранилище Чёрной Воды и случайно разбили несколько флаконов. Напившись слёз Тёмного Бога, существа, почувствовав жуткую боль, обезумели. Страшные протяжные крики, раздавшиеся из хранилища, всполошили поселение. Шустряки сражались друг с другом. Энтары никогда не могли подумать, что эти дружелюбные существа, способны так неистово биться.
Лейхель, едва перебарывая страх, всё же обнажил меч и бросился в хранилище, расталкивая стоявших на безопасном расстоянии соплеменников. Предчувствуя беду, Дейми и Юни последовали за ним, но не успели прорваться через толпу. Один из шустряков повернулся к предводителю Энтаров, уже подбегавшему ко входу в хранилище. Побледнев от ужаса, Лейхель застыл, когда животное, оставив других рвать друг друга, сделало первый шаг в его сторону, скаля окровавленную пасть. Собрав остатки самообладания, мужчина занёс меч для удара, но шустряк оказался быстрее, и Лейхель почувствовал, как острые зубы десятками заточенных стрел входят в его шею. Чёрный туман сгустился перед глазами. Мужчина ощутил, как силы покидают его и жизнь угасает. Хаос, таившийся в теле Лейхеля, постепенно вырывался на свободу, стремясь к знакомой силе, оставшейся в Чёрных Слезах, медленно окутывая мужчину и шустряка, впившегося в его плоть. Замерли все Энтары, заворожённые видом происходящего. Поглощая силу разлитых на земле слёз, Хаос очистил животных, и те пали ниц. Лейхель безвольно стоял, склонив голову. Опущенные руки его мелко дрожали… Парил в воздухе Энтар, будто окутанный густым чёрным облаком, которое, подобно вихрю, стало крутиться, меняя форму и разрастаясь…
В страхе бежали прочь остальные. Даже Юни и Дейми, будучи не в силах справиться с порывами ветра, оставили своего лидера. Хаос упивался долгожданной свободой! Падали флаконы, разливая содержимое, и вся сила слёз вбиралась уже неистовым смерчем. Поглощая Чёрную Воду, исцелял Хаос смертельные раны Лейхеля и ткал своему новому хозяину плащ. Разрастался смерч, разрушая поселение Энтаров.
…Выпил он всю Чёрную Воду, что была, и белую всю поглотил. Но мало было ему, и тогда взмыл Хаос непроглядным чёрным столбом в небо Адваллора, затмив его изнутри во всём Малом Мире, и лишь тогда насытился. Поднимались с земли другие Энтары, до конца не веря, что невредимы, и испуганно озирались. Открыл глаза и Лейхель. Сидя на земле, увидел он, что разрушено их поселение. Поняв, что придётся всё отстраивать заново и без Чёрной Воды не суждено ему воплотить план мести, закричал он от горя и заплакал. Пролились его слёзы Чёрной и Белой Водой. Так родился первый из Детей Богов, кто сам стал равным Богам.
ВНЕВРЕМЕННОЕ
В башне хроникёров сегодня было тихо. Руэл и Джек о чем-то тихо шептались, когда в комнату вошёл Безымянный.
– Как успехи, младший брат? – помахал рукой Джекси. – Есть чем похвалиться?
– Нет. Братство считает, что этот мир бесперспективен, даже в свете последних событий, – расстроенно протянул молодой. – Им нужно больше действий, интриг, харизматичных героев и любовных линий. Описания сотворения мира уже никому не интересны. Это не то, что нужно и довольно… нудно. Так они сказали.
– Я бы поспорил с этим, – возмутился Руэл, набивая трубку табаком. – Это имеющий значение пласт истории. Возможно, именно становление мира и объясняет многие дальнейшие события.
– Для тех, кто живёт в этом мире, – засмеялся Джекси. – Для нас с вами. Для некоторых других братьев. Но для Братства – нет. Особенно для тех, кто из Архива. У них даже отдельная комната есть для такого, я слышал. Я бы тоже поспорил.
– Что ещё тебе сказали? – с нетерпением спросил старший брат.
– Ещё? Они говорили, что мой стиль архаичен и скучен. Местами интересно, местами красиво, но излагать надо проще и понятнее. Поэтому, как вы уже заметили, братья, пришлось писать немного по-другому. Хотя, может, и к лучшему. Ещё говорят, если нет событий, пиши: «прошло столько-то лет». Да и вообще, Главный Архивист мне заявил, что нужно было ограничиться кратким описанием – на страничку. Мол, создали демиурги мир, жителей, расселили их; те живут, размножаются, а ты, говорят, сиди, смотри и жди, когда война начнётся или метеорит какой на планету упадёт.
– А у тебя, что сейчас происходит? – поинтересовался Джекси.
– А у меня пока все расселяются по миру.
– Долго… – задумался Руэл. – Если я не ошибаюсь, там далеко не одна тысяча лет уже прошла.
– Шесть, – грустно вздохнул Безымянный, садясь за свой стол.
Сделав несколько глотков кофе, он сам закурил и, уставившись в потолок, выпустил клуб дыма.
– Первые часто воевали, – грустно произнёс он. – Прежде чем их численность значительно выросла, прошла далеко не одна сотня лет. Другие же живут настолько долго, что не особо заботятся о численности, в отличие от созданных последними. На новом материке жизнь подавляющего большинства стала лучше. Но все эти перемещения, – руки Безымянного изобразили перестановку невидимых фигур, – ты сюда, ты сюда, ты плохой – тебя туда… Это как-то путает и сбивает с толка. Но теперь, когда этих созданий несколько миллионов, они строят новые города, плывут на новые земли, познают себя… Многие ценят друг друга.
– Это должно тебя радовать, – довольно улыбнулся Джекси. – Эх, эти странные существа. Чего только не бывает. Ценят друг друга.
– Сказал тот, в чьём мире разговаривают животные, – хохотнул Руэл, раскуривая трубку.
– Не все, – улыбка Джекси стала ещё шире. – Но ты прав. Есть такое.
– Надеюсь, ты не перестал наблюдать за своим миром. Продолжаешь описывать его развитие, мой юный брат? – спросил Руэл, выдохнул маленькое облачко дыма и недовольно поморщился.
– Нет, конечно же, нет! Как можно так поступить? – с жаром выпалил Безымянный. – Я так хотел этого. И я очень рад, что могу работать именно с вами в одной башне.
Руэл кивнул будто бы удовлетворённый ответом, и продолжил раскуривать трубку.
– Кстати, – радостно воскликнул Джекси. – Мы с Руэлом подумали и запросили отпуск на нас троих.
– А как же мой мир? – растерянно пробормотал Безымянный.
– Здесь самое интересное, – загадочно произнёс старший брат. – Пока тебя не будет, его поместят в стазис-карман. Это легко согласовать с владельцем. Я точно не знаю, как это работает, но смертные ничего не заметят.
– Шесть тысяч лет работы уже достаточно, чтобы идти в отпуск. Никто тебе и слова плохого не скажет, – успокоил средний брат.
– А что делают в отпуске? – задал вопрос Безымянный.
– Хороший вопрос, – замялся Руэл. – Вероятно, «что хотят» – будет самым правильным ответом.
– Мы решили, что снова опубликуем некоторые из своих работ. Это разрешено. Сейчас на Эталоне самое подходящее время. Главное, чтобы оборудование по передаче материала не «сбоило», а то я достаточно историй слышал о том, что в итоге у многих с завидной частотой получалась какая-то ерунда, – захохотал Джекси. – Вот позор-то, а ты вроде как и не виноват!