С. Массери – Бунтарка (страница 36)

– Что? Я встретила его, когда ужинала с Нейтом…

– О боже! Нейт?

Мое лицо пылает все сильнее, когда я встречаю полный ужаса взгляд Вульфа.

– Только то, что вы не ладите с ним, не означает, что он злой, – озвучиваю я свою позицию, хотя никогда не думала, что займу ее. – Я ужинала с ним в тот вечер, когда вы с Джейсом поссорились, или ты этого уже не помнишь?

– Кое-что из той ночи я помню, – ухмыляется Вульф, снова нацепив на свое лицо маску.

Вздрогнув, я откидываюсь на спинку стула, и Аполлон подталкивает ко мне тарелку с едой.

– Ешь.

Оттого, что я так давно не ела, мой желудок урчит, но организм уже привык к голоду. Я беру яйца с беконом и выкладываю их на поджаренный английский маффин, формируя сэндвич.

– Насчет наших противников, – говорит Джейс, тоже откидываясь на спинку стула. – Титаны столь же амбициозны, как и Кронос. И этот ублюдок будет продолжать донимать Цербера, пока не получит то, что хочет…

– Нет, – перебиваю я, прикрыв рот рукой, пока жую. – Извини… м-м-м, но нет. Все мы были в шоке, когда узнали, что Кронос беспокоился лишь о твоей персоне. Ты волнуешь его больше, чем Цербер, и именно это подтолкнуло нас к твоим поискам.

– Ты имеешь в виду, что это заставило тебя отправиться на его поиски, а затем тебя арестовали? – хмыкает Аполлон. – Блестяще сыграно.

– О, заткнись. – Я продолжаю жевать, а затем протягиваю руку и забираю у Аполлона кружку с его кофе.

Он кладет в него меньше сливок, чем я, но так тоже сойдет.

– Если мы будем исходить из теории, что Кронос здесь не ключевая фигура, тогда нам стоит побеспокоиться о Цербере.

– Итак, сначала мы возьмем под контроль Титанов, а затем уже Адских гончих, – говорит Джейс, поджимая губы.

– Вопрос, – перебиваю его я. – Вы годами не решались устранить Титанов. Почему сейчас?

Джейс вздыхает, а потом, посмотрев на двух других парней, поворачивается ко мне лицом.

– Ты ткнула нас носом в наше собственное дерьмо. По правде говоря, раньше мы боялись риска, что после исчезновения Кроноса Титаны проголосуют за нового босса и к власти придет тот, кто захочет захватить все. То есть появится еще один Цербер, который будет сильнее Кроноса.

– Кронос – злобный урод, – замечаю я. – И он торгует людьми. Может ли что-то быть хуже этого?

– Может, – говорит Аполлон, и они все кивают, поддакивая.

– Ладно, тогда…

– Итак, мы уничтожим их всех? Найдем какой-нибудь способ похоронить Титанов так глубоко, чтобы у них не было шансов вернуться?

Все кивают.

– Мне нравится этот план. – Я выпрямляюсь на стуле.

– А шериф?

– Надеюсь, он будет заниматься своими делами, – ворчит Вульф.

Повисает пауза, а затем Джейс обводит ручкой какой-то дом на карте.

– Здесь скрывается Кронос.

Он рассказывает нам, что этот дом находится в районе Норд-Фолс, прямо у воды. Кронос выбрал отдаленное место на западе. Дорогое и уединенное. С одной стороны океан, с другой – лес и дюны.

– Ты хочешь напасть на него? Если он вообще все еще там.

– Но мы на собственном опыте убедились, что стекла в доме пуленепробиваемые.

Я смеюсь, вспомнив, что Джейс уже упоминал об этом, когда разговор зашел о Бене и о том, что все пошло не по плану.

– Ладно, итак… – Мы снова сидим в тишине, и я постукиваю пальцами по столу. – Кажется, у меня есть идея, но вам, ребята, она вряд ли понравится.

Глава 31. Святой

Дом детства Никс почти не изменился, разве что ребята вынесли на задний двор уродливый колючий диван и перевернули его так, что теперь деревянные ножки торчат вверх. На них висит паутина и все еще держатся войлочные накладки, приклеенные родителями Никс много лет назад.

Во времена, когда мы боялись, что банды отомстят нам за связь с Джейсом, Вульфом и Аполлоном, мы скрывались здесь, и я спал на этом диване. Это происходило в первые дни их разгорающегося восстания, но в последующие годы все изменилось. Цербер и Кронос смирились с тем пространством, которое ребята выделили для себя, и нехотя приняли новые правила. Как показала практика – временные.

Этот город был наполнен страхом, скрывающимся под маской безупречности. Туристический бизнес процветал, а университет приобретал все большую известность. Дела в городе шли в гору, и каждая банда хотела получить свой кусок пирога.

Я сжимаю плечо Никс, которая вот уже много лет избегала этого дома. Последний раз она была в этом районе только из-за ребят и своей готовности помочь им. Помощь – это очень опасное слово в этом богом забытом месте. До недавнего времени я помогал ребятам на юридическом поприще, изготавливал им маски, руководил охраной и штатом в «Олимпе». Ничего такого, что могло бы привлечь ко мне внимание, но оказывается, мной заинтересовались Титаны и Кронос. Я не знаю, известно ли что-то обо мне и моей деятельности Церберу, но часть меня и не хочет этого знать.

Я прижимаю руку к своему боку, потому что, находясь в вертикальном положении, испытываю боль, а без лекарств она почти невыносима. Антонио мастерски подлатал меня и наложил на рану аккуратные, чистые и точные швы. Но стоит мне закрыть глаза, я все равно чувствую тяжесть цепи на своих запястьях, на которых остались синяки и царапины, а напряжение в плечах не дает мне забыть о том, как меня подвешивали в той камере. Я помню и мой крик, когда лезвие пронзило плоть.

– Эй, вернись. – Я чувствую легкое прикосновение ладоней Никс к моим щекам и вздрагиваю. – Ты здесь, со мной.

Постепенно мои мышцы расслабляются, и, сделав глубокий вдох, я кладу руку ей на бедро.

– Не знаю, что бы я без тебя делал, – говорю я. Улыбаясь, Никс подходит ближе и приподнимается на носочках.

У моей девушки высокий рост, но наши лица оказываются на одном уровне, только когда я наклоняю голову. Я смотрю в ее теплые карие глаза, при определенном освещении цвет которых похож на оттенок жженого сахара, а иногда – например, сейчас – они кажутся почти черными.

– Эй! – зовет Вульф, выходя на заднее крыльцо. – Давайте зайдем внутрь.

– Готова? – спрашиваю я, и она кивает.

– Хорошо. – Я позволяю ей убрать мою руку со своего бедра и поднимаюсь по искореженным ступеням террасы.

Подходя к раздвижной стеклянной двери, я стараюсь не наступать на доски, которые кажутся слишком ветхими. А когда мы заходим внутрь и проходим на кухню, я стараюсь не дышать. Не знаю, чего я ожидаю. Возможно, увидеть призраков, которые вылетят из шкафов.

Никс обходит меня, стоящего в дверном проеме, и идет вперед, а я стою на месте и наблюдаю за Вульфом. С момента начала войны мы видимся с ним впервые, и сейчас лучший момент поговорить с ним с глазу на глаз. Только мне кажется, что он выглядит каким-то затравленным.

Я перевожу взгляд с него на Аполлона, который входит на кухню через ту же дверь, что и Никс – в гостиную, и внезапно мне кажется, что все мы стоим на краю обрыва, но это будет далеко не первый раз, когда мы с него спрыгнем.

– Мы точно к этому готовы? – спрашиваю я, и Аполлон кивает.

– Мы позволяли этому продолжаться слишком долго.

А то я этого не знаю. Катализатором, который побудил нас к действию, является Кора. Без нее все бы текло в том же русле. Я бы все еще висел на цепях в камере, в которой меня днем и ночью терзали бы Титаны, Джейс был бы в бегах, Вульф и Аполлон все еще находились бы под властью Адских гончих, а Никс и Артемида…

– Святой, – Кора входит на кухню и касается моей руки, – как ты себя чувствуешь?

– Я жив, а это самое главное, – качаю я головой.

– Отлично, давай присядем. – Она жестом приглашает меня следовать за ней в другую комнату.

Мы заходим в гостиную, и я обращаю внимание на то, что на ковре остались вмятины от ножек дивана, который ребята вынесли на задний двор, чтобы освободить место для карты. Кресло, стоявшее рядом с диваном, теперь задвинуто в угол, а единственным источником света служит лампа, снятая с одного из приставных столиков и поставленная у карты. Вокруг нее все окутано тенями. Кора садится на ковер рядом с картой, а Артемида и Никс уже сидят у нее с другой стороны. Тэм прислонилась к стене под окном, скрестив ноги и прикрыв глаза.

Мы слышим шаги, доносящиеся с лестницы, и из-за угла появляется Джейс. Он пожимает мне руку, а затем улыбается Никс.

– Рад, что вы добрались.

– Конечно. Каков план?

Я иду к пустому месту рядом с Никс, но она указывает мне на кресло по другую сторону от себя. Я закатываю глаза, намереваясь проигнорировать ее жест, но Аполлон касается моего плеча.

– Раненым только лучшие места, – подмигивает он. – Пользуйся, пока можешь.

Я вздыхаю и сажусь в кресло, в которое мне, конечно же, опуститься легче, чем на пол, и в котором гораздо удобнее. Но мне не нравится виноватый взгляд Тэм, которым она смотрит на меня, или то, как Вульф переминается с ноги на ногу. Они недовольны тем, что я ранен, потому что моя травма не позволит мне помочь им так, как нужно. Очевидно, что в этой ситуации все зависит только от них самих, но, черт, я даже не знаю масштаба их плана. Хотя уверен, что вот-вот произойдет что-то грандиозное, и надеюсь, это что-то направит нас по лучшему пути.

Внезапно звонит телефон Джейса, и, когда он исчезает на кухне, до меня доносится скрежет открываемой, а после закрываемой раздвижной стеклянной двери. Раздаются тихие голоса, приветствующие друг друга, и Джейс появляется снова, а за ним в гостиную входит Дэниел и мужчина, которого я не знаю. Однако Кора, похоже, с ним знакома, потому что она вскакивает на ноги и смотрит на вновь прибывших со смесью изумления и ужаса на лице.