С. Массери – Бунтарка (страница 30)

Мы запираем Марли в машине Коры. В этот же момент Вульф кладет в багажник чуть было не забытый футляр с виолончелью, которую он прикрывает всеми мягким вещами, что только находит.

– Мы не должны возвращаться к Антонио, – говорит Кора, когда мы собираемся между двумя автомобилями.

– Но нам нужно уехать.

Мы смотрим на особняк, который уже почти полностью был поглощен огнем. Джейс проводит рукой по своему лицу. Его разочарование – это наше разочарование, ведь нам нравился этот дом, и, несмотря на то, что последние полгода он не принадлежал нам, я все еще надеялся, что мы его вернем и все снова станет нормально.

Огонь уже добрался до крыши, и внутрь падают ее большие куски. Наши спальни и тренировочный зал – все исчезло. Когда огонь добирается до машин, в баке которых есть бензин, раздается несколько взрывов, каждый из которых причиняет боль.

Кора и так не отпускает мою руку с тех пор, как Паркер сел в свой внедорожник, выделенный ему государством, и уехал, – но теперь она сжимает ее так, будто знает, о чем я думаю.

Забавно, что нас связывают такие личные вещи.

– Аполлон поедет со мной, – объявляет Кора. – Джейс?

– Если мы повезем ее ко мне, то все пропало.

– А если на корабль? – хмурится Кора. – На тот, на котором мы приплыли сюда с Никс?

А этот план уже неплох.

– Точно, – говорю я, а затем отпускаю руку Коры и иду к водительскому сиденью, не оставляя места для споров.

Кора ничего не говорит, но я чувствую, как пристально она смотрит мне в спину.

Интересно, что, черт возьми, со мной не так? И почему я думаю об одном и том же? Почему я не могу просто об этом забыть?

Марли сидит на заднем сиденье машины, надув губы, но никто из нас не говорит ей ни слова. Я жду, пока Джейс тронется с места, после чего выезжаю вслед за ними. Мы едем быстро, несмотря на то что решили ехать окольным путем. Без сомнения, Цербер уже на пути сюда – и не только из-за своего драгоценного адвоката, но и потому, что мы с Вульфом практически исчезли с лица земли, и я не знаю, какие последствия это обрушит на наши головы.

– Как тебе удалось убедить окружного прокурора снять обвинения? – спрашиваю я Кору.

– Ты имеешь в виду фиктивные обвинения? – ухмыляется она. – Похоже, у меня есть друзья на высоких постах.

А у меня есть друзья только в низших слоях общества, и это очень похоже на песню в стиле кантри. Марли сзади громко вздыхает. Кора, передергивая плечами, поворачивается и смотрит на свою бывшую лучшую подругу. Бывшую, потому что даже я уверен: все, что сделала Марли, можно считать непростительным. Мне трудно забыть, как выглядела Кора, когда ее так называемые друзья потащили на пляж и бросили на произвол судьбы. Это был первый раз, когда я почувствовал сильную связь с ней. Я не такой, как Вульф или Джейс. Я не тону в гневе или мести, но задыхаюсь в своем прошлом. Оно убивает меня.

– Что? – шипит Кора на Марли.

– Я не знала, что ты там живешь, ясно? – громко вздыхает девушка. – Папа забрал меня из университета и сказал, что в городе творится что-то неладное. Он не хотел, чтобы я жила в кампусе, поэтому попросил переехать к нему. С какого хрена я должна была догадаться, что это ваш дом?

– Ты вообще не хотела, чтобы я приезжала в Стерлинг Фолс, – хмурится Кора.

– Нет, не хотела, – признается Марли.

Кора резко разворачивается и, хмуря брови, впивается пальцами в свои бедра. То, что сказала Марли, ее расстраивает.

– Мне жаль, – говорит Марли, наклоняясь вперед. – Просто я почувствовала себя здесь в своей тарелке, понимаешь? А потом приехала ты, и мои друзья не могли понять, почему я терплю тебя.

– Может, мы не будем разговаривать? – предлагаю я, и Кора усмехается.

– Ты изменилась, – продолжает Марли. – А совсем недавно ты приставила пистолет к моей чертовой голове.

– Твой отец – адвокат банды! – перебивает ее Кора. – Так что на самом деле тебе нечем себя оправдать. Твой отец дал тебе те ВИП-пропуска в «Лук и стрелы», потому что, скорее всего, купил их для Адских псов, чтобы они раздавали их симпатичным девушкам.

– Знаешь, что… – хмурится Марли.

– А Джанет просто огромная сука, – снова перебивает ее Кора, смотря прямо перед собой. – Она все еще в городе? Может, мы просто подбросим тебя к ней и будет лучше, если я тебя больше никогда не увижу?

Марли молчит, и я не могу ее в этом винить. Они обе находятся на грани потери друг друга, просто пока не до конца это понимают. То же произошло со мной и Артемидой. Скучал ли я по ней, когда папа продал меня Адским гончим? Конечно. Но я тоже обижался на нее, потому что считал, что отослать из дома именно меня – было несправедливо. Конечно, потом все изменилось, и я понял свою ошибку, но на это потребовались годы.

– Некоторые вещи нельзя спасти, – шепчет Кора. – Что тебе известно?

– Ничего, – отвечает Марли. – Пожалуйста, высадите меня где-нибудь. Где угодно. Я сама доберусь до дома Джанет.

– Хорошо, Аполлон, притормози. – Я делаю, как меня просят, и нажимаю на тормоза, направляя машину к обочине.

Марли тут же выходит из нее и топает прочь.

– Довольна? – спрашиваю я, смотря на Кору, но она отворачивается от меня.

– Ты начал нервничать по пустякам?

Она что, серьезно?

– Между прочим, ты только что сожгла наш дом.

– Аполлон…

– Нет, не надо. – Я сжимаю руль обеими руками, и костяшки моих пальцев белеют от напряжения. – Ты только что разрушила единственное, к чему мы собирались вернуться после…

Кора кладет ладонь мне на плечо, но этого оказывается недостаточно, поэтому она отстегивает ремень безопасности и перелезает через консоль, садясь боком мне на колени.

– Когда-то ты хотел перемен, – шепчет она, взяв мое лицо в ладони и заставляя посмотреть на нее. – Когда-то у тебя была мечта сделать этот город лучше, не правда ли?

– Да, – говорю я, запинаясь. – Я все еще об этом мечтаю.

– Тогда пути назад нет, – говорит она, смотря на меня своими серо-голубыми глазами. – Пути назад нет, Аполлон. Мы покончили с нашей прошлой жизнью и будем решать проблемы так же, как это происходило на протяжении последних пяти лет. Вы просто пытались что-то изменить, и мы продолжим это делать, – говорит она, и ее глаза наполняются слезами. – Если мы отступим, то застрянем, понимаешь? Путь вперед пронизан болью, и нам предстоит нелегкая битва, потому что под нашими ногами почти нет почвы, на которой мы можем устоять. Но мы должны бороться и должны делать это вместе.

Черт, она права.

Сейчас в ее словах больше смысла, чем когда-либо.

– Мы стоим на краю обрыва, – продолжает она. – Ты прыгнешь с него вместе со мной?

Она должна видеть в моих глазах, что я не испытываю никаких сомнений и пойду туда, куда пойдет она. Так было раньше, так будет и впредь.

Она опускается на свое место. Мне кажется, что ее ладони, лежащие на моих щеках, и ее саму, только что сидящую на моих коленях, я просто придумал. Внезапно она стала более холодной версией той девушки, в которую я влюбился, и я не знаю, как соединить этих женщин в моем сознании. Я не знаю, где она научилась быть такой сильной.

– Привет, – говорит она, набрав чей-то номер на телефоне. – Планы изменились. Бросайте машину и встречайте нас у университета.

Я смотрю ей в глаза, а Кора кладет трубку и улыбается мне. Она проводит пальцами по своим волосам, ниспадающим на плечи, и только сейчас я замечаю, что парик лежит у ее ног. Не знаю, когда она успела его снять, но предпочитаю видеть ее без него. Рыжий цвет идет ей намного больше.

– СФУ, – говорит она. – Поехали туда.

Я наклоняюсь и целую ее, пока у меня не сдали нервы. Я не могу не поцеловать, потому что с тех пор, как осознал свои чувства к ней, и с тех пор, как она прочитала о них, между нами словно возникла дистанция. Приехав на «Олимп», она пошла к Вульфу, а не ко мне. Но сейчас она склоняется в поцелуе, и, чувствуя тепло ее губ, я понимаю, как мне этого не хватало. Ее язык скользит по моим губам, и я открываюсь для нее, позволяя взять все в свои руки и попробовать меня на вкус. Я жаждал этого поцелуя шесть долбаных месяцев – и вот она здесь, но она все еще не моя. Я чувствую, как она сдерживается, и мне хочется ударить кувалдой по защитной стене, которую она воздвигла вокруг себя. Я желаю разорвать свою кожу и позволить Коре укрыться внутри меня, если ей это нужно.

Она отстраняется и проводит языком по своей нижней губе.

– Нам нужно ехать, – говорит Кора, и я резко киваю, снова заводя машину.

Больше говорить нам не о чем.

Глава 27. Кора

Я перебираюсь на заднее сиденье, все еще чувствуя, что между мной и Аполлоном есть какая-то напряженность. Джейс садится вперед, а Вульф, не теряя времени даром, усаживается рядом со мной. Он обнимает меня одной рукой, и я кладу голову ему на плечо.

Если быть честной, я вымотана, поэтому, пока Аполлон рассказывает о том, что случилось с Марли, я прикрываю глаза и прижимаюсь ближе к Вульфу. От него пахнет дымом, да и от меня, скорее всего, тоже. Наверное, нам следовало бы поехать в больницу, чтобы получить кислород или что-то в этом роде, но при этой идее у меня сразу же начинает болеть горло. Мысль о том, что меня снова интубируют, выводит из себя, поэтому я молчу.

Аполлон подъезжает к ресторану Антонио, но мне кажется, к этому моменту проходит целая вечность. Джейс окидывает взглядом фасад ресторана и улицу, а затем, выйдя из машины, пересекает дорогу и заходит внутрь. Я собираюсь последовать за ним, но хватка Вульфа на моей талии усиливается.