Рюдигер Юнгблут – Автомобильная династия. История семьи, создавшей империю BMW (страница 71)
Правление SGL отреагировало на эти события программой экономии. Расходы к 2015 году должны были сократиться на 150 млн евро. Производство на одном заводе в Канаде и одном в Италии было остановлено. В руководстве сократили 300 позиций. Наконец, концерн полностью продал бизнес по производству лопастей для ветряков. Все эти реорганизационные меры, впрочем, тоже стоили предприятию денег. В конечном итоге в 2013 году компания показала убыток почти в 400 млн евро, что стало самым большим значением за всю историю предприятия.
Сюзанна Клаттен знала, что, заняв пост председателя наблюдательного совета, она окажется прямо в эпицентре огромного кризиса. Но она приняла вызов и не стала терять времени даром. Во-первых, предпринимательница сочла, что успешное новое начало для компании невозможно со старым главой. Хотя контракт Роберта Келера действовал до 2015 года, председатель наблюдательного совета решила заменить его.
В качестве нового председателя правления Клаттен выбрала Юргена Келера, продвинутого инженера-технолога, а наблюдательный совет поддержал ее выбор. Новый руководитель – однофамилец, но не родственник прежнего – являлся членом правления всего полгода. Он отвечал за многообещающую отрасль, связанную
Далее фрау Клаттен должна была обсудить с прежним главой компании его отставку и условия ухода. Келеру давно стало ясно, что его дни в SGL сочтены, и он был готов покинуть пост досрочно. К тому же выяснилось, что он тяжело болен, и как раз накануне разговора узнал, что вскоре ему предстоит сложная операция. В мае 2015 года Роберт Келер, более 20 лет управлявший SGL, а также входивший в наблюдательный совет Heidelberger Druckmaschinen AG, скончался. Ему было 66 лет.
Юрген Келер возглавил правление компании в начале 2014 года. Глава наблюдательного совета позаботилась о том, чтобы правление сократилось с пяти до трех человек. Сигнал был ясен: раз в компании началось сокращение рабочих мест, высшие руководящие органы не должны остаться в стороне. Система вознаграждения для правления также претерпела изменения. «Сюзанна Клаттен наводит порядок», – писали в
30 апреля 2014 года Сюзанна Клаттен впервые в жизни вела собрание акционеров крупного акционерного общества. На висбаденский курорт в ту среду прибыло около 800 человек, и несколько журналистов наблюдали исключительно за наследницей Квандтов. «Она говорит рассудительно, сухо и не показывает эмоций», – писала Хельга Айнеке в
«Предприятие нацелено в будущее и должно уйти от своих слабостей, – говорила фрау Клаттен в своей речи. – Это очень тяжелый процесс, требующий огромных сил». Госпожа председатель наблюдательного совета описала то, каким образом будет происходить перестройка концерна, попутно раскритиковав его прошлое. Бонусы для членов правления, в течение многих лет выплачивавшиеся SGL, «не соответствуют современным реалиям рынка и понятиям о целесообразности». Систему вознаграждений нужно основательно переработать. Почти каждым своим предложением Сюзанна Клаттен давала понять, что очень активна на посту главного контролера.
Слово взяли и некоторые акционеры, чтобы выразить негодование плохим развитием предприятия. На вопросы акционеров, как и принято в таких случаях, отвечал председатель правления компании Юрген Келер. Фрау Клаттен же заботилась о том, чтобы соблюдалась повестка дня. Когда дело дошло до голосования по поводу освобождения правления и наблюдательного совета от их обязанностей, Сюзанна Клаттен, по словам репортера
Между тем показатели SGL оставались неважными. 2014 год концерн закрыл с убытком в размере 247 млн евро. Правление объявило, что будет усиливать курс на экономию. Сумма расходов, которые необходимо сократить, была поднята до 247 миллионов. Компания сменила финансового директора.
В ходе реорганизации около 1400 человек потеряли рабочие места. Дорогие служебные автомобили были запрещены, а командировочными теперь можно было оплатить лишь билеты в экономкласс. Американская дочерняя компания Hitco, помимо прочего, снабжавшая продукцией из карбонового волокна авиастроительную компанию Boeing, а также производителей военных самолетов, была выставлена на продажу.
Чтобы компенсировать убытки, в октябре 2014 года предприятие увеличило долю акционерного капитала и собрало дополнительно 267 млн евро. Сюзанна Клаттен и BMW также приняли участие, предоставив компании новый капитал. Их доли теперь равнялись 27,5 и 18,5 процента, что в сумме составляло 46 % акций. Концерну Volkswagen все еще принадлежало 10 %.
В 2014 году SGL Carbon с 6340 сотрудниками показала оборот в 1,3 млрд евро. Концерну все еще принадлежали заводы в 42 странах мира. Однако на момент написания данной книги остается загадкой, выйдет ли концерн из убытков в 2015 году. Глава правления Юрген Келер надеется, что вскоре на переработку пойдет огромное количество стального мусора. Для этого понадобятся графитовые электроды, которые как раз и производит SGL Carbon. Он также говорит о «прорыве» в применении карбонового волокна для автомобилестроения. Сейчас SGL, в числе прочих компаний, снабжает производителя электромобилей Tesla, которым руководит Илон Маск.
В 2014 году BMW совместно с SGL расширили завод в Мозес Лейк, сделав его самой большой производственной площадкой данного типа и увеличив производственные мощности втрое. Это обошлось им в 200 млн евро. В Вакерсдорфе карбоновые волокна сшиваются полиэстеровыми нитями, и таким образом получаются тканевые плоскости. Предприятие является членом Объединения баварских текстильщиков и индустрии одежды. А ведь это именно та отрасль, с которой когда-то семья Квандт начала свой путь в бизнесе.
Для BMW все же оказалось дорогим удовольствием, помимо совместного предприятия, владеть еще и долей в самой SGL Carbon. После 2011 года стоимость ее акций серьезно снизилась. Автомобильный концерн в результате потерял почти 200 млн евро. Доля Сюзанны Клаттен в SGL весной 2015 года стоила ей 285 млн евро, кроме того, ей пришлось много инвестировать в развитие своей компании.
Сегодня на вопрос о том, жалеет ли она об этих потерях, предпринимательница отвечает: «Пока еще нет. Предприятию просто требуется больше времени. Нужно многое сделать, существуют серьезные проблемы, но мы над ними активно работаем. Направление, в котором мы хотим развиваться, абсолютно понятно и правлению, и наблюдательному совету. Также очевидно, что правление – это движущая сила предприятия. С самого начала я говорила, что не хочу участвовать в оперативном управлении. Но, разумеется, я хочу, чтобы роль наблюдательного совета принимали всерьез».
Не жалеет она и о своем мужественном решении возглавить контрольный орган компании: «Я полностью удовлетворена. Наблюдательный совет – это новая для меня командная работа, новые функции и компетенции. Я постоянно взаимодействую с производственным советом и представителями рабочих и служащих. Наше сотрудничество действительно можно назвать конструктивным. Я, к слову, знаю лишь таких представителей служащих, которые думают как предприниматели. В этом плане я избалована».
С финансовой точки зрения Сюзанне Клаттен несложно преодолевать убыточность SGL, ведь дела BMW в прошедшие годы шли куда лучше, чем многие ожидали. Когда мировой кризис стих, предприятие под управлением Норберта Райтхофера ставило один рекорд за другим.
Сюзанна Клаттен и Штефан Квандт наблюдали за этими успехами из наблюдательного совета. И хотя он не является для них основным местом работы, однако участие в контрольном органе отнимает довольно много времени и прочих ресурсов. В 2014 году наблюдательный совет компании собирался пять раз. На первом собрании правление представило новые модели, а также переработанные старые. Помимо этого, обсуждали расширение завода в Спартанбурге, Южная Каролина, и предполагаемое расположение своего нового завода в Латинской Америке. BMW остается верной своей стратегии: продукция компании должна следовать за рынком, то есть производить автомобили нужно там, где они продаются.
Контроллеры BMW, кроме того, продлили договор о сотрудничестве с китайским предприятием Brilliance, обсудили возможность партнерства с Toyota и обменялись мнениями о производственной площадке в России. Одно из заседаний наблюдательного совета концерна прошло в Китае, где у BMW два завода. Встреча, как обычно, заняла два дня, обсуждали стратегию и новые модели. Все «контролеры», в том числе Штефан Квандт и Сюзанна Клаттен, опробовали новые машины на испытательном полигоне.
Однако основной деятельностью Квандтов в BMW является подбор руководящего персонала. В этом, по сути, и заключается их власть. В начале 2015 года Квандты вновь озаботились сменой руководства BMW. В мае 2015 года пост Норберта Райтхофера занял Гаральд Крюгер. Инженер-машиностроитель, Крюгер, которому как раз исполнилось 49 лет, уже шесть с половиной лет состоял в правлении концерна. Он руководил отделом персонала, затем отвечал за марки Mini и Rolls-Royce, а также за подразделение, занимавшееся мотоциклами. С весны 2013 года его назначили главой производства – самого важного отдела компании.