Рут Уэйр – Один за другим (страница 58)
Ева шантажистка, это мне уже известно. Тем не менее подобной низости я не представляла. До чего безжалостная, расчетливая провокация…
Отправить Лиз к насильнику, как агнца на заклание. Только Ева не догадывалась, что Лиз — не агнец.
Лиз ведь говорила, что в «Снупе» ее недооценивали.
Что ж, это было ошибкой. Ошибка Евы ее убила. И убила Норланда. А теперь — и саму Лиз.
— Она знала, — негромко сообщаю я.
Меня не слышат, продолжают спорить, но тут Тайгер переспрашивает:
— Что вы сказали, Эрин?
Все дружно умолкают.
— Она знала.
Мое заявление точно бомба разрывает внезапную тишину.
— Кто? Лиз?
— Ева. Она
Рик не отвечает, хотя выражение его лица красноречивее любых слов. Он помнит. Прекрасно помнит. И понимает. Для остальных я поясняю:
— Она нарядила Лиз и отвезла к Норланду домой не просто так. Ева ждала, что Норланд начнет приставать к Лиз, а та испугается. Ждала и рассчитывала все это запечатлеть.
— Твою ма-ать, — хрипит Карл с посеревшим лицом. — Я однажды спросил у Евы, в чем секрет ее мастерского умения убеждать инвесторов. Она ответила: у каждого есть кнопка, нужно просто ее найти, а затем надавить сильно-сильно.
— Видео должно было стать кнопкой, — киваю я. — Увы, все пошло не по плану.
— Столько лет… — печально произносит Тайгер. — Ева столько лет угрожала Лиз… Что нам делать?
— А что мы можем сделать? — Тофер встает, проводит руками по волосам. — Этот гребаный файл… жуть просто. Ладно бы Лиз. Там компромата на целую тучу народу! Настоящая бомба замедленного действия, чтоб ее…
— Арно в курсе? — спрашивает Рик.
Тофер качает головой.
— Нет, я ему не рассказал. Если о содержимом папки пронюхают, «Снупу» конец. Кем мы станем? Компанией, основанной на шантаже инвесторов? Возможно, мы переживем смерть Евы — и даже разоблачение Лиз. Если же всплывет вот это, мы пойдем ко дну. — Тофер красноречиво смотрит на Рика. — В буквальном смысле пойдем ко дну, понимаешь? Вплоть до того, что нам с тобой светит тюремный срок. Как мы докажем, что ничего не знали?
— Нельзя же все скрыть! — в ужасе восклицает Тайгер. — Тофер, ты что предлагаешь? Сделать вид, будто мы ничего не видели?
— Я просто хочу сказать… — В голосе Тофера звучит отчаяние; с безумным видом он вновь запускает пальцы в льняную шевелюру. — Просто хочу сказать: зачем вытаскивать эту историю на свет божий? Какая польза? Ева мертва. Лиз мертва. Норланд мертв. К ответу призывать некого. Мы лишь навредим Арно и Рэдиссон.
— И «Снупу», — осуждающе добавляет Тайгер. — Вот что ты имеешь в виду на самом деле, да? Речь не об Арно, а о том, чтобы ты сохранил свое положение! — Ее обычно спокойный голос звенит от гнева и боли. — А как же Лиз?!
— Лиз — убийца! — срывается на крик Тофер.
— Она жертва!
— Она психопатка чертова, — прозаично вставляет Карл. —
Тишина, все обдумывают его слова.
Действительно, Лиз была жертвой. И, по ее же искренним признаниям, ничего подобного не хотела. Бедный растерянный ребенок, оказавшийся не в том месте не в то время. Тем не менее я не в силах забыть второй факт. И не в силах забыть Ани, маленькую доверчивую Ани. Наверное, правы все. Лиз — и жертва, и психопатка одновременно.
Эрин
К концу ужина так ничего и не решено. Я неловко поднимаюсь по крутым ступеням в номер, оставив несмолкающие сердитые голоса спорить. Какое облегчение — надеть наконец наушники и лечь на кровать, устроив ногу на возвышении. Не думать ни о чем, кроме музыки.
Стука в дверь я толком не слышу, но почему-то вынимаю один наушник. Ага, вот опять — бодрое «тук- тук».
Вздохнув, хромаю к двери.
На пороге Дэнни. Держит костыль.
— Ты забыла, дорогуша.
— Точно! — Я хлопаю себя ладонью по лбу. — Вот дурочка. Спасибо.
Забираю костыль, наступает неловкая тишина.
— Зайдешь? — предлагаю, махнув рукой в сторону своей невзрачной комнатки. — Не «Ритц», конечно, но у меня нет сил сидеть со всеми внизу.
Как ни странно, Дэнни качает головой.
— Не-а. Я… В общем, прогуляюсь. Выпью.
— С кем?
Я удивлена. Удивление усиливается, когда Дэнни вдруг краснеет.
— С Эриком, сыном хозяйки. У него бар в конце улицы — знаешь, с медным прилавком, на углу,
— Дэнни! — По моему лицу расползается улыбка. — Это же чудесно. А он?..
Дэнни приподнимает бровь, многозначительно молчит, дожидается, пока я смущенно вспыхну, и только тогда разряжает обстановку:
— Если ты имеешь в виду, любит ли он «пина коладу», то источники говорят — да.
— Ха. Ладно. Иди уже.
— Точно? Если хочешь, пойдем со мной…
Я со смехом перебиваю:
— Нет уж, спасибо. Я сегодня обойдусь без «пина колады», хочу лечь пораньше.
— Хорошо. Отличный план, Бэтмен.
Дэнни замолкает, но не уходит. Стоит, хмуро глядя в пол, водит носком по узору на безвкусном ковре. Наконец спрашивает:
— Жуть, правда?
— Ты про видео? Да уж. Что они решат, интересно?
— Черт их знает. Все думаю — может, нам самим в полицию пойти? Правда, сомневаюсь, будет ли толк.
Я думаю о том же — и тоже не нахожу ответа, потому лишь пожимаю плечами.
Дэнни поворачивается спиной. Не успеваю я закрыть дверь, как он вдруг идет назад. Наклоняется, будто хочет сказать что-то на ухо, и в очередной раз меня удивляет — целует в щеку, довольно нежно. Губы у него полные и мягкие.
— Люблю тебя, подруга, — говорит.
Я крепко его обнимаю.
— Я тоже тебя люблю, Дэнни. Все, беги. «Пина колада» ждет.
Эрин