Рут Уэйр – Один за другим (страница 29)
— Понятия не имею. При желании мотив, наверное, можно найти у кого угодно. Например, Миранда втайне влюблена в Иниго. Рик — ярый сторонник целибата, который ненавидит женщин-боссов. Ничего не понятно. При желании я бы придумал кучу такой ерунды против каждого. Нет, думаю, изучать нужно алиби. Наверняка кого-то из этих красавцев мы сумеем исключить.
— С Эллиотом — нет. Его мог убить любой. Мы все были здесь: то уходили из гостиной, то возвращались…
— Злополучный кофе Эллиоту отнесла Ани. А она неровно дышит к Тоферу, это факт.
— Ани отнесла Эллиоту
— Двойной блеф? — не слишком убедительно возражает Дэнни. — Ладно, разобраться с алиби на момент смерти Эллиота не выйдет, я понял. А вот Ева? Если предположить, что Эллиота убили за информацию о смерти Евы…
Я мысленно возвращаюсь назад, к обсуждению исчезновения Евы. Кто где был?
— Так… Ани с Карлом видели Еву целой и невредимой на полпути вниз, к подножью Ле Сорсье. Значит, если Еву действительно убили, то убийца попал на гору раньше Ани и Карла. Мало того, убийца — хороший лыжник, иначе он не перехватил бы Еву на такой сложной трассе. Верно?
— Ве-ерно… — с сомнением тянет Дэнни. — Хотя… Карл вообще-то не говорил, что видел Еву. На этом настаивала Ани.
— Хорошо, но она видела наверняка. Это было еще до того, как Эллиот обнаружил информацию GPS. Откуда еще Ани могла узнать о спуске Евы по Ле Сорсье? Только увидеть сама. Если бы Ани лгала, то твердила бы, что Ева ехала по Бланш-Неж. Любой, кто хотел бы пустить нас по ложному следу, назвал бы Бланш-Неж.
— Ладно, принимается. То есть, по-твоему, Ани и Карл вне подозрений?
— Да, и Лиз тоже — она к тому времени уже возвращалась вниз на подъемнике. Нас интересуют те, кто оказался на вершине трассы раньше Евы. Значит, Тофер, Рик, Тайгер, Иниго и Миранда.
— Не Миранда, — неожиданно заявляет Дэнни.
Я хмурюсь.
— Почему?
— Если мы доверяем словам Ани, то Еву убили где-то посредине Ле Сорсье. По этой трассе не каждый спустится. Убийца — хороший лыжник.
Я медленно киваю. Ну да, точно. Выходит… что ж, остается совсем небольшая группа подозреваемых. Тайгер. Иниго. Возможно, Рик, хотя сомнительно. Он хороший лыжник, да, но для Ле Сорсье нужно быть не просто хорошим, а очень хорошим. И Тофер.
Вновь возвращаемся к Тоферу. Впрочем, ничего удивительного, ведь у Тофера имеется самый сильный мотив. А теперь — еще и возможность.
— На вершине они разделились, правильно? — вслух рассуждаю я. — Когда Бланш-Неж закрыли. Одни поехали назад на канатке, другие все равно по трассе. Первых, которые на канатке, можно исключить. Кто это был?
— Они вроде не говорили. — Теперь хмурится Дэнни. — Тофер и Иниго — точно по трассе, про остальных не знаю. Хочешь, спрошу?
Я киваю. Вообще-то лучше было бы пойти самой. У Дэнни общение с гостями не очень-то складывается. Сцепился с Карлом — просто немыслимо! Нам только драки не хватает. Мы и без того сидим на пороховой бочке, все на пределе от горя и напряжения. Однако нога болит. Сильно. Вновь на нее наступать? Нет, не могу.
Когда дверь за Дэнни закрывается, я нащупываю в кармане упаковку ибупрофена и высчитываю, сколько времени прошло с приема последней дозы. Три часа. Следовало бы подождать еще час. Я торопливо, пока не вернулся Дэнни, разрываю фольгу и проглатываю очередные две таблетки.
Едва успеваю запить их холодным чаем, как дверь распахивается.
— Тофер, Иниго, Тайгер и Рик съехали по Бланш-Неж, — сообщает Дэнни. — Остальные вернулись на подъемнике и внизу встретили поджидавшую их Лиз.
— Ясно. Так… Допустим, кто-то из четверки незаметно отстал, поднялся назад на вершину и свернул на Ле Сорсье. Ему пришлось бы действовать быстро. Очень быстро. Ева на лыжах не каталась, а летала, она и так уже была на полпути к подножию, когда ее заметила Ани. Еву просто никто не успел бы перехватить…
— Погоди, погоди… — Дэнни обдумывает разные возможности. — Вдруг она упала? Поранилась. Убийца обнаружил раненую Еву, предложил ей помощь, а сам…
Я киваю. Что-то в этой версии есть. Убийца действовал не спланированно, а по обстоятельствам… Тут мне в голову приходит возражение, причем существенное.
— В нижней части трассы нет пропасти, — говорю. — Там сбросить Еву с обрыва не могли.
— Да, но если она была, к примеру, без сознания или совсем без сил и потому не сопротивлялась? Если ее никуда не сбрасывали, а просто убили и оставили тело в лесу? Горы иногда искажают сигнал GPS, Эллиот сам говорил. Возможно, именно это он и обнаружил — что Ева не на дне ущелья, а на трассе.
— Возможно…
Рассуждения Дэнни наводят меня на новую мысль.
— Погоди, опять не вяжется.
— Почему? Вроде все логично.
— Логично все, кроме одного. Как убийца догадался искать Еву на Ле Сорсье? Мы исходим из предположения, будто кто-то намеренно поехал за Евой, надеясь догнать. Только никто не видел, как она стартовала. Никто не знал, что Ева спускается по черной трассе.
— Черт, точно. — Дэнни вновь морщит лоб, темные брови сходятся на переносице. — Как он понял, где Ева?..
— Единственный человек… — Я пытаюсь сложить факты вместе. — Единственный человек, который знал о спуске Евы по Ле Сорсье, это Ани. Вдруг она поделилась с кем-нибудь своим наблюдением?
— Если поделилась… — медленно произносит Дэнни, но заканчивает фразу совсем не так, как я ожидала. — Если Ани с кем-нибудь этим поделилась, тогда она в жуткой опасности. Нужно выяснить, кому Ани рассказала. Как можно скорее.
Лиз
— Черт возьми!
Тофер у меня в номере.
Теперь же в мою комнату вторглись, а путь к спасению отрезали.
— Черт возьми, Лиз, это кошмар! Все косятся на меня. Подозревают меня!
— Тофер…
Как бы поступила в подобной ситуации Тайгер? Погладила бы его по руке? Обняла? Последняя мысль вызывает легкую тошноту, но первая…
Я неуклюже вытягиваю вперед руку. Тофер продолжает расхаживать. Проскакивает мимо моей ладони, словно я ловлю такси, а он везет пассажира. По-моему, Тофер ее даже не видит. Я машинально грызу заусеницу, замечаю это и поспешно сую руку в карман.
— Господи, я схожу с ума. О боже, Ева. Ева!
Тофер замирает, обрушивается на кровать. Прячет лицо в ладонях и вдруг, к моему ужасу, начинает плакать.
Хорошо хоть бегать перестал. Я вновь вытягиваю руку. Вспоминаю, как Тайгер успокаивала Карла. Роняю руку на плечо Тоферу. Он громко, судорожно всхлипывает, словно его сейчас стошнит, и я ее отдергиваю.
— Тофер, — шепчу. — Давай я… — Оглядываю комнату в поисках подсказки. Взгляд падает на пустой стакан у кровати. — Давай я тебе воды принесу.
Не знаю, слышит ли он. На цыпочках выхожу в коридор. Закрываю дверь и приваливаюсь к ней, переводя дыхание.
О боже, не умею я утешать.
Я умею регистрировать документы, вести записи и сводить данные. Умею исправлять недоработки и поддерживать порядок. Я целеустремленная, организованная и уделяю большое внимание деталям. Еще я очень хорошо, просто замечательно, умею быть невидимой.
Словом, я идеальная личная помощница. Однако утешения — не мой профиль.
Эрин
Пора убирать после обеда, а без посудомоечной машины это непросто. Горячая вода есть теперь только в чайниках, которые мы кипятим на печи, и на подготовку достаточного количества чистой посуды для следующего приема пищи уходит почти все время. Грязные обеденные тарелки и миски высятся горой на сушилке возле раковины, а столовые приборы отмокают в теплой, быстро остывающей воде. Важно, конечно, чтобы гости были сыты, но чтобы они были живы, еще важнее, а поскольку мы с Дэнни не хотим оставлять друг друга в одиночестве, то и не спорим, кому идти беседовать с Ани. Мы пообщаемся с ней вместе, это однозначно. Осталось придумать, где и как.
— Сейчас же, — твердо заявляет Дэнни. — Если она рассказала убийце про Еву на трассе, тот скоро сообразит, что Ани для него угроза. И тогда…
Я с трудом сглатываю — в горле пересыхает.
— Вдруг она с кем-то из коллег? — спрашиваю я. — Как мы объясним свое желание поговорить с ней наедине?
Дэнни качает головой.
— Нет уж, мы поговорим с Ани при всех. Сделаем это достоянием общественности. Пусть каждый знает правду.