Рут Манчини – Шаг в пропасть (страница 59)

В результате мне все-таки удалось уснуть и с полчаса подремать. Когда я снова открыла глаза, за окном уже рассвело. Стараясь не обращать внимания на сосущее чувство под ложечкой, я встала с кровати, надела джинсы, толстый свитер и вышла на улицу проверить свою машину. Стояло холодное, ясное зимнее утро, окна машины заледенели. Я счистила лед, жмурясь от пронзительно-яркого света, затем села в салон и прогрела двигатель.

Когда я вернулась домой, Хелен ждала меня на кухне с пакетом плюшек.

– Машина в порядке. Она тебя ждет. – Я улыбнулась и, скинув кроссовки, осталась стоять в дверях.

Мы с Хелен посмотрели друг другу в глаза и крепко обнялись. Она тяжело вздохнула.

– Вот и все, Хел, – прошептала я ей на ухо.

– Я жутко нервничаю.

– Нервничать полезно, – ответила я. – Но естественно, в самую меру, отнюдь не так, как перед выходом на сцену. День, когда я перестану нервничать, станет тем самым днем, когда я перестану быть актрисой.

Хелен захватила пакет с плюшками и, проследовав за мной в гостиную, выложила их на тарелку на кофейном столике. Я взяла плюшку и потихоньку сжевала, пока делала разминку – растяжки и выпады. Холодный воздух меня взбодрил, я внезапно почувствовала прилив нерастраченной энергии. Хелен села, поджав под себя ноги, в кресло.

– А знаешь, кто меня больше всех нервирует? – спросила она. – Ты.

– Да я просто разминаюсь.

– Я о том, что ты сказала Джерри. Поверить не могу, что ты назвала его хреном собачьим.

– Ты бы видела его рожу! – ухмыльнулась я и, передразнивая Джерри, пробормотала: – Тебе кнец!

Хелен выдавила улыбку, неодобрительно покачав головой:

– Ти, ты играешь с огнем.

– Он меня не помнит. – Я прекратила разминку и рухнула на диван.

– Знаю. Но что, если это дойдет до него позже?

– Вот и хорошо. Я хочу, чтобы он знал, кто устроил ему ловушку.

– Нет, не хочешь! – взвизгнула Хелен.

– А что он мне сделает? – пожала я плечами. – Тогда ему придется признаться в том, что он в свое время нас растлил. Навряд ли у него хватит пороху.

Хелен бросила на меня предостерегающий взгляд:

– Осторожнее! Придерживайся сценария. Больше никакой отсебятины. О’кей?

День тянулся медленно. Мы с Хелен провели его, лежа на диване: смотрели одним глазом хичкоковский фильм и обменивались сообщениями с Хейли и Мэдди с помощью старого черного телефона «Нокиа», который Хейли купила для нас в магазине мобильников в Стретеме. («Предоплаченный. Без договора. Купленный за нал. Отследить невозможно», – сказала Хейли.) Похоже, все шло хорошо. Перед уходом на рождественскую вечеринку Дэн поссорился с Эмили, посадил дочь под домашний арест и конфисковал ее телефон, в результате чего телефон, якобы пропавший, оказался в полном распоряжении Мэдди, которая вскоре должна была начать отправлять сообщения.

В четыре часа дня Хелен поднялась в свою квартиру, чтобы одеться, а затем вернулась ко мне. В красном пальто и в туфлях на шпильке она выглядела шикарно. Мы стали ждать. К пяти часам за окном совсем стемнело. Сегодняшнего ясного морозного утра словно и не бывало. В половине шестого я отправила Мэдди сообщение:

Эй! Как все идет?

Все хорошо. Думаю, я его поймала!

Когда я получила этот ответ, у меня екнуло сердце.

Мэдди написала, что свяжется со мной через минуту. Я сидела, словно каменное изваяние, подтянув колени к груди и положив голову на сложенные руки. Хелен застыла в кресле напротив. Через пару секунд телефон загудел. Пришло сообщение от Хейли:

О’кей. Мы его сделали. Пора идти.

– Ну все, тебе пора, – посмотрев на Хейли, выдохнула я.

Она тут же начала действовать. Взяла ключи от машины из корзинки на столе, обняла меня и вышла из квартиры. Я поднялась на ватных ногах, открыла для Джорджа банку «Шебы», приготовила куртку и сумку. В субботу вечером Хелен доедет до Кенрик-Плейс за пятнадцать минут, еще пять минут она потратит, чтобы припарковаться и вызвать такси, которое должно было отвезти ее назад.

Двадцать пять минут спустя у меня зазвонил телефон, мой настоящий телефон. Я ответила.

– Привет, Тейт, – дрожащим голосом быстро произнесла Хелен. – Дико извиняюсь, но я звоню по делу. Я потеряла сережку. Все кругом обыскала, но ее нигде нет. Должно быть, обронила вчера вечером.

– Не может быть! – ахнула я. – Дорогая сережка?

– С бриллиантами! – воскликнула она. – Серьги очень ценные. Уникальные. Вторых таких нет. Бабушка подарила мне их перед смертью. Они… – Она сделала паузу, и я услышала всхлипывание. – Единственное, что у меня от нее осталось. Я должна найти сережку!

Я улыбнулась. Она играла прекрасно. Когда мы, согласно сценарию, произнесли остальные реплики, я спустилась вниз. На улице меня уже ждала Хелен, сидевшая на заднем сиденье такси. Я села рядом с ней, она дала таксисту адрес офиса. Пока мы ехали по Мейфэр, я произнесла заранее заготовленный текст о том, что нам нужно предупредить о нашем приходе охрану, а Хелен, в свою очередь, умоляла меня этого не делать, признавшись, что ее уволили из «Коуэн Макколи». Она даже обещала проставиться, если нам удастся найти сережку. При этом мы с Хелен усиленно старались сделать так, чтобы таксист слышал наш разговор. Я сжала руку подруги. Я гордилась ею и знала, что она была права: никакой самодеятельности. Все должно пойти по плану, если каждая из нас будет строго придерживаться сценария.

Глава 49

На террасе на крыше было холодно и темно, поскольку единственная аварийная лампочка, работающая на движение, отключилась несколько минут назад.

Сообщение Джерри было жутко нервозным:

Ты где?

На крыше.

Ты что, меня разыгрываешь? Что ты там делаешь?!

Вид обалденный! Слишком длинный путь вниз.

Эм, ты должна оттуда спуститься!

Хейли посмотрела на Мэдди. Они вместе печатали сообщения, спрятавшись за световым окном и прижавшись друг к другу от холода, экран телефона Эмили светился в темноте.

– Давай так и оставим. Он начнет волноваться. Поднимется на крышу и найдет тебя. – Хейли посмотрела на Мэдди, и та кивнула, сделала глубокий вдох, завернулась поплотнее в куртку Дэна, застегнула молнию, обмотала шею и подбородок длинным шарфом, после чего Хейли ласково сказала: – Еще не поздно передумать. Теперь у нас есть сообщения. Мы можем вдвоем противостоять ему, вызвать полицию.

Мэдди покачала головой:

– Одних сообщений явно недостаточно.

– Знаю. – Голос Хейли дрожал от эмоций. – Но у меня должна быть стопроцентная уверенность, что это именно то, чего ты хочешь.

– Я абсолютно уверена, – прошептала Мэдди и, улыбнувшись Хейли, добавила: – И невероятно тебе благодарна.

– И я тебе. – Хейли вытерла скупую слезу. – Мэдди, я счастлива, что смогла познакомиться с тобой поближе.

– Аналогично. – Мэдди слабо улыбнулась и, выключив телефон Эмили, протянула его Хейли, которая тут же открыла боковой карман рюкзака. Мэдди бросила телефон в рюкзак, Хейли поспешно застегнула молнию.

Мэдди натянула на лоб капюшон, выпрямилась, на неверных ногах вышла из-за светового окна. Ей в лицо ударил порыв ветра, и она с трудом восстановила равновесие. Следующий порыв ветра сорвал с головы капюшон. Мэдди снова натянула его, на короткое мгновение повернулась лицом к Хейли и исчезла за углом.

Затем они принялись молча ждать. Хейли съежилась в темноте за световым окном. Наконец она услышала, как лязгнула металлическая дверь пожарного выхода. Загорелась аварийная лампочка.

– Эм! – Голос Джерри. – В какие игры ты тут играешь? Сейчас же отойди от края! – (Пауза. Тяжелые шаги.) – Господи, Эм! Ну и заставила же ты меня поволноваться. Что происходит?

Хейли пришла в бешенство. Ее возмутил небрежный, фамильярный тон, каким этот подонок произнес имя Эмили. Ветер донес до нее какой-то запах. Неужели лосьон после бритья? Неужели ради пятнадцатилетней соплюшки он воспользовался лосьоном после бритья? От этого запаха вкупе с нервным напряжением, которое постепенно росло, Хейли захотелось блевать.

Сделав глубокий вдох, она на несколько секунд задержала дыхание. А потом услышала, как Мэдди набросилась на Джерри.

– Ты, ублюдок! Грязный, мерзкий ублюдок! – кричала она.

«Мэдди, его шея! – молча взмолилась Хейли. – Помнишь? Никаких следов на лице. Только на шее».

Послышался шум борьбы, а затем вырвавшийся у Джерри вопль изумления:

– Какого хрена?! Ты что, с цепи сорвалась?! Оставь меня, ненормальная сука!

Хейли услышала тяжелый удар по световому окну. Она сжала в ярости кулаки и вонзила ногти в ладони, с трудом преодолевая желание броситься на помощь подруге. Противники кружили по террасе, и в соответствии с их перемещениями аварийная лампочка то включалась, то выключалась.

– Сука! – зарычал Джерри. – У меня течет кровь!

– Моя дочь! – всхлипнула Мэдди. – Как ты посмел нацелиться на мою дочь?! Как ты посмел использовать нас с Дэном, чтобы добраться до нее, извращенец поганый?!

– Чертова психопатка! – отвечал Джерри. – Уж не знаю, что взбрело в твою больную голову, но я всего лишь волновался за Эм. И хотел убедиться, что с ней все в порядке. Если бы ты была хорошей матерью…

– Гнусный лжец! – взвизгнула Мэдди. – Ты явился сюда, чтобы трахнуть мою дочь!