Рут Манчини – Шаг в пропасть (страница 23)

– Боже мой! – громко стонет она. – Извините. Мне придется ответить. Пейте шампанское. Можете выпить его внизу в баре. И закажите какие-нибудь закуски. Ни в чем себе не отказывайте. О счете я потом позабочусь. Я угощаю.

Сара, по-прежнему с фужером руках, берет пальто и сумку с ноутбуком, открывает дверь и выходит в коридор. Я следую за ней, прихватив по дороге бутылку шампанского. Мы с Сарой молча идем по коридору к лифту. Сара нажимает на кнопку вызова, мы ждем секунду-другую.

– Итак, в чем дело? – наконец едва слышно спрашиваю я.

– Я вас не понимаю.

– Что-то явно случилось. Что именно?

– Нет, – натянуто улыбается Сара. – Ничего не случилось.

– Значит, следствие в отношении меня действительно закончено?

– Да. Следствие закончено.

– Но когда вы упомянули о новых уликах… – настаиваю я. – Может, вы мне не все рассказали? И умолчали о чем-то?

Сара качает головой:

– Нет. Все хорошо. Если, конечно, вас ничего не беспокоит.

– В общем-то, нет. Меня ничего особенно не беспокоит, – неуверенно отвечаю я и уже в кабине лифта торопливо спрашиваю: – Ну как, может, пройдем в бар? Грех, чтобы такое шампанское пропадало зря. Да и вообще… у меня есть кое-какие вопросы, если не возражаете.

– Конечно, – посмотрев на меня, кивает Сара.

Мы молча едем вниз и, выйдя из лифта, проходим через лобби в бар. Бар отделан дубом и красным деревом, стены светло-серые, полы глянцевые, освещение приглушенное. Сейчас, в четыре часа дня, тут практически никого нет. Я вижу того же бармена, который приносил нам шампанское, и ловлю его взгляд. Он кивает в подтверждение того, что знает, кто мы такие и наливать нам не нужно. Мы выбираем столик возле окна на подиуме в лаунж-зоне, подальше от бара. Я сажусь и ставлю бутылку и фужер на стол. Выдвинув стул напротив меня, Сара кладет на пол рядом с собой сумку с ноутбуком.

– Итак, у вас, кажется, были вопросы?

– Всего один или два. – Я пока не уяснила для себя, о чем конкретно собираюсь спросить, но точно не хочу, чтобы Сара ушла прямо сейчас. – Не могли бы вы повторить, что именно вам сказали в полиции?

Сара внимательно смотрит мне в лицо:

– По-моему, вы знаете гораздо больше, чем я. Ведь так?

Вспышка страха на секунду лишает меня самообладания.

– С чего вы взяли?

– А вам не кажется, что это я должна спросить вас: почему?

– Вы о чем?

– Почему вам понадобилось говорить мне… – начинает она и останавливается. – Почему вы убедили меня… полицию, вашу сестру, короче, всех вокруг, что убили Мэдди?

– Но я ведь сказала вам, что не убивала Мэдди, – поправляю я Сару.

– Да, – соглашается она. – Вы именно так и сказали. И в то же время вы проделали реально большую работу, заставив всех, включая меня, подозревать вас в убийстве.

Я бросаю на Сару пристальный взгляд. И жду. Думаю. Время останавливается.

– Что заставляет вас так говорить? – интересуюсь я.

– Кое-какие моменты.

– Ну а точнее? – педалирую я, но затем уже более мягко задаю вопрос: – На что конкретно вы намекаете?

– Когда я проверяла протокол вашего задержания, там было написано, что вы назвали полиции свою соседку из квартиры триста шестнадцать в качестве абонента, которому хотели бы позвонить, осуществив свое право на один телефонный звонок. Она должна была покормить вашего кота. Так вы сказали полиции. В протоколе ее имя указано как Клэр. Без фамилии. Только номер телефона.

– Все верно, – соглашаюсь я. – Ужасно глупо с моей стороны, но из-за стресса я не смогла вспомнить ее фамилии.

– Вы также сказали мне, – продолжает Сара, – что Дэн был крайне недоволен, что вы провели постороннего человека в здание. Но туда невозможно никого провести, чего Дэн не мог не знать. Тогда с какой стати ему проявлять недовольство? Он наверняка вам не поверил. И должен был отругать вас за попытку ввести его в заблуждение.

Я делаю очередной глоток шампанского, стараясь держаться как ни в чем не бывало. Но у меня дрожит рука, и я вынуждена поставить фужер.

– Ну а теперь о той офисной вечеринке. Полиция утверждает – и вы с этим согласились, – что вы встретили Джерри Сигера на террасе для курения и начали с ним флиртовать вскоре после того, как он уже спел под караоке. Однако мне вы сказали, что Сигер еще продолжал петь, когда вы покинули бар и поднялись по пожарной лестнице на крышу, где и встретили Хелен. Вы также сообщили мне, что находились с ней до конца вечера. Что противоречит вашему заявлению о времени встречи с Джерри.

Ну, это все объяснимо. Привязка ко времени. Вот и все. Просто привязка ко времени.

– И наконец, частный детектив, которому я поручила следить за Дэном, абсолютно ничего не нашел. Поэтому детектив взял на себя инициативу проследить за вашим домом. – (У меня внутри все обрывается. Получается, ощущение, что за мной следят, имело под собой основания. Я вовсе не параноик. За моей спиной действительно кто-то был.) – И в результате он увидел женщину с длинными темными вьющимися волосами, которая вышла из квартиры двумя этажами выше той, где живете вы, и села за руль вашей машины. У нее были ключи от «опеля-корса». Она уехала на вашем «опеле». И вернулась на вашем «опеле». – Сара делает паузу. – Детектив видел вас вместе. – (Я пристально смотрю на нее, сердце отчаянно бьется.) – Из чего я сделала вывод, что ваш звонок из полиции соседке с просьбой покормить кошку на самом деле был сообщением обитательнице той квартиры, что вы арестованы. И, насколько я понимаю, вашим абонентом была та самая женщина, которая вошла в вестибюль дома номер двести двадцать пять и отвлекла Кевина, охранника, в тот самый момент, когда Мэдди столкнули с крыши.

Сара умолкает и выжидательно смотрит на меня, но я не могу говорить. Мне трудно дышать. Я словно получила удар под дых.

– Детектив сделал фото. – Сара открывает сумку, достает оттуда папку, вынимает лист с распечатанными фотоснимками и придвигает ко мне. Я беру снимки, хотя могу на них не смотреть. Ведь я уже заранее знаю, что – и кого – там увижу. Я знаю, что Сара уже на середине пути и получить полную картину – для нее лишь вопрос времени.

Я закрываю глаза и мысленно костерю Ферн. Проклятая Ферн, заплатившая Саре за то, чтобы та продолжала меня защищать. Хотя, с другой стороны… Я поднимаю глаза. Сара очень спокойная, очень надежная. Мне с ней очень комфортно. И для меня будет огромным облегчением сбросить с себя весь этот груз, вручив его в твердые, умелые руки своего адвоката.

– Вы не имеете права хоть кому-нибудь об этом рассказывать, – начинаю я, лихорадочно соображая. – Вы сами так говорили. Первая вещь, которую вы мне сообщили. Вы сообщили, что обязаны сохранять конфиденциальность.

Рот Сары превращается в твердую линию, хотя глаза остаются добрыми.

– Абсолютно точно. Все верно. Я обязана сохранять конфиденциальность.

– И вы по-прежнему не имеете права передавать кому бы то ни было информацию, которую я вам сообщу, да? Даже сейчас?

– Нет. До тех пор, пока мы с вами обсуждаем то, что уже произошло. То, что вы совершили в прошлом, но не то, что вы еще только собираетесь совершить.

– Что вы имеете в виду?

– Вы хотите сообщить мне, что собираетесь совершить преступление, да? И таким образом впутать меня в то, что еще только должно произойти?

Я напряженно соображаю, а затем отвечаю:

– Нет.

– Тогда я не смогу разгласить эту информацию. Все сугубо конфиденциально.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

Переведя дух, я неуверенно начинаю:

– Я сказала вам то, что сказала, поскольку мне нужно было… нужно было…

– Проверить? – подсказывает Сара.

– Вот именно, – киваю я. – Мне нужно было, чтобы в мою версию поверила полиция. А еще чтобы в нее поверили вы. Если бы я рассказала вам правду, вы дали бы мне совершенно другой совет. Но я хотела вести себя на допросе естественно. Ну… вы понимаете. Вести себя согласно плану.

Сара подносит к губам фужер и делает глоток:

– И каков был ваш план?

– Это действительно останется между нами?

– Да. Я никому не скажу. Не имею права, – качает головой Сара.

– И даже когда вы престанете быть моим адвокатом… вы тоже никому не расскажете?

– Не расскажу, – твердо обещает Сара.

– Даже если я сделала что-то… что-то очень плохое, вы точно не сможете об этом никому рассказать? Даже тогда?

Сара ставит фужер на стол:

– Однозначно.

Секунду-другую я обдумываю ее ответ: