Рустам Разуванов – Баба Нюра. Мистический фольклор (страница 32)

2. Встреча с великаном в лесу

Как мне кажется, несмотря на то что это произошло в уже заброшенной деревне Осиново и, как следствие, списывается на последствия их колдовства и мистической силы, в образе великана угадывается вполне традиционный портрет лешего. Нередко встречи с лешим именно так и описывались в литературе, связанной с фольклором: «Большой человек, ростом доходивший до крон деревьев». Перед его появлением разыгрывается неожиданная буря или просто сильный ветер.

3. Женщина, парящая в воздухе на Либежгоре

Весьма странный образ, который я затрудняюсь классифицировать. Мне трудно его отнести и к другим, и к известным мне мифическим персонажам. Возможно, кто-то, кто лучше меня знаком с миром фольклорной демонологии, смог бы справиться с этой задачей более успешно.

4. Тройка с Либежгоры

Здесь тоже не всё так просто. В уже известных научных трудах по фольклору тройка описывается как один из часто встречаемых образов лешего. Указывает ли это на то, что леший мог быть как-то связан с другими в этом мифе? Или же в упоминаниях о других тройка существует вне связи с лешим, как отдельный самостоятельный признак? Или, быть может, это просто наложение одного мифа на другой? Ответа для себя на эти вопросы я не нашёл.

5. Дедушка в лесу

В одной из быличек этот персонаж укрывал заблудившегося мальчика шубой, и тот не мог выйти. Этот образ я также находил при упоминаниях лешего. Пожалуй, это самый распространённый из всех сюжетов, который встречается в мистическом фольклоре. Однако в случае с девочкой, усаженной на стог сена, у некоторых информаторов мужчина этот обозначался не как «дедушка», а как «дяденька». Если бы не присутствие в этой истории посторонних персонажей, которых видела девочка, случай можно было бы смело приписывать к очередному явлению лешего. Однако здесь я затрудняюсь сделать однозначный вывод в его пользу. Вполне возможно, что это одна из мифических форм сюжета с другими.

6. Голос в лесу

Весьма распространенный мифический сюжет, который чаще всего приписывается абстрактной нечистой силе. Упоминается, что так она может зазывать к себе случайных путников. Иногда утверждается, что это может быть голос лешего. С учётом того, что данные сюжеты нередко возникают на фоне упоминаний о других людях, я не возьмусь делать никаких однозначных выводов и предоставлю эти рассуждения профессионалам.

7. Покойники, приходящие в дом

Это тоже весьма распространённый сюжет быличек. С учётом того, что явившиеся покойники при этом нередко несут в себе деструктивные функции, а иногда даже открыто заявляют о том, что их целью был обман, я прихожу к выводу, что они самостоятельный, весьма популярный образ в быличках о нечистой силе. Сюжет о нечистых, которые прикинулись умершей роднёй, весьма популярен в фольклоре и, вероятнее всего, никакого отношения к другим не имеет.

8. Платки, повязанные задом наперёд

Весьма странная быличка, которую мне тяжело отнести к какому-либо известному сюжету. Никогда ранее мне не доводилось слышать или читать фольклорный материал с подобными необычными деталями. Боюсь, что я не имею достаточных знаний, чтобы рассуждать об этом странном и непонятном для меня мифе, а потому оставлю его особняком как необычную мою находку.

9. Другие люди

Они живут в лесу, вблизи от курганов, в которые, по преданию, местные аборигены закопали себя живьём. Иногда они забирают жить к себе обычных людей. Порой являются в лесу или приходят в поселения к людям. Пожалуй, это самый сложный и неоднозначный для меня персонаж в мифах Либежгоры.

Очевидно, что упоминания о холмах, в которых люди закопали себя живьём, связаны с чудью. Другие – это чудь? Или какой-то самостоятельный, неизвестный широким массам персонаж?

В некоторых случаях они упоминаются как лесные соседи, которые часто контактируют с людьми. Могут прийти в гости, играть с детьми. Обычно они плохо одеты, любят хлеб и могут даже вступать в половую связь с людьми, предлагая взамен потомство. Однако в других случаях они являются народу как призраки, лишённые признаков живых людей, способные обходиться без воды и еды длительное время, не имеющие материальной оболочки, присущей живым. Возможно ли, что в этих быличках отражено соседство с реальным древним племенем, контакт с которым происходил около тысячи лет назад, а уже впоследствии, после его самопогребения, персонажи, олицетворявшие древних, превратились в неких мистических сущностей, нередко перенимающих черты и признаки мёртвых? Кто знает.

Еще большей путаницы делу добавил персонаж, известный на языке вепсов и карел как лембой. Его часто описывают как лесного чёрта. Он нередко уводит случайных путников на пирушки в свой дом на холме, где время останавливается навсегда, а покинуть его можно, лишь произведя сложные ритуальные действия, в которых нередко участвуют посторонние люди, желающие вернуть своего близкого. Особенным фактором, из-за которого я обратил внимание на этого персонажа, является один из гидронимов[9], который носит название, идентичное имени этого персонажа, а также то, что лембои нередко являлись слугами леших и выполняли их поручения. Весьма интересная деталь, которой можно было бы объяснить такое тесное соседство других людей с лешим. Но так ли это на самом деле или всё это просто совпадение? Или же, может быть, это очередное слияние нескольких мифов в один?

Отдельно во всей этой мифологеме стоят упоминания о дырах, в которые крошили хлеб. Именно с дырами также совершали ритуальные действия, и именно из них приходили другие. Удивительно, но именно в литературных былинах о чуди (древнем народе), посвящённых северной мифологии, говорилось, что они оставляли в своих домах-землянках дыры, похожие на туннели, через которые впоследствии выходили наружу. Поскольку они были людьми очень маленького роста (не больше девятилетнего ребёнка), для них не представляло никакого труда проникать в подобные отверстия, тогда как остальные люди, пришедшие в их земли, сделать этого не могли. Помимо этого, упоминалось, что подобные дыры сохранялись в землянках, где чудь совершила самопогребение, и они нередко представляли собой целую сеть развитых туннелей, соединённых между собой.

Обнаруженный мною курган с дырами ещё больше наталкивает меня на мысль о том, что всё это – удивительные следы этого народа, мифы о котором претерпели сложную мистическую трансформацию, устно передаваясь из века в век и дойдя до нас в уже изменённой форме. Хотя не стоит исключать и того, что истина может оказаться совсем другой.

10. Змеиный камень

Как оказалось позднее, в Вепсском крае существует легенда о летающих змеях, которые нападают и смертельно жалят всякого, кто приблизится к их дому. В некоторых быличках упоминалось, что эти змеи имеют странный хохолок красного цвета возле головы, а также нередко обитают возле высоких холмов и прячутся под древними камнями. Один из местных краеведов считает, что изображение на том самом камне является материальным отражением мифа о летучих змеях. Но другие историки этого мнения не разделяют. Связаны ли на самом деле эти упоминания как-то с камнем, который нам удалось обнаружить, или всё это просто совпадение? Не знаю. Возможно, этим тайнам только предстоит быть открытыми, а может, они навсегда останутся эхом того, что мы так и не сможем никогда познать.

Всё началось с одной простой истории, которая заманила меня в сложный, полный непростых переплетений мир мистического народного фольклора, где каждый рассказ самостоятелен и в то же время может легко пересекаться с другими рассказами. До сих пор я задаюсь вопросом: фольклор Либежгоры – это отдельные самостоятельные былички, имеющие точки соприкосновения, или же пазлы огромной сложной запутанной истории, которая началась много веков назад и продолжает жить сегодня?

Так или иначе, вне зависимости от того, о ком на самом деле поют мифы Либежгоры (о чуди, леших, лембоях, колдунах с деревни Осиново или же других людях), вся эта локальная поэма мистического фольклора представляет собой удивительный и богатый мир, наполненный жуткими и захватывающими художественными образами, способными вдохновить немало творческих людей на создание уникальных произведений в различных видах искусства.

Этот мир самостоятелен, разнообразен, и я уверен, что он хранит в себе ещё немало удивительных секретов. Именно отсюда начинался мой личный путь в далёкие и хмурые дебри сказочного леса деревенского мистицизма. Возможно, он сможет вдохновить и вас – того, кто ходит старыми путями, не давая зарастать забытым тропинкам.

Дороги нередко приводят к ответам на многие вопросы. Главное – продолжайте верное делание, и неизвестные друзья придут, чтобы помочь вам.