Руслан Жук – Путь к звёздам. Цикл «Игдрасиль» (страница 5)
Пауза.
– Нет, капитан. Но он ждёт. Ждёт того, кто готов.
Ли Вэй шагнула к креслу, протянула руку, но не коснулась – замерла в сантиметре от подлокотника.
– Я чувствую… здесь есть кто-то. Не в кресле. Вокруг него. В стенах. Везде.
– Призраки?
– Нет. Память. Знания. Всё, что они накопили, сохранено здесь. В этой комнате. В этом кресле. Если мы сможем это активировать…
– Мы даже не знаем, как оно работает.
– Я знаю.
Голос раздался из темноты. Они обернулись. Из тени выступила фигура – человек в скафандре АТ, но без шлема. Молодое лицо, короткие светлые волосы, усталые глаза.
– Шнайдер? – удивилась Ли Вэй. – Хельга Шнайдер?
– Доктор Шнайдер, если позволите. Да, это я.
Воронов инстинктивно потянулся к оружию, но Шнайдер подняла руки.
– Я не враг, капитан. По крайней мере, сейчас. Я пришла сюда не воевать.
– Тогда зачем?
– За тем же, что и вы. За ответами. И за спасением.
Она шагнула ближе, и в золотистом свете стало видно её лицо – бледное, измученное, но с горящими глазами.
– Я работала на АТ. Да. Я создавала для них нейросети. Системы контроля. Пожирателей.
– Вы! – Ли Вэй отшатнулась. – Это вы убили Коваля!
– Я никого не убивала. Я создавала технологии, которые они использовали. Это разные вещи. Но когда я увидела, что они сделали с вашим кораблём… с вашим учёным… я поняла, что дальше так нельзя.
Она опустила руки.
– Я сбежала. Пробиралась сюда, пока они штурмовали станцию. Я знаю, как работает этот Трон. Я изучала ваши разработки, Коваля. И знаю, что у нас есть шанс спасти его.
– Что? – Воронов не верил своим ушам. – Он мёртв. Мы видели, как станция взорвалась.
– Его тело – да. Но сознание… сознание могло сохраниться. Если он успел активировать протокол. Если он знал, что делать.
Ли Вэй вспомнила последние секунды перед бегством. Коваль, отдающий ей флеш-накопитель. Его слова: «Если не успею – сохраните мои данные. Афина поможет».
– Афина, – прошептала она. – Ты можешь найти его?
– Я ищу, доктор Ли. С момента взрыва. Есть слабый сигнал. Квантовый. Он идёт из… из самого Трона.
Все трое уставились на кресло.
– Он там? – спросил Воронов.
– Не совсем. Он везде. И нигде. Он… стал частью сети.
-–
3
Хельга Шнайдер подошла к креслу и положила руку на подлокотник. Свет вокруг неё изменился – стал ярче, пульсирующее чаще.
– Трон работает на принципе фрактальной резонансной синхронизации, – заговорила она, словно читала лекцию. – Сознание сканируется, сжимается в фрактальный паттерн и вплетается в квантовую сеть. Если носитель разрушен, сознание остаётся в сети. Оно ждёт. Теряет себя постепенно, если не найти новый носитель.
– Сколько у нас времени?
– Не знаю. Часы. Может, дни. Но чем дольше он там, тем больше растворяется в общем шуме. Нам нужно вернуть его. Сейчас.
– Как?
– Сядьте в кресло, капитан. Вы – сильный ментальный донор. Ваше присутствие поможет ему зацепиться за реальность.
Воронов смотрел на кресло с ужасом.
– Я не учёный. Я даже не понимаю, как это работает.
– Не нужно понимать. Нужно просто быть. Быть собой. Думать о нём. Вспоминать его. Создать якорь.
Ли Вэй взяла Воронова за руку.
– Алексей, мы должны попробовать. Ради него.
Воронов кивнул. Сел в кресло.
Корона опустилась на его голову – мягко, почти невесомо. Скипетр сам скользнул в правую руку, держава – в левую. На мгновение ему показалось, что он проваливается в бездну.
А затем он увидел Коваля.
-–
4
Субъективное пространство. Там нет ни времени, ни расстояния. Только образы.
Дмитрий Коваль стоял посреди пустоты. Вокруг него кружились обломки станции, звёзды, лица людей, которых он знал. Всё смешалось в хаотичный водоворот, затягивающий его в центр.
– Дмитрий! – крикнул Воронов, но голос не шёл – он просто подумал, и мысль достигла цели.
Коваль обернулся. Глаза его были пусты.
– Алексей? Ты… ты здесь? Или я схожу с ума?
– Ты не сходишь с ума. Ты в сети. Мы тебя вытащим. Просто держись.
– За что? Здесь не за что держаться. Всё плывёт. Всё исчезает.
Воронов шагнул к нему – или ему показалось, что шагнул. Пространство подчинялось другим законам.
– За меня держись. За Ли. За Афину. За то, что ты сделал. Ты создал это, Дмитрий. Ты дал нам шанс. Не бросай нас сейчас.
Коваль смотрел на него, и пустота в его глазах постепенно заполнялась чем-то живым.
– Я боюсь, Алексей. Я никогда так не боялся. Даже когда умирал.
– Бояться – нормально. Я сам каждый день боюсь. Но мы здесь. Мы с тобой. Ты не один.
– Я… я слышу их. Всех, кто был до меня. Предтечей. Они зовут. Говорят, что там хорошо. Что там нет боли.
– Врут. Там ничего нет. Только пустота. А здесь – есть. Здесь твоя работа. Твои друзья. Твоё будущее. Возвращайся.
Коваль молчал долго. Вечность. Или секунду.
– Хорошо. Я попробую.
Он шагнул к Воронову. Схватил его за руку.
И мир взорвался светом.