Руслан Жук – Путь к звёздам. Цикл «Игдрасиль» (страница 1)
Руслан Жук
Путь к звёздам. Цикл «Игдрасиль»
Глава 1
КНИГА ПЕРВАЯ: ПРОБУЖДЕНИЕ
ГЛАВА 1: Тот, кто помнит
-–
Орбитальная станция «ФЕНИКС-Прайм»
2247 год, 15 октября, 06:23 по бортовому времени
-–
1
Тишина в центральном посту управления была особенной – не мёртвой, а напряжённой, как струна перед тем, как на ней сыграют аккорд. Сотни голографических экранов мерцали в полумраке, отбрасывая синеватые тени на лица дежурных офицеров. За панорамными иллюминаторами медленно проплывала Земля – голубая, живая, равнодушная к тому, что творилось на её орбите.
Капитан Алексей Воронов стоял у главного голо-экрана уже сорок минут, не меняя позы. Для постороннего наблюдателя он мог показаться статуей – высеченной из гранита фигурой человека, который видел слишком много, чтобы удивляться чему-либо. Но те, кто знал его, понимали: эта неподвижность – лишь способ скрыть внутреннее напряжение.
Сорок семь лет. Из них двадцать пять – в космосе. Сначала пилотом истребителя, потом командиром разведчика, теперь – капитаном флагмана всей группировки. Он видел, как гибли друзья. Как взрывались корабли. Как война, которую называли «гибридной», пожирала миллионы жизней, не оставляя ничего, кроме пепла и ненависти.
И всё равно – каждый раз, глядя на Землю, он чувствовал одно и то же.
Тоску.
Где ты сейчас, Лена? Где наш сын?
Воронов тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Прошлое осталось там, на Земле, под бомбами и в дыму пожарищ. Здесь, на орбите, была только работа. Только долг. Только «ФЕНИКС».
– Капитан, – голос Афины прозвучал мягко, почти заботливо. – Ваш уровень кортизола повышен на 23% относительно базовых показателей. Рекомендую сделать перерыв.
Воронов усмехнулся. Искусственный интеллект, который заботится о психическом здоровье экипажа. Кто бы мог подумать лет тридцать назад, что такое станет возможным?
– Спасибо, Афина, я в порядке. Докладывай.
– Сводка за последние шесть часов. Инцидентов на границе пояса астероидов не зафиксировано. Корабли Альянса Тирании покинули сектор G-17, предположительно ушли на дозаправку. Научный отдел завершил анализ гравитационных аномалий. Есть данные, которые могут вас заинтересовать.
– Показывай.
Голо-экран разделился на три части. Слева – карта Солнечной системы с десятками мерцающих точек. В центре – трёхмерная модель гравитационного поля. Справа – лицо доктора Ли Вэй, застывшее в ожидании.
– Доктор Ли ждёт вас в лаборатории, – добавила Афина. – Она настаивает на личной встрече.
Воронов вздохнул. Ли Вэй была гениальным учёным, но её манера общения напоминала ему штормовое предупреждение – всегда эмоционально, всегда на пределе.
– Соедини.
Изображение Ли Вэй ожило. Её глаза горели тем особенным огнём, который Воронов научился распознавать у учёных: смесь восторга и ужаса перед открытием.
– Капитан, вам нужно спуститься в лабораторию. Немедленно.
– Доктор Ли, объяснитесь.
– Я не могу объяснить по голосвязи. Это… это слишком сложно. И слишком важно. Мы нашли то, что искали двести лет.
Воронов нахмурился. Он знал, о чём говорит Ли Вэй. Гравитационные флуктуаторы. «Пути». Древние коридоры, которые, по расчётам теоретиков, могли соединять удалённые участки галактики. Двести лет их искали. Двести лет строили гипотезы. И вот теперь…
– Буду через десять минут.
Он отключил связь и повернулся к дежурному офицеру – молодому лейтенанту из Индии, который явно старался не подавать виду, что подслушивал разговор.
– Сингх, вы за старшего. Если что – немедленно на связь.
– Есть, капитан.
Воронов направился к выходу, но на пороге остановился.
– Афина, запись разговора с доктором Ли в личный архив.
– Уже сделано, капитан. Удачи.
Он усмехнулся. Искусственный интеллект, который желает удачи. Мир точно сошёл с ума.
-–
2
Лаборатория гравитационной физики занимала целый уровень в центральной части «ФЕНИКС-Прайм». Воронов не любил сюда приходить – слишком много непонятных приборов, слишком много учёных, говорящих на языке, который он понимал с трудом.
Но сегодня здесь было тихо. Обычная суета исчезла, сменившись напряжённым ожиданием. Человек десять сотрудников застыли у своих терминалов, глядя на главный голо-экран, где вращалась трёхмерная модель пояса астероидов.
Ли Вэй стояла в центре, скрестив руки на груди. При появлении Воронова она резко развернулась и направилась к нему.
– Капитан, спасибо, что пришли. Смотрите.
Она махнула рукой, и модель на экране изменилась. Пояс астероидов подсветился жёлтым, а в одной точке – там, где, по расчётам, ничего не должно было быть – вспыхнула ярко-синяя отметка.
– Это координаты, – сказала Ли Вэй. – Мы засекли их шесть часов назад. Сначала думали, что ошибка. Проверили трижды. Ошибки нет.
– Что это?
– Гравитационный флуктуатор. Стабильный. Работающий. Такой силы мы не видели никогда.
Воронов подошёл ближе к экрану, вглядываясь в синюю точку.
– Вы уверены, что это не артефакт? Не помехи?
– Абсолютно. Мы использовали все доступные методы верификации. Квантовые датчики, гравитометры, даже старые добрые радиотелескопы. Сигнал идёт из одной точки. Там, где ничего нет.
– То есть там что-то есть.
Ли Вэй кивнула. В её глазах горел тот самый огонь.
– Капитан, если мои расчёты верны, то этот объект – искусственного происхождения. Его масса, его гравитационная подпись… это не может быть природным явлением. Кто-то создал это. Очень давно.
Воронов молчал, переваривая информацию. Двести лет исследований. Тысячи учёных, потративших жизни на поиски. И вот теперь…
– Кто ещё знает?
– Только моя группа. И Афина. Я заблокировала все исходящие каналы, как только поняла, что это.
– Правильно. АТ не должен узнать об этом раньше времени.
Он прошёлся по лаборатории, заложив руки за спину. Мысли лихорадочно сменяли друг друга. Если Ли Вэй права, то это величайшее открытие в истории человечества. Но если информация утечёт…
– Сколько времени нужно, чтобы подготовить экспедицию?
– Минимум неделя. Нужно проверить оборудование, рассчитать траекторию, получить разрешение Совета…
– Нет.
Ли Вэй замерла.
– Простите?
– У нас нет недели. Если АТ пронюхает об этом, они пошлют свои корабли. Вы же знаете их методы – сначала захват, потом вопросы. Мы не можем этого допустить.