Руслан Светлый – Княжья воля (страница 11)

Я уже немного пришел в себя и мог соображать без лишних эмоций.

- У меня строгий наказ никого подозрительного на подворье не впускать до возвращения Бура боярского сына. А подозрительнее вас еще поискать надо.

- Был боярский сын, да кончился, - и без того некрупные глазенки Шибая ужались до азиатских щелок. - Теперь перед Рогволдом ответ за блудни отцовы держит. Ты его скоро не жди.

Я стиснул зубы. Хрен с ним с Буром, но если они там в своем конченом Полоцке еще и Рока до кучи напрягают?

- Ты чего мелешь, какие еще блудни?

- Разные всякие, - уклончиво ответил Шибай. - Есть. Князь знает, а тебе незачем. Ну так что, даешь дорогу новому владетелю города или как?

Это "или как" прозвучало мягко и вкрадчиво, без явной угрозы, но я заметил, что рыжий ублюдок Харан по-булдожьи выдвинул вперед окаймленную стриженой бородой челюсть и засопел. Рвется с цепи. Вот с кем бы мне точно не хотелось драться, так это с ним.

Я сделал вид, что не заметил воинственных гримас урмана и стал дожимать тему.

- Какие ваши доказательства?

Шибай, что характерно, завис. Еще бы, кассету с "Красной жарой" здесь ни за какое золото не достать, как, впрочем и сам видеомагнитофон.

- Доказательства чего?

- Что или кто подтвердит, что ты теперь не виновник гибели собственного брата, а - уважаемый человек?

Шибай повернулся к незнакомцу в сдвинутом на затылок шлеме, вопросительно взметнул брови. Тот шевельнулся, положил ладонь на рукоять меча, шагнул вперед и с признаками пафоса в хрипловатом голосе заявил:

- Я подтверждаю!

- Не знаю тебя, - я с сожалением пожал плечами. - Ты кто такой?

- Полусотник полоцкой дружины Вендар. Клянусь Перуном и полностью подтверждаю полноправное владение этой вотчиной, городком Вировом и шестью весями вокруг него за Шибаем. С тем и послан сюда Рогволдом полоцким, чтобы передать людям княжью волю.

Вендар крепок. Грудь широкая, шея толстая. Светлые очи здорово контрастируют с общим фоном прокопченного солнышком, немного вытянутого лица со знаками трудной судьбы в виде двух старых шрамов на скуле и на лбу.

Полусотник отнял руку от меча, прижал к груди, на запястье звякнули друг о дружку два браслета из золотой проволоки. Миллиметра в три толщиной проволочка. Потянет прилично, ежели на весы кинуть.

Шутник. Я таких свидетелей-поручителей с честными глазами могу привести десять человек как минимум. Каждый будет клясться, что видел своими глазами как боги меня князем всея Руси назначили. Не, ну а что? Вариант же?

- Вендар, ты что ли, старый волк? - втиснувшись между мной и Липаном, воскликнул Рыкуй.

- Здрав будь, Рыкуй! - полочанин вроде как тоже обрадовался встрече. Кончики его усов подались в стороны распертые широкой улыбкой. - Совсем дела в вашем Вирове плохи, коль одноруких на службе держат? А я думаю: ты или не ты!

- И я тебя не сразу узнал, раньше ты был помоложе, - со смехом махнул здоровой клешней Рыкуй. - Не на службе я. Так, помогаю десятнику нашему за порядком смотреть.

Они обнялись, похлопались по спинам. Целоваться не стали. Расцепились.

- И как он, хорош?

- Кто?

- Да десятник ваш?

- Не плох.

- Добро, коль так. Стало быть он тут за главного?

- Стало быть.

- Ну так скажи ему, что боярин Шибай, от князя нашего получивший в кормление Виров, пока еще добром просит встречи с вдовой.

Рыкуй оглянулся на меня со странным прищуром, словно спрашивая, дошли ли до меня последние слова полочанина. Дошли и очень внятно, поэтому я решил вмешаться дабы старые приятели без меня меж собой чего не порешали. Я покашлял в кулак, привлекая внимание.

- Слушайте сказку. Нашел как-то богатырь пещеру, где Змей Горыныч живет и захотел его победить. Подъехал на вороном коне к черной щели входа в эту пещеру, замахал палицей и давай Змея на честный бой вызывать. «Выходи, - кричит, - людоедище, биться!» Горыныч в пещере молчит. Богатырь раздухарился, давай громче прежнего кричать. «Эй, трус, подколодный, выходи биться и все тут!» Эхо по пещере гуляет, а ответа от змея все нет. Целый день вызывал богатырь Горыныча на бой, устал изрядно, домой уж ехать собрался, но тут над пещерой появляются три огромные змеиные головы и говорят человеческим голосом: - «Биться, так биться, чего в жопу то орать?!»

Минута молчания. Не смешно мужикам ни разу. Лишь у Харана правое веко дрогнуло, но это вряд ли от большого веселья.

- Это ты к чему? - первым отмер Вендар.

- К тому, что я и в первый раз все прекрасно слышал, тугоухостью не страдаю.

Полусотник нахмурился, поразмышлял и выдал:

- Не бывает таких больших змеев, к тому же трехголовых. Змеев вообще не бывает если хочешь знать. Так что плоха твоя сказка, другую придумай.

Еще один клоун на мою голову.

- Я все понял, Вендар, вопросов больше не имею, - я повернулся к дулебу. - Липан, братуха, не в службу, а в дружбу, сходи до боярыни, спроси угодно ли ей будет принять посетителя для разговора. Скажи Невулу пусть лук захватит, стрел побольше и идет сюда.

Я изобразил маневр "кругом", втихаря засек время на часах. Благо Липан скумекал, что спешка сейчас будет лишней, медленно переставляя ноги, побрел в сторону терема. У полуоткрытых ворот с внутренней стороны подворья мы остались вдвоем с Рыкуем под прикрытием двух почти бесполезных дулебов. Я понимал, что без присутствия увечного ветерана наша милая беседа могла вильнуть совсем в иную сторону. Пришлось одарить однорукого многозначительным взглядом, намекая, на продолжение доверительного общения с представителем княжеской власти. Рыкуй едва заметно кивнул и взялся за дело, чем вызвал у меня мысленные аплодисменты

- Неужели ты сюда всю свою полусотню притащил, Вендар? Молодежь выгуливаешь?

- Зачем мне здесь полусотня? Не ратиться с вами шли. Со мной полдесятка. Рогволд большую часть своей дружины сыну старшему отдал. Княжич киевский Святослав подсобить просил, вот он Рагдая ему в помощь и послал.

- Вырос, значит, Рагдай, - задумчиво произнес Рыкуй. - Войско в походы сам водит?

- Сам. Славным воином стал. Они со Святославом не разлей вода, вроде братьев названных и Икмор с ними третьим. Заезжали недавно в Полоцк, как раз опосля похода на хазар. Целую седмицу резвились, едва детинец не пожгли.

Рыкуй усмехнулся, видимо, всецело одобряя чужую молодецкую удаль.

- Как воюют, так и гуляют.

- Твоя правда, - Вендар цокнул языком, как мне показалось, с каким-то сомнением. - Со Святославом высоко взлететь можно так же как и в пропасть пасть глубокую, больно уж отважен.

Затем Вендар с Рыкуем пустились в устные мемуары о совместной службе в Полоцке. Вспомнили общих знакомых, обсудили цены на торге, выяснив, что в Вирове все немного дороже, охаяли некоторых купцов, чьих имен я не запоминал, так как усердно мерился нехорошими взглядами с Хараном. Четверка полоцкой братвы разомлела на солнышке и откровенно скучала, переминаясь с ноги на ногу. Расслабились. Один даже шлем с головы стащил - жарко. Новоявленный помещик безмолвствовал, вслушивался в разговор, теребя пухлыми пальцами выгоревший на солнце ус, терпеливо ждал возвращения дулеба да глазками сверкал исподлобья.

Липан вернулся через десять минут. С согласием Любославы на встречу.

- Готова принять в тереме, - шепнул мне на ухо дулеб. - Напугана немного, но держится.

Невул остановился в десяти метрах прямо перед открытой створкой, демонстративно оттопырил пяткой стрелы тетиву опущенного к земле лука.

- Боярыня милостиво согласилась на встречу и ждет тебя, Шибай. Одного. Липан, проводи гостя в терем, пусть переговорят с глазу на глаз. Сам гляди в оба, если станет бить копытом или буянить - хватай за шиворот и пинками за ворота.

- Меня за шиворот? - с удивленным смешком проскрипел Шибай. - Суда княжьего захотели? Ну-ну…

- Нож оставь мне и иди давай пока я не передумал да не вздумай выкинуть чего нехорошего. Обижусь.

Шибай хмыкнул, но нож с пояса отцепил, протянул Рыкую.

- Пошли, - кивнул ему Липан.

Эх, послушать бы о чем Шибай с Любославой тереть будут. По уму надо бы с ним пойти, но не факт, что мне позволят погреть уши. Боярыня себе на уме. Ладно, скоро узнаем и так.

Харан сделал движение вслед за Шибаем, но я резко рванул кольцо и заехал урману увесистой воротиной по плечу.

- Вам всем придется остаться на месте. Особенно тебе, рыжий. Твоя стрела будет первой если на двор хоть одной ногой ступишь. Так и до правежа за убийство войта Родима не дотянешь.

Урман злобно зашипел, дернулся вперед, но Вендар ухватил скандинава за согнутый локоть.

- Тебе же сказано - стой где стоишь!

Невул заскрипел тетивой. Харан вскинулся на Вендара, но, опомнившись, тормознул, только зубами скрипнул. Лицо урмана покрылось красными пятнами. Хорошая новость. Полоцкий полусотник не стесняется указывать Шибаевой шавке где ее место.

- Про какой правеж ты сейчас обмолвился, десятник? - осведомился Вендар, оглянувшись на своих парней. Те мгновенно подобрались, сотворили морды крипичом.

- Не так давно этот урман зарубил старосту одной из здешних весей.

- Урман зарубил войта?