Руслан Самигуллин – Искупая грехи (страница 3)

Подойдя к барной стойке, Алекс заказал бокал пива. Бармен легко и непринуждённо покрутил бутылкой в руках. Одним слаженным, хорошо отрепетированным движением открыл пробку, подставил стакан, в который тут же с лёгким шипением полился пенный золотистый напиток.

Взяв с собой бокал и оставив деньги на стойке, Алекс пошёл к VIP ложе, которое было слегка отделено от танцевальной площадки и общих столиков, но при этом имело прекрасный обзор на весь зал. В нём находилась группа молодых парней и несколько полуобнажённых девиц, весело хихикающих от тупых шуточек на темы, не поднимающиеся выше пояса.

В такт играющей музыке, дорогое вино ярко искрилось в бокалах, которые держали красивые молодые девушки в коротких юбках, пришедшие сюда явно не с целью просто потанцевать.

Дождавшись пока молодой парень захочет выйти из ложи, а после такого количества выпитого спиртного Алекс был уверен, что долго ждать ему не придётся, он подошёл вплотную и, запнувшись, случайно вылил пиво на штаны Державина младшего.

– Ты куда прёшь, тупой осёл? – заверещал он, ощущая как холодный пенный напиток неприятно разливается по его ногам.

– Извините, извините пожалуйста, – сделав испуганный вид, затараторил Алекс, – сам не понимаю, как так вышло.

– Тупой баран, смотри, урод, что ты наделал! – Державин указал на облитые пивом штаны, на вид очень дорогого покроя.

В ответ Алекс виновато развёл руками. Державин ещё раз громко ругнулся и, грубо оттолкнув неуклюжего посетителя, бормоча что-то себе под нос, направился в сторону туалетов. Подождав ровно минуту, Алекс поставил пустой бокал на ближайший к нему столик и направился вслед за ним.

Интерьер туалетов оказался выполнен по высшему разряду, впрочем, как и весь клуб в целом. Приглушенный свет, переливающаяся бордовыми цветами подсветка, создавали некую интимную атмосферу, которой не брезговали пользоваться парочки. Не стесняясь, они зажимались прямо в проходах. Точно просчитав нужное время и убедившись, что в следующие несколько секунд никто не направляется в сторону уборных, Алекс осторожно открыл дверь мужского туалета.

Державин стоял возле раковины и пытался салфетками высушить штаны. Он поднял глаза и сказал:

– А, это ты, урод?! Смотри, что ты на…

Завершить фразу не удалось. В долю секунды Алекс сократил дистанцию и, ударив ребром ладони в гортань, заставил противника буквально опешить от резкой боли и невозможности издать звук. Сильный удар ногой в промежность окончательно лишил возможности и желания оказывать сопротивление. Звуки приближающихся шагов свидетельствовали о том, что времени почти не осталось. Толкнув Державина в кабинку, Алекс зашёл вслед за ним. Зажав рот рукой, отточенным движением всадил в горло филейный нож, предусмотрительно взятый со шведского стола, стоявшего недалеко от барной стойки и переполненного самыми вкусными и изощрёнными угощениями для гостей клуба. Раздался приглушенный хрип и молодой человек задёргался в конвульсиях, так и не сумев освободиться от смертельного захвата.

Алекс предусмотрительно наклонил тело нечастного парня так, чтобы голова оказалась в унитазе, куда буквально фонтаном хлынула тёмная густая кровь. Придав Державину вид человека которому стало плохо от выпитого спиртного или передоза наркотиков, он закрыл дверь кабинки и, вымыв руки в умывальнике, вышел из туалета. После чего направился в сторону танцпола, окончательно слившись с массой танцующих гостей.

Фанатичная привязанность высокопоставленных гостей клуба к конспирации во всём, что касается их личной жизни и, как следствие, отсутствие любой видеозаписывающей аппаратуры в помещениях клуба, сыграла на руку Алексу, поспешившему проследовать к выходу.

Крики и суматоха не заставили себя долго ждать. В помещение клуба ворвались перепуганные охранники Державина и почти сразу направились к туалетам, у входа в которые кричала незнакомая девушка. Алекс сделал вид изрядно подпившего человека и неуклюжей походкой, имитирующей забавный «алко-шаг», направился на свежий воздух.

Пройдя сквозь суматоху, творившуюся на выходе из клуба, Алекс направился на противоположную улицу. Погода всё также не радовала. Продолжал идти мерзкий, накрапывающий маленькими капельками, словно пронизывающий сотней иголок, осенний дождь. Достав из пиджака мятую пачку, взяв из неё очередную сигарету, он двинулся вдоль мостовой Дербеневской набережной, растворяясь в ночи, спустившейся на сверкающий мегаполис.

Глава 3

– Думаю, я знаю о ком Вы, – сохраняя каменное спокойствие в голосе, произнёс Алекс, устраиваясь удобнее на мягком стуле. – Доказательств моей причастности в этом деле так и не нашлось, всё это подробно расписано в бесчисленных томах уголовного дела, с которыми Вы можете при желании ознакомиться.

Не говоря ни слова, прокурор сверлил собеседника своим хищным взглядом. Вслед за ним Алекс так же продолжал делать непринуждённый вид, с которым он ежедневно общался с сотрудниками администрации тюрьмы и своими товарищами по несчастью.

– Кроме того, – продолжил он, – это всё уже давно кануло в лету. Срок давности давно истёк, так что не вижу смысла поднимать старые дела, ведь за многие годы прозябания в этом «прекрасном» месте, я надеюсь сполна вернуть долг обществу, которое уже давно наплевало на меня и растёрло об асфальт.

– Александр Владимирович, бросьте забалтывать меня пустыми речами, – надменно высказался прокурор. – Я пришёл сюда не для того, чтобы слушать Ваши оправдания или пытаться узнать что-то, о чём мне до сих пор не известно. Ко мне поступило очень заманчивое предложение от господина Державина старшего касательно Вашей дальнейшей судьбы. Вы меня понимаете? – глядя в глаза, спросил прокурор.

– Теперь, когда бизнес Альберта Петровича вышел на международный уровень, а сам он пробился в депутаты нашего горячо любимого правительства, его возможности слегка увеличились, так что он решил, наконец, вернуть долг убийце своего сына.

– А не сильно ли поздно он спохватился? – усмехнулся Алекс, – ведь уже прошло более десяти лет.

– Поверьте на слово, Александр, эти года не прошли даром, наняв сотню частных детективов, внедрив своих людей в Ваше, так сказать, «Агентство», ему удалось найти ниточки, указывающие, что непосредственным исполнителем заказа были именно Вы. Думаю, что нет нужды объяснять то, что подобная утрата не имеет срока давности.

– И что с того? Что Вы сейчас хотите от меня? – продолжая сохранять спокойствие, спросил Алекс.

– Альберт Петрович назначил достаточно солидную награду за Вашу голову.

– Мы что в средневековье или в пиратском лагере, где за головы назначают награды? – вспылил Алекс.

Мысли путались. Ему и в голову не могло прийти, что даже спустя десятилетия, уже в новой России найдётся человек, которому нужна будет его смерть.

– С тех добрых времён ничего толком не изменилось, – улыбнулся прокурор, – и Вы явный тому пример бескомпромиссного убийцы посаженного до конца своих дней в темницу.

– Хм, значит погоны и сейчас ничего не стоят, – сплюнул себе под ноги Алекс и со злобой посмотрел на прокурора. – Какова же сумма?

– Александр Владимирович, я уважаемый деловой человек, не могу же просто так раскрывать все свои тайны перед Вами, – ехидно ответил прокурор, почувствовав, что собеседник, наконец-то, начал хоть как-то реагировать на его слова.

– И, как я уже сказал, сумма достаточно приличная для того, чтобы узкий круг людей заинтересовался в её получении, однако, понимая Ваш высокий уровень профессионализма в этих вопросах, я уверен, что отработать её будет очень непросто.

– И зачем же Вы всё это мне рассказываете? – насторожено спросил Алекс, – наверняка Вами не движет желание спасти ближнего своего.

– Вы очень проницательны, Александр, – вновь съехидничал прокурор.

– Я повторюсь в том плане, если скажу Вам о том, что я деловой человек, высокие нормы морали и большие погоны, конечно, заставляют меня быть объективным в любой ситуации, и именно поэтому я сейчас сижу перед Вами.

– Давайте ближе к делу, – грубо бросил Алекс, чувствуя, как начинает терять терпение.

– У меня к Вам деловое предложение, – мгновенно посерьёзнев, сказал прокурор. – В течение трёх суток Вы должны передать мне три миллиона долларов, которые, я больше чем уверен, отложены Вами на чёрный день.

– Пфф, а я-то уж думал, – расхохотался Алекс, – какие-то жалкие три лимона. Сейчас сбегаю до банкомата и вернусь. Подождёте?

– Зря смеётесь, – абсолютно спокойно произнёс прокурор.

– Вы правда думаете, что находясь тут, я вдруг неожиданно, словно волшебник из шляпы достану эту сумму, а потом Вы просто так меня отпустите? – усмехнувшись, спросил Алекс, – да и зачем вообще такому богатому человеку как Державин, жалкие три миллиона?

– Они не для него, – быстро парировал вопрос прокурор, явно ожидая подобных вопросов, – после передачи денег Державин будет уведомлён о Вашей трагической кончине в стенах этого милого учреждения, а Вы продолжите отбывать свой срок под другим именем и в другой колонии, ну а там, глядишь, и условно-досрочное получится для выбить.

– А если я скажу, что у меня таких денег подавно нет, и пошлю Вас на хер? – каменным голосом спросил Алекс, ожидая получить не менее резкий ответ.

Но грубости не последовало, прокурор вальяжно встал из-за стола и подошёл к зарешёченному окну, пытаясь разглядеть внутренний двор тюрьмы.