Руслан Россо – Протокол «Искупитель» (страница 3)

* Должность: бывший сержант корпоративной пехоты.

* Возраст: 35 лет.

* Особые отметки: мясные импланты (усиление мышц, подкожная броня), несовместимость с дешёвым пластиком.

5. «Фома» (врач).

* Имя: Ирма Вайс.

* Должность: психиатр, доктор медицины.

* Возраст: 44 года.

* Особые отметки: картезианская философская школа, отказ от любых имплантов на религиозно-материалистических основаниях.

***

Внутри Сферы не было темноты.

Была пустота, которая сама себя подсвечивала. Горелов сделал три шага и понял, что его шагасс врёт. Протезы показывали горизонт под углом два градуса, но подошвы чувствовали твёрдую поверхность. Вестибулярный аппарат требовал тошноты. Артём подавил рефлекс.

– Я теряю ориентацию,– прошипел он в гарнитуру.

– У меня то же самое,– ответил Грег. Прайд шёл справа, его имплантированные мышцы перекатывались под курткой, как стальные канаты. – Акселерометры показывают, что я лечу вверх. Но я, сука, иду.

– Возможно это потому что здесь нет верха и низа,– тихо сказал Лев. Биолог, в отличие от остальных, не спорил с вестибуляркой. Он просто принял хаос и двигался медленно, касаясь стены – если то, что вокруг, можно было назвать стеной. – Пространство здесь не евклидово. Мы внутри алгоритма.

– Алия,– Горелов повернулся к связистке. – Есть контакт?

Алия не ответила.

Она стояла в десяти метрах от группы, но казалось, что в десяти километрах. Её поза – скрюченная, пальцы вжаты в виски, глаза закрыты. Нейросетевые импланты под кожей светились синим – Ирма назвала бы это галлюцинацией, но сияние было реальным. Горелов его видел.

– Скрипт,– позвал он, используя позывной. – Алия, мать твою, ответь!

– Они…– голос Алии дрожал на грани ультразвука. – Они не говорят словами. Они калибруют.

– Кого калибруют?

– Реальность.

***

Схоласты.

Они пришли не из темноты. Они возникли из геометрии.

Сначала – просто сгустки света на границе восприятия. Потом – фигуры. Ни люди, ни животные, ни механизмы. Трехмерные мандалы, вращающиеся вокруг невидимой оси, состоящие из тысяч сияющих нитей. Каждая нить пульсировала в такт частоте, которую Алия слышала с момента посадки.

– Не стрелять,– приказ Горелова прозвучал одновременно с тем, как Грег вскинул бластер.

– Ты видишь это, командир?– Грег не опускал оружие. Его имплантированный палец на спусковом крючке не дрожал. – Это не живое.

– А ты?– спросил Лев. Биолог смотрел на ближайшего «схоласта» с восхищением, которого Горелов в нём никогда не видел. – Ты живой? Твоё сердце бьётся благодаря углероду. Их сердце бьётся благодаря фотонам. Это не делает их мёртвыми.

– Это делает их ошибкой компиляции,– отрезал Грег.

Схоласты запели.

– Они не думают,– сказала Алия, не открывая глаз. –Я слушаю их пение. И в нём… нет сомнений. Нет вопросов. Нет «я». Есть только исполнение. Как у старого добротного компилятора.

– Ты сравниваешь Ангелов с программами?– спросил Горелов.

– Я констатирую,– ответила Алия. – Они идеальны, потому что у них нет выбора. Им не нужно выбирать. Им нужно калибровать.

– А что происходит, когда у такой «программы» появляется выбор?– спросил Лев.

Алия открыла глаза. Посмотрела на Грега, на его здоровую руку, которой он сжимал бластер.

– Увидим,– сказала она. – Если доживём, конечно.

Звук пения схоластов нельзя было описать. Ирма Вайс, которая до этого молчала, фиксируя показания с наручных сенсоров, вдруг выронила планшет. Он упал на «пол» – и не разбился. Завис в двадцати сантиметрах от поверхности, медленно вращаясь. Её наручные сенсоры показывали норму, но глаза…

– Моя оптика…– прошептала Ирма. – Я вижу двойное. Тройное. Их… не шесть. Их шестьсот.

– Не смотри на них,– Горелов схватил её за плечо. – Смотри на меня. Фома, ты меня слышишь? Взгляд на меня!

Но Ирма уже проваливалась. Её зрачки расширились до неестественной величины, и в них отражались не схоласты, а бесконечные регрессии – схемы, чертежи, проекции, уходящие внутрь самих себя.

– Уведи её,– приказал Горелов Льву. – Назад, к выходу.

– Выхода нет,– спокойно сказал Лев. – Сфера закрылась.

***

Попытка взлома.

Грег не умел отступать. Экс-сержант, три кампании на Марсе, ампутация и замена тридцати процентов мышечной массы. Его учили одному: если противник не разговаривает, взломай его.

Он увидел консоль.

Точнее – поверхность, которая выглядела как консоль. Прямоугольник из того же переливчатого материала, с углублениями под пальцы. Углубления подходили под человеческую руку. Под его руку, с усиленными фалангами и диагностическим портом на запястье.

– Прайд, не надо!– крикнул Лев, но Грег уже подключился.

Порт щёлкнул. Данные потекли.

И сразу – ошибка.

Грег не успел закричать. Его правая рука – от локтя до кончиков пальцев, мясная, усиленная, с подкожной титановой сеткой – просто перестала существовать. Не оторвалась, не сгорела и не ампутировалась. Её не стало. Вместо неё оказалась пустота, идеально ровный срез, запах озона и ни одной капли крови.

– Сука!– Грег упал на колени, но боли не было. Им

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.