Руслан Муха – Судный день (страница 37)

– И вправду – какой? Неумелый, слишком юный, но! – Карим сделал многозначительную паузу. – Ты герой, сильный ракта. Я знаю, о чём говорю. Ты был в снах Мараны. Ты спасёшь Хему от Судного дня.

Снова эти сны Мараны. Я остановился. Едва ли мне нравился то, как складывался наш разговор. В голосе Абакар явно сквозил сарказм, и теперь мне казалось, что он попросту издевается.

– Откуда вы знаете о снах Мараны?

– После того как я покинул монастырь Акшаядезы, я отправился на остров Хладных в поисках просветления. Там я и узнал о ней. Теперь я вижу её сны, как и хладные. Она так общается с нами избранными. Вскоре и ты их увидишь. Тебя ждёт жизнь великого правителя. Ты должен стать императором.

– Знаете что? – начал я резко, разозлившись.

Но Карим вмиг став серьёзным, нахмурился:

– Ты должен. Если не будет императора, что будет с Империей?

– Каннон возьмёт в правление весь материк.

– Нет, – Карим устремил взгляд вдаль. – Нет, Азиз. Кланы не примут Бодхи как правителя. Ни здесь, ни в Империи.

– Меня они тоже не примут! Да и вообще – не собираюсь я становиться никаким императором. Мне моя жизнь ещё дорога. Если нужен сильный ракта, есть и вы, свамен Карим. Почему бы вам не стать Императором?

Карим грустно улыбнулся и закачал головой.

– Нет, это не мой путь. Я иду путём просветления, – снова завёл он. – Власть – всё это противоречит пути, который я избрал. Я стану твоим учителем, помощником, и я готов тебя направлять, но императором будешь ты. Иначе нам не спасти Империю.

Я покосился на Абакара и промолчал. Нет, он явно не в себе и несёт какую-то чушь.

– Ты боишься ответственности? – внезапно спросил он.

– Нет, ответственности я никогда не боялся, – медленно ответил я, не зная, как теперь говорить с ним, и стоит ли вообще продолжать разговор.

– Почему же ты даже не допускаешь мысли, что ты сможешь возглавить Империю?

– Потому что это глупо. Кланы не станут мне подчиняться, меня попросту убьют. И в таком случае, мёртвым, я уже никак не смогу остановить гражданскую войну. Да и вообще – нет! Я не подхожу, мне это не нужно.

Абакар усмехнулся.

– Ты сам того не понимая, уже взял на себя эту ответственность. Остановить войну... Теперь вижу, я не прогадал. Сны Мараны не лгут. Из тебя получится отличный император, и я тебе помогу.

Я снова промолчал. Карим, конечно же, не спятил и, конечно же, он далеко не дурак, но то, о чём он говорил, не укладывалось в голове.

– И как вы себе это представляете? Я приду во дворец и скажу: «Всё! Теперь я ваш император, прошу любить и жаловать»? Смешно!

– Смешно, – кивнул Абакар. – Ты поступишь иначе. Ты спасёшь Империю от войны, а Хему от Судного дня и тёмных ракта.

– Я? Да почему я-то?

– У тебя нет выбора. Возглавить Империю должен сильный ракта, не зависящий от знати. Тот, кто желает мира, а не одержим войной. Ты идеально подходишь, Азиз.

– Да вы спятили! – вспылил я не в силах больше слушать этот бред. – Почему бы вам не стать Императором?

– Это не мой путь, твой. У тебя нет выбора.

Разговор пошёл по второму кругу, а теперь и вовсе зашёл в тупик. Я не понимал, зачем Абакар мне это говорит. Да и вообще, всё это меня злило, потому что не поддавалось никакой логике.

– Если я не ошибаюсь, ты собрался в скором времени посетить школу Нинья-двар? – внезапно сменил тему Абакар.

Очень вовремя, ещё бы одна фраза о том, что я должен стать императором, я бы взорвался.

– Хочешь работать с остальными над посохом Авара? – так и не дождавшись ответа, задал Абакар другой вопрос.

– Откуда вы узнали? Снова сны Мараны? – раздражённо поинтересовался я.

– Нет, – рассмеялся Карим. – Мой друг позвонил мне на днях, ему пришло письмо от Каннон. Он тебя ждёт.

– Ваш друг...

– Да, и именно из-за рассказов моего друга о тебе и снов Мараны я и решился покинуть Нинья-двар приехать в Сафф-Сурадж, хотя знатные дети мне никогда не нравились.

– И кто же ваш друг?

– Твой первый учитель. Урджа-мастер Сэдэо Масааки.

Удивился ли я? Возможно. Но в последнее время мне казалось, что меня уже ничем не удивишь. И даже тот факт что Сэдэо и Абакар друзья ни сколько меня удивил, сколько заставил задуматься.

– Я полечу с тобой, – внезапно сказал Абакар. – Когда ты вылетаешь? У тебя ведь сурират?

Я огорошенный такой наглостью даже не сразу нашёл что ответить.

– А как же уроки? – вопросов на самом деле в голове крутилось куда больше, но этот показался самым нейтральным.

– Перенесу. Преподавателям положены и отпуска, и выходные, и командировки. Ты против моей компании? – в уголках глаз Абакара читалась явная насмешка. – Могу и тебя записать как сопровождающего, чтоб у тебя не было пропусков.

А вот это уже было интересно. Но я прекрасно понимал, что он пытается меня подкупить таким образом. И всё же ответил:

– Нет, не против.

– Ты сам управляешь суриратом?

– Нет, пилот, – растерялся я.

– Дай ему выходной. Сам поведёшь, – сказал Абакар.

– Я не умею, – покосился я на него. Что еще удумал этот сумасшедший?

– Там нечему уметь, ты ракта, машина сама тебя примет и научит, а дорогу я покажу. Лишние свидетели нам не нужны.

Карим заговорщицки улыбнулся. Я задумался. На самом деле научиться летать на сурирате я давно хотел. Почему же не пробовал? Может, потому что Зунар, давая его, запретил садиться на место пилота? Но теперь Зунара нет, да и теперь бы мне было всё равно на его запрет. А чем чёрт не шутит?!

– Да, хорошо, я отпущу пилота, – сказал я.

Мы договорились с Абакаром о времени вылета, а после я вернулся в корпус своего факультета. И всю дорогу меня терзали противоречивые мысли, которые как раз таки и возникли из-за разговора с Абакаром.

Мог ли я рассматривать всерьёз перспективу занять место императора? Однозначно нет. Ни амбиций, ни жажды власти я не испытывал. Но хотел ли я изменить этот мир? Хотел бы сделать жизнь в Империи лучше для всех каст? Да. Однозначно да. Так как живут здесь рабы и низшие касты люди жить не должны, так же как и презренные не должны жить как дикари на горе. Уничтожать кланы как явление, как это сделала Каннон, я бы не стал, но смягчить переход, упростить жёсткое разделение общества я всё же попробовал бы. Хотел бы я стать императором? Я так и не нашёл ответ. Я попросту не хотел на него сам себе отвечать, да и всё равно эта мысль казалась абсурдной. И все же слова Абакара всё ещё звучали в голове: «Тебя ждёт жизнь великого правителя. Ты должен стать императором, Азиз.

Глава 9 или «Загадки будущего» Часть 2

Империя, Акшаядеза, Монастырь Южного ордена Накта Гулаад

Ночь стояла удивительно ясная. Как назло. В такую яркую ночь сложно будет скрыться. Это Лера как раз таки и не учла. Она всё просчитала, просмотрела вариации будущего всех сестёр-настоятельниц, которые должны дежурить сегодня.

Лера снова обратилась к дару, держа в руках вещи сестёр. Всё складывалось более чем благополучно, она не ошиблась, эта ночь была лучшей для побега. Сестра Верида, охраняющая периметр с северной стороны, ушла перекусить, бросив пост, как делала множество раз. А сестра Лукреция, что следила сегодня за камерами, задремала. Это был отличный шанс, время пришло.

Она точно знала, в Накта Гулаад ей оставаться нельзя. Своё будущее она видела, да и земной куратор куда-то пропал и уже несколько недель не присылал ей указаний. Надеяться больше не на кого. Никто её отсюда не вытащит, никто не спасёт. Она видела, знала. Всё это обман, куратор бросил её, и никто, кроме неё самой не поможет ей. И если не уйти сейчас, её ждёт ужасное. Её ждёт смерть.

Лера, прижимая ботинки к груди, босиком пробежала по коридорам монастыря, прокралась в комнату для медитаций, где ещё утром оставила незапертым окно. Проверила и, к счастью, его никто не закрыл. Быстро обувшись, Лера шмыгнула в окно. Ночь, ясная, прохладная, слишком ясная, на небе ни тучки. Но отступать нельзя.

Лера спряталась в кустах, она сжимала в руке нож, который стащила во время ужина. Она не была уверена, что сможет кого-то им ударить, но точно знала, что нож придавал ей храбрости. Теперь осталось дождаться, когда остальные две сестры, охраняющие периметр, закончат обход с северной стороны. Женщины в монашеских одеждах появились скоро, одна шла слева, вторая справа, они поравнялись неподалёку от места, где пряталась Лера.

— Верида опять пропала? — недовольно спросила одна из них.

– Снова грабит кухню, — тихо засмеялась вторая.

– Надоело, я пожалуюсь матери-настоятельнице, — бросила первая, а затем женщины разошлись, продолжив обход.

Как только они скрылись из виду, Лера приготовилась, нужно бежать сейчас. У неё есть две минуты на то, чтобы добежать до трёхметрового забора и перелезть через него. А после вернётся Верида.

Лера глубоко вздохнула и, пригибаясь, бросилась к забору. Не помня себя от страха и подскочившего адреналина, она нырнула в кусты, даже не заметив, что оцарапала ветками щеку до крови. Свобода была близка — каких-то три метра, забор, а после — свобода. Без лишних раздумий она начала взбираться. Может другие послушницы никогда бы не смогли взобраться по каменной преграде, но не Лера. Она выросла в семье гимнастки и акробата, и мать готовила её с младенчества в воздушные гимнастки.

Лера аккуратно осмотрелась, схватилась пальцами за выступы на заборе. Рывок, рывок, подтянулась, оттолкнулась ногами, ухватилась за край, ещё раз подтянулась, легко и грациозно перемахнула через забор, слегка потеряла равновесие от волнения и неудачно приземлилась на колено. Но адреналин и волнение так захлёстывали, что она почти не обратила внимания на боль. Нужно бежать. Подальше от монастыря, подальше от этого проклятого места.