Руслан Муха – Ростки силы (страница 2)

Мы тоже поравнялись с ведьмой, но я предусмотрительно шел в стороне.

— Это небезопасно ни для гостей, ни для учеников. Аргаз закрытая магическая школа, здесь всякое может случиться.

— И что? Что-то уже случалось? — заинтересовано спросил Рейг.

Чаккерс поджала губы и не ответила, а снова обратилась к Тай:

— Вы так и не ответили, как зовут вашу мать.

— Эл, — помедлив, ответила Тай, покосившись на меня то ли виновато, то ли как бы извиняясь.

На лице Чаккерс снова появилась эта довольная полуухмылка.

Неужели сейчас происходит то же самое, что и с бароном Олдбери, и она меня уже раскусила?

Зараза! Убивать Чаккерс мне едва ли хотелось, да и сделать это, а потом скрыть ее исчезновение будет куда проблематичнее.

— Полное имя, Элеонора, полагаю, — сказала Чаккерс, — или Элизабет?

Ответить Тай она не дала, а словно бы резко потеряв интерес, сменила тему:

— Я думаю, вам, Теодор, следовало бы продолжить обучение, — она не советы раздавала, а говорила таким тоном, словно бы уже все решено. — У вас большой потенциал, нельзя оставлять это на полпути даже с закрытыми гранями мироздания. Их нужно развивать. Вам нужно остаться в Аргазе. Вас будет обучать сам магистр Динокес, он один из лучших магов мироздания. Он обучал многих аристократов и будущих героев империи. Даже Лукреция Девангер училась у него.

Последнюю фразу она произнесла немного возвышеннее, чем остальные, и тут же вперила в меня такой внимательный и хищный взгляд, что казалось, стоит мне хоть на мгновение дрогнуть мускулом лица или не так посмотреть — и она тут же меня раскроет. Но в том, что она меня пыталась на это спровоцировать, я уже не сомневался.

— Не думаю, что могу себе позволить учиться у вас, — ответил я с сожалением. — Мне предстоит еще долгие годы выплачивать долг графу Скаргарду, и я не могу себе позволить делать новые долги. Да и не согласится граф на такое, он очень уж бережливый человек и деньгами не любит раскидываться.

— Если я вам такое предлагаю, — строго сказала Чаккерс, — значит, вам не о чем переживать. У школы есть места для таких особых учеников, как вы.

Понятно, на что она намекала. Обучение за счет школы без конкурсного отбора. Не слишком ли велика честь для того. Кто подтвердил всего три грани?

— Я не могу себе это позволить, — настойчиво ответил я, — извините, у меня есть и другие обязанности.

Чаккерс поджала губы, затем вздохнула и сказала:

— Жаль. Любой бы другой на вашем месте ухватился за эту возможность мертвой хваткой, мастер Фел. — Мне показалось, что в ее голосе скользнула грусть.

К тому времени мы уже вышли из школы и направились по мощеным аллеям, несколько юных учениц ведьмочек ухаживали за благоухающими на всю округу розами, я видел, как сияют их руки коричневой силой земли. При виде Чаккерс они торопливо встали и поклоном приветствовали магистра.

— А что вы все время записывали во время подтверждения граней? — решил я спросить, а заодно и сменить тему.

Чаккерс усмехнулась и постучала пальцами по тканевой обложке тетради:

— Это артефакт, — сказала она, — с его помощью мы общаемся с другими учителями. Магистр Динокес сам ее для меня сделал, завязав на грани проницательности.

— Ух ты! И как она работает? — не слишком убедительно восхитилась Тай.

— Я вношу сюда имя каждого преподавателя, с которым буду мысленно общаться, — Чаккерс открыла первую страницу и там был список преподавателей, а напротив личная магическая подпись. — Они подтверждают свое согласия, а затем я могу им писать послания. Они получают сообщения, слыша их, как мой голос в голове, а когда они мне отвечают, в тетради появляется запись.

Я усмехнулся. Надо же, Динокес создал магический мессенджер.

— А на каком расстоянии работает этот артефакт? — с деловитым видом поинтересовался Рейг.

— Только на территории школы, — сказала Чаккерс и закрыла тетрадь.

Мы приближались к воротам, впереди замаячил спущенный серый парус ветробега, и только я было обрадовался и мысленно выдохнул, что вот — наконец мы покинем Аргаз, как ведьма вдруг ухватила меня за локоть и сказала:

— Не могли бы вы мне уделить еще минуту, мастер Фел.

Я напрягся, но открытой ментальной грани на ее ладони не увидел, и все же я осторожно вытащил локоть из ее хватки.

Я кивнул ребятам, чтобы они шли, а я мол, догоню. Да и ведьма так на них смотрела, что буквально не оставила выбора.

И когда мы остались наедине, Чаккерс как-то резко изменилась. Словно бы наконец с облегчением смогла скинуть неудобный и тесный костюм.

Я ожидал, что она снова начнет проверять меня, задавать странные вопросы или уговаривать остаться в школе, но произошло что-то совсем немыслимое.

Чаккерс смотрела на меня с нежностью и улыбалась, в глазах заблестели слезы, она протянула руку, чтобы коснуться моего лица. Но я отшатнулся и в недоумении уставился на нее.

Чаккерс тут же опустила руку, быстро утерла слезы:

— Прости, — сказала она, — просто не думала, что увижу тебя когда-нибудь еще. Я знала, что она не смогла бы тебя убить.

— О чем вы? — в непонимании спросил я, хотя кажется уже начал понимать, что происходит.

Но я решил придерживаться прошлого образа и изображать полнейшее неведение. Эта ведьма могла продолжать меня провоцировать, даже вот таким вот изощренным способом, а могла и вправду быть…

Но кем? Кем она могла быть?

Чаккерс горько усмехнулась, шмыгнула носом, и в привычной строгой манере сказала:

— В Аргазе вам будет безопаснее всего, мастер Фел. Здесь вас поддержат, здесь вам… — она запнулась и тише добавила: — вас давно ждут.

Намеки, намеки — почему она просто не скажет открыто?

Нет, все это похоже на провокацию, к тому же Хаген предупреждал, что Чаккерс далеко не проста. Кажется, что она пытается расположить меня к себе, заставить думать, как ей надо. Возможно, она преданна Ворлиару и под его присягой, возможно — все что угодно.

Но еще она могла попросту бояться открыто выдать себя так же, как и выдать меня.

— Я и так в безопасности, — сухо ответил я и сделал шаг назад. — И я вас совсем не понимаю, магистр, вы ведете себя странно.

— Все ты понимаешь, Теодор, — горько улыбнулась она, — но, может, ты и прав, пусть сейчас лучше будет как есть, — она снова перешла на шепот и приблизилась: — Ты должен беречь себя, мы готовимся, и ты нам нужен. Но ты слаб, и мы слабы. Придет время, и мы объединимся. А сейчас вместе мы будем только подвергать друг друга опасности, в школе много людей Ворлиара.

— Кто вы такая? — тихо спросил я.

— Моя настоящая фамилия Бертольдо, но ты сам все поймешь, — тихо сказала она, все же коснулась моего лица, с нежностью проведя пальцами по щеке, резко развернулась и зашагал прочь, оставив меня в полнейшем недоумении.

Кто она такая? Эта Агата никак не могла быть Лукреций Девангер, призыв души из другого мира невозможно пережить. Кто же тогда? Тетка? Бабка? Может вообще двоюродная сестра — хотя вряд ли. Она вообще никем не может быть из рода Бертольдо, так они отказались присягать Воралиару и он казнил весь род.

В полнейшем замешательстве я зашагал к ветробегу. Как только я подошел и влез в лодку, Рейг вкрадчиво спросил:

— Она что? Гладила тебя по лицу?

— Какая-то сумасшедшая, — буркнул я, заметив напряженный взгляд Тай.

Ей явно хотелось меня расспросить по этому поводу, но при Рейгарде она не могла. Я едва заметно качнул головой, давая понять, что все нормально. Хотя едва ли я сам в это верил.

Как расценивать слова этой ведьмы я пока не знал. Как и не был уверен, что она говорила правду. Но, с другой стороны, если бы она была уверена, что я Девангер, если бы была и впрямь на стороне Ворлиара, разве бы она меня отпустила? Разве позволила бы вот так просто уйти? Очень уж мутная получается ситуация.

О каких таких «мы» она говорила? Кто эти мы? Возможно — подпольщики, которые несогласны с захватом власти. Нужно выждать время, а после вернуться сюда и узнать об этом больше. Если эта Агата не лгала, возможно, у меня и впрямь уже есть союзники, правда, еще неизвестно сколько их там.

— Не знаю, — немного помолчав, вздохнул Рейг, — мне не показалось, что она сумасшедшая. Да и зачем бы было держать такую учительницу в школе?

— Говорят, многие эмпаты теряют рассудок, — ответил я.

— Угу, — поддержала мое предположение Тай, — не все выдерживают натиск чужих эмоций, и не каждый эмпат умеет от них отгораживаться. Видимо, и эта Чаккерс не в себе.

— Она ведь закрыла грань эмпатии, — не согласился Рейг. — А значит, с головой у нее все должно быть в порядке. Мне показалось, что она пыталась тебе что-то сказать. Намекала на что-то. И ты, кажется, понял на что. Вы что-то скрываете от меня?

Рейг вперил в нас тяжелый взгляд, настойчиво требуя ответа.

— Тебе показалось, — непринужденно усмехнулся я.

Рейг не поверил, но продолжать не стал, а сменил тему:

— Почему ты не согласился продолжить обучение в школе? Это ведь такая возможность! — он с подозрительностью уставился на меня.

— В гробу я видел эту школу вместе с ее заносчивыми учениками, — резким тоном ответил я.