Руслан Муха – КОЛОГВЕРАТ: НАЙТИ СЕБЯ (страница 53)

— А Роберт, это ты? Рад встрече! — проскрежетал Альфред, трясущейся рукой ухватившись за руку Роберта. — Всё хорошо. Всё хорошо, а ты как поживаешь? Зачем пожаловал?

— Да вот, принесли тебе на оценку катану. Мой приятель Ноэ хочет узнать, сколько можно за неё выручить.

— Ноэ? — Альфред поправил очки и близоруко вперил в меня взгляд.

Я нехотя достал катану и положил перед стариком. Но Альфред даже не взглянул на неё, он всё разглядывал меня, а точнее пялился на наручи, покачивая головой и беззвучно шевеля старческими губами.

Затем он скривился, словно от боли и перевёл взгляд на катану.

— И ножны, пожалуйста, дайте, молодой человек, — скрипуче попросил Альфред.

Я отвязал ножны и положил на прилавок.

— Удивительно, — бормотал старик. — Где вы это взяли?! Это катана королевы Метейи. Легендарная катана! Подаренная ей богиней Лиадой. Вы действительно хотите её продать?

Я замялся. Всё моё естество противилось, но наткнувшись на злорадный взгляд Роберта, нехотя кивнул.

Альфред снова принялся рассматривать оружие, аккуратно касаясь металла трясущимися руками.

— Даже боюсь предположить, откуда она у вас. Я дам вам за неё тысячу золотых, — вынес свой вердикт Альфред. — В столице вам бы дали за неё тысячу двести, но я не могу. У меня больше нет, к сожалению. Если желаете, можете выбрать что-то из товаров на двести золотых. У меня есть отличные мечи времён короля Эдуарда. Есть шпаги, есть... Впрочем, идёмте. Оружейная у меня внизу, в подвале.

И не дожидаясь моей реакции, Альфред, сгорбившись и шумно шаркая ногами, отправился вглубь лавки. Я побрел за ним, тоскливо посмотрев на катану. Я уже так к ней привык, да и подарок ведь. Но вспомнив о Нафане, тут же отсек сомнения.

Роберт поплелся за мной, но я нарочито захлопнул у него перед носом подвальную дверь.

Деревянные ступени уходили вниз, Альфред держался трясущейся рукой за лампу, и она медленно накалялась, пока не разгорелась ярко. Я так и не понял, как у них работает электричество. Лампы были, а выключателей не было. Похоже, они работали от магии.

Спустившись вниз, огляделся. Чего тут только не имелось. На стенах висели мечи, щиты с разнообразными гербами, шпаги, секиры, арбалеты, боевые топоры, метательные ножи и кинжалы. Но мое внимание привлекли мечи.

Пока я их разглядывал, старик подошёл сзади и молчаливо ждал пока я выберу.

— Этот, — я указал на массивный двуручный меч с очень широким клинком и двойными долами, проходящими по всей длине клинка. Эфес был украшен кольцом с рубинами, витиеватым рисунком шел орнамент по всему клинку, навершие в виде головы медведя открывшего в рыке пасть.

— Отличный выбор. Это меч маршала Говдейра. Его делал превосходный мастер, если не ошибаюсь, Натан Хаазе, а может и отец его Эрнст. Совсем недавно принесла мне меч дочь Говдейра. Очевидно, нужда заела. Иначе я не могу представить, зачем продавать это сокровище.

Я кивнул, продолжая любоваться мечом. Он действительно был великолепен.

— Его цена четыреста золотых. Но это лишь потому, что он принадлежал маршалу. Я могу показать что-то дешевле, если желаете.

— Нет, я возьму этот, — сказал я, снимая его со стены и примеряясь к рукояти. Вес меча ровно такой, как мне надо. Да, в сравнении с катаной, я чувствовал привычное удобство тяжёлого оружия.

Альфред что-то довольно бормотал, нахваливая меч, затем принёс ремешок для ножен, сами ножны из толстой грубой кожи.

Мы вернулись наверх, и Альфред отсчитал мне восемьсот золотых, сложил их в восемь кожаных мешочков, один из которых я тут же отдал Роберту. Остальные мешочки я припрятал за пазуху, более надежного места не придумал. Следовало бы обзавестись походной сумкой.

Перед выходом из лавки я в последний раз взглянул на катану, которую старик Альфред спрятал в ножны и внезапно с ловкостью фокусника убрал её под прилавок.

— Ты ведь понимаешь, что тебе только что впарили старый меч, когда самый лучший новый стоит в три раза меньше, — усмехнулся Роберт, когда мы оказались на улице.

— Думаю, меч того стоит, — оборвал я его. — И да, по-моему, я уже расплатился с тобой. Почему ты еще здесь?

— А серебряник за дорогу? — возмутился Роберт.

В этот момент с боку на дороге начался какой-то ажиотаж, народ расступался, послышался стук копыт. Впереди ехали двое всадников в доспехах и разгоняли народ, а сзади показалась белоснежная карета запряжённая четверкой вороных.

Мы с Робертом отступили, прижавшись к дверям лавки и пропуская вперёд карету. Та проехала, неспешно блистая и сверкая лакированной поверхностью, словно была из фарфора.

В окне мелькнула очаровательная рыжая головка, и я на миг обомлел. Зелёные глаза безразлично скользнули по мне, и карета умчалась дальше, увозя пассажирку.

— Это она, — только и смог прошептать я и совсем не понимая, что творю, бросился за каретой.

— Ноэ! Стой! — крикнул мне в след Роберт, но я его уже не слышал, я бежал за Никой.

— Эй! Куда прешь? — грубо окликнул меня один из всадников, сопровождавших карету. — В сторону, урод!

Я только хотел ответить ему в той же грубой манере, как карета резко сбавила ход и остановилась напротив швейной лавки.

Я замер.

Откуда-то из-за кареты появился кучер, он галантно отворил дверь, подал руку, помогая ей выбраться.

Сначала показался пышный подол зеленого шелкового платья, из-под которого выглянула ножка в аккуратной изумрудной туфельке, затем немного подавшись вперёд появилась и сама Ника. Рыжие волосы убраны в высокую причёску, тонкую шею украшает массивное золотое колье. Прекрасная, молодая, моя Ника.

Я словно во сне, побрёл к ней. Она развернулась и что-то рассказывала сидящим внутри кареты.

— Ника! — позвал я.

— Дурак, что ты делаешь? — зашипел Роберт, схватив меня под локоть и пытаясь оттащить.

— Ника! — крикнул я громче, взволновано и ошеломленно.

— Уйди от герцогской кареты, урод! — гаркнул стражник, уткнув в мою грудь остриё меча.

Я бездумно подался вперед, нащупав эфес своего меча. Тем времене из кареты вышли еще две девушки, похоже, служанки.

— Ника! — во всю глотку заорал я.

И она обернулась, растерянно взглянув на меня.

— Ника, это я!

Она удивлённо вскинула брови, окинув меня взором с ног до головы, и рассеяно отвела глаза, повернувшись к служанкам, потеряв ко мне всякий интерес.

«Она меня не помнит», — понял я.

— Это никакая ни Ника, — шипел на меня Роберт, оттягивая от охранника все сильнее упирающего клинок в мою грудь и что-то угрожающе выкрикивающего.

— Это герцогиня Шарлотта Сайдорская, — умоляющим голосом сказал Роберт, — прекрати это безумие, иначе нам обоим несдобровать.

Я ничего не понимал, в голове шумело, сердце ухало по вискам. Я повиновался Роберту и попятился.

Охранник, всё еще держа меч наизготове, пристально следил за мной.

— Это ведь моя жена, — уставившись на лекаря взглядом безумца, пробормотал я.

— Да ты с ума сошел! — возмутился Роберт, уволакивая меня подальше от герцогской кареты.

Тем временем Ника в сопровождении двух девушек скрылась в швейной лавке, а из самой кареты вылез мужик, ряженый в золотой камзол и белые обтягивающие брюки. Вид у него был, словно у напыщенного индюка. Спину он держал нарочито прямо, черные волосы по-идиотски были зализаны назад. Лицо слащавое, даже где-то женственное, с недовольным пухлым ртом. Он неотрывно, изучающе глядел на меня. И было в его взгляде некое изумление и растерянность. Затем он нехорошо ухмыльнулся каким-то своим мыслям и уверенно зашагал ко мне.

— Ну всё, нарвался на герцога, — прошептал Роберт. — Если что я не с тобой.

— Ты кто такой? — насмешливо глядя на меня, спросил герцог.

— Я Ноэ, — с вызовом ответил я.

— Он сумасшедший, — перебил меня Роберт, — Просто сумасшедший, ваша светлость. Он ни стоит вашего внимания. Как видите, несчастный получил ужаснейший ожог и от боли его рассудок попросту не выдержал.

Герцог продолжал изучающе разглядывать меня с некой издёвкой, насмешкой. Затем его взгляд внезапно остановился на моих руках. Слащавое лицо приобрело задумчивый и слегка удивленный вид. Внезапно он злобно посмотрел мне в глаза, я ответил ему тем же, подавшись вперёд и готовясь, если что бить первым. И вдруг герцог, запрокинув голову громко и радостно расхохотался.

— Какое жалкое зрелище, — говорил он, не переставая смеяться. — Ой, не могу, кто бы мог подумать?!

Я смотрел, потихоньку закипая от злости на этого индюка, не понимая, что во мне могло вызвать столь бурный приступ веселья.

— Что ж, — перестав смеяться но, всё ещё продолжая саркастически усмехаться, сказал герцог, — насмешил ты меня, сумасшедший Ноэ.

— Да-да, — неуверенно улыбаясь, поддержал герцога Роберт, — он очень забавен, но все же болен... Ваша милость, мы можем идти?

— Да, идите, — ответил ему герцог, а затем снова внимательно посмотрел на меня, широко улыбнулся и произнес: — Увидимся ещё. Значит, игра продолжается.