Руслан Муха – КОЛОГВЕРАТ: НАЙТИ СЕБЯ (страница 52)

Роберт Карлович недовольно скривился и уставился на прямую спину кучера. Коляска покачивалась, подпрыгивала на ухабах. Деревянные колеса поскрипывали, стучали копытами лошади. Дома быстро остались позади. Гуард оказался небольшим селением, всего-то двадцать домов.

Наконец избавившись от назойливой болтовни Роберта, я мог спокойно подумать и решить, как быть дальше.

Во-первых, мне необходимо разжиться деньгами и избавиться от этого жадного засранца, во-вторых нужно найти ведьму Тую и узнать у неё всё, что смогу узнать о мире и о себе. А в третьих, я должен встретиться с Каагмаром и выведать, куда он спрятал мои доспехи. В-четвёртых, найти доспехи, а потом...

Я задумчиво уставился вдаль. Лошади лениво тащили коляску, которая волочились, неспешно поскрипывая, солнце медлительно взбиралось на верхушку неба, потихоньку припекая.

А дальше то что? Отыщу я доспехи в мирах Каагмара, затем отправлюсь в другие миры.

Стоило мне представить, сколько ещё предстоит метаться по мирам, так сразу становилось до невозможности тоскливо. Но ещё хуже, что моя семья не помнила меня, да и себя тоже. Даже то, что я знал, где Виола, не слишком воодушевляло. Ведь это уже не совсем моя дочь, в этом мире я для неё чужой человек, пусть даже и герой из пророчества, но всё же чужой. Я вдруг подумал, а как так вышло с этим пророчеством? Как жрицы кинцемори могли знать о моём появлении? Ведь технически, как не крути, в будущее они заглянуть не могли даже в виртуальном мире, здесь попахивало неким сговором. Или возможно, все подстроено... Или вообще мистика какая-то. Нет, этому наверняка должно быть логическое объяснение.

Тем временем вдалеке показались высокие каменные стены города. Территория города оказалось довольно обширной, я бы даже сказал, обширней, чем столица вампиров.

— Вот, почти на месте, — оживился Роберт.

— Как город называется? — спросил я.

— Мирард. Считай, областной центр. Все провинции принадлежат молодому герцогу Сайдорскому. И, несмотря на свою молодость, да порой и вспыльчивость, с делами управляется хорошо, не то, что его отец, покойный герцог Отто, пьяница и развратник. Едва ли всю казну не спустил на развлечения. А сын его Бернард вот, мозговитый оказался, хозяйственный. То, что осталось в наследство, не только сохранил, но и приумножил.

Роберт не умолкая рассказывал о герцогстве, Мирарде, о знати. Я слушал его в пол-уха, мне это было не очень интересно.

— Но поговаривают, что благополучие герцогства не заслуга Бернарда, а жены его. И говорят, она всем заправляет. Я, конечно, не доверяю слухам, где это видано, чтоб барышни разбирались в делах государственных, но по другим слухам прабабка герцогини, та самая ведьма из Колючего леса. Может и эта колдует вовсю, кто её знает. Но простым людям все рано кто там управляет, да как. Хоть сам Черный Бог. Главное, чтоб у нас все мирно и ладно было.

Поняв, что Роберт совсем разошёлся и от историй о знати перешёл к сплетням и слухам, я решил перевести разговор в другое, полезное мне, русло:

— А есть в Чарграде ещё что интересное? Допустим, места силы? Волшебные артефакты? Животные-хранители?

Роберт Карлович задумался.

— В Чарграде артефактов и мест силы удивительно много, похоже, ты забыл, что это мир магии. С какой целью интересуешься?

— Желаю разнообразить свой культурный досуг, — саркастично выговорил я. — Меня интересует нечто удивительное, то, чем весь Чарград гордится.

— Ах, вот как, — призадумался Роберт. — Статуя Каагмара, самый большой монумент во всем Кологверате. Водопад забвения неподалеку от Вотерфела. Что ещё? Портал в Соргард. Не то чтоб достопримечательность, портал в каждом мире есть, но наличие его это определенно гордость жителей Чарграда. До появления барьера, преступникам рубили головы, а теперь, можно его просто вышвырнуть на свалку, — злорадно усмехнулся лекарь. — Это куда гуманней. Чем не прогресс?

«М-да уж, — подумал я. — Тоже мне гуманист, при первой же возможности вышвырну его в этот портал, пусть сам испытает на своей шкуре такую гуманность».

Тем временем мы подъехали к воротам Мирарда.

— Здравствуй, Роб, — дружелюбно помахал ему стражник, а затем перевел взгляд на меня и нахмурился: — Твой спутник, что с ним? Он не заразен?

— Нет, что вы?! Это ожоги, а ожоги никогда не бывают заразными, — усмехнулся лекарь.

— Ладно, Роб, если бы я не знал, что ты лекарь, в город бы этого, — стражник ткнул в мою сторону пальцем, — ни за что бы ни пустил. Но тебе доверяю, так что проходите.

Затем он заплатил кучеру, попросив подождать нас пару часов, не забыв мне напомнить, что теперь я ему должен серебряник за проезд. Кучер сказал, что будет ждать нас в таверне «Синего Эда», а затем уехал.

И мы, пройдя под широченной городской стеной, наконец, вошли в город и сразу же оказались на круглой площади, вымощенной брусчаткой. В центре площади стоял широкий фонтан, в середине которого сидела статую русалки, держащая морскую раковину, а из этой раковины и струилась вода.

В фонтане купались детишки, по площади прогуливались дамы, шурша длинными юбками и прикрываясь от жаркого солнца ажурными зонтиками. Прохаживались джентльмены в шляпах, стуча лакированными тростями по брусчатке.

Перед нами пробежал босоногий паренек, размахивая газетами и крича:

«Последние новости Чарграда! Всего два медяка! На повестке дня: загадочные смерти, новая неизвестная болезнь или в Чарграде завелся серийный убийца!»

От площади, словно щупальца расходились узкие улочки, ведущие вглубь города; улочки петляли меж двухэтажных серых домов с балконами, покатыми черепичными крышами. Над домами острыми верхушками круглых башен высился старинный замок, смотревшийся слишком вычурно на фоне двухэтажных серых домишек и змеевидных улочек.

Роберт схватил меня под локоть и потащил в одну из таких улочек. Под ногами пробежал рыжий кот, на втором этаже развешивала бельё молодая румяная женщина и, завидев меня, скривилась и поспешила убраться с балкона.

— Герцогство ваше, густонаселенное, — заметил я.

— Чарград вообще, самый населённый мир, не считая Инфернополиса. По крайней мере, раньше так было, а сейчас не известно. В Чарграде восемь герцогств, и пять резерваций.

— Кто-то ещё помимо магов? — удивился я.

— Конечно, резервация великанов, оборотней, джинов, кинцемори и в горах на севере крылатые гарпии. Ещё в Бесконечной реке на нашей стороне осталась селение русалок, но считать резервацией двадцать особей, которые стремительно вымирают как-то не с руки.

— И территорий у вас, наверное, больше чем в других мирах? — предположил я.

— Нет, почему же, так же как и везде. Ровно одна десятая от всего нижнего Кологверата, словно кусок пирога.

Тем временем мы вынырнули из очередной улочки и оказались на шумном, кишащем разномастной пестрой публикой рынке. Народ галдел, где-то играла музыка, зазывали покупателей торговцы, слишком старательно расхваливая свои товары.

Нас то и дело окружали торговки с корзинами, пытаясь всучить то свежую зелень, то яйца, то фрукты. Роберт недовольно отмахивался от них, и покрепче перехватив меня под руку, уверенно шагал вперед вихляя между бесконечными рыночными рядами.

Впереди завиднелась площадь, здесь собрался народ и уличные акробаты устроили представление. Я на миг замер, зачарованно разглядывая, как двое крепких парней и совсем юная девушка выделывают невероятные кульбиты в воздухе. Один парень подбрасывал её, девушка переворачивалась несколько раз в воздухе, и приземлялась точно на вытянутые руки второго.

— Идём, же Ноэ, мы здесь не за развлечениями, — одернул меня Роберт.

Я поплелся за ним, не в силах оторвать взгляд от акробатов.

На самом деле мне было жаль, что у меня совсем нет ни времени, ни возможности просто немного отдохнуть, развлечься, просто побродить по Чарграду, без всякой цели. Наверное, я просто устал от этой бесконечной гонки, от бесконечных проблем. А по сути ведь всё это не имело определённой цели. Я не понимал, что мне делать, после того как верну все свои доспехи и свой мир. Ведь не было гарантии, что я смогу выбраться из Кологверата и вернуть свою семью.

— Вот и лавка Альфреда, — объявил Роберт и ткнул на ряд широких разномастных витрин, расположенных прямо в доме напротив. Здесь была книжная лавка, рядом швейная мастерская, затем цирюльня, а следующая была антикварная лавка или ломбард, я так и не понял. Над входом висели на цепочках три блестящих шара, а резная деревянная вывеска сверху гласила «Лавка Бормана».

Мы вошли в неё, дверь тихо отворилась, тонко зазвенели колокольчики над ней.

Внутри было тихо, затхло, и виталрезкий запах можжевельника. Все пространство вокруг было завалено всякими вещами; статуями, статуэтками, резными вешалками, высокими напольными часами, полки у стены заставлены разной бижутерией, шкатулками, игрушками, разнообразными безделицами. Наверное, здесь можно было найти все, что только могло бы прийти в голову.

У лакированного прилавка стоял тощий, сухонький, почти облысевший старик в очках с огромными толстыми линзами. Линзы так увеличивали его глаз, что он становился похож на стрекозу-переростка.

— День добрый, Альфред. Как твои дела? Как здоровье? Как дети? Внуки? — затараторил Роберт, бросившись пожимать сухую с выпирающими синими венами руку старика.