Руслан Муха – КОЛОГВЕРАТ: НАЙТИ СЕБЯ (страница 48)

Небо посерело. Тучи заслонили солнце, похоже, собирался дождь. Я ещё не видел, чтоб в Кологверате шел дождь. Интересно, а смена сезонов тут бывает? А ещё почему-то подумал о том, что ведь Кологверат — плоский мир и значит, у него должен быть край. Интересно, а что там за краем? Тоже барьер? Хотел спросить Нафанаила, но тот так тяжело дышал, что я передумал. Мне тоже бег давался не просто, тело все ныло, опаленная ядом кожа горела, да и спина ныла.

Ветер поднялся, стал холоднее. Небо затяжелело черно-серыми тучами, и где-то вдалеке раздался гром.

— Мы уже близко! — крикнул Нафаня.

И через несколько минут он остановился. Так резко и внезапно, словно наткнулся на невидимую стену. Я даже на миг испугался, не врезался ли он в барьер, но нет. Линия из пепла была в нескольких метрах от него.

— Ну вот, — натянуто улыбнулся Нафаня. — Пора прощаться.

Я ничего не ответил, лишь задумчиво смотрел за барьер. Там начинался Чарград. Зелёные холмы, по правую сторону лес, вдалеке на холме виднелись домики, кажется деревня.

— Может я смогу провести тебя через барьер. Я ведь ни разу не пробовал провести кого-то. Вдруг я могу, а? Просто возьму за руку...

— Ты, прежде чем людей водить, на зверушке сначала попробуй, — перебил меня Нафаня. — Ну а я с тобой не пойду, нечего мне в Чарграде делать. Там нашего брата, насколько я помню, люто ненавидят. Так что, даже если бы это было возможно, я бы не пошёл.

Я снова промолчал. Грусть накатила какая-то, тоскливо стало. И вроде мозгами понимал, что демон он не настоящий. И скорее всего, просто какой-то незнакомый мне мужик. Но ведь мужик-то хороший. И от этого становилось только гаже на душе. А я вот так уйду, а ему тут расхлебывай вместо меня.

— Я это, — замялся Нафаня, — долгий прощаний не люблю. Так что вали уже, пока я тебя пинками за барьер не вытолкал.

Я, стараясь не смотреть на него, зашагал к барьеру.

Я пересек его и шел вперед, не оглядываясь, но спиной буквально чувствовал провожающий взгляд Нафани.

Чувство вины терзало меня, и я его давил изо всех сил, придумывая оправдания. Главным утешением было то, что даже если вампиры его убьют, он наверняка переродится в лучшем мире, по-любому должен. Нет, он просто обязан. Да и умрёт не по-настоящему, мир виртуальный ведь. Но то, что навсегда исчезнет огненный демон Нафанаил, меня огорчало.

Вдруг позади, послышался шум. Я резко обернулся. Пять архнидовых всадников окружили Нафаню, и он как мог, отбивался слабыми тусклыми файерболами.

Я, позабыв обо все на свете, бросился назад в Страну Туманов, попутно вынимая катану.

В небе блеснула молния, раскатистый гром содрогнулся по всей округе. Начал накрапывать дождь.

Вдалеке показались еще с десяток наездников.

Я мысленно попросил у Лиады прощение, но ярость, разбушевавшаяся внутри, не располагала к расшаркиванию с вампирами. В этот раз я не намерен был с ними церемониться.

Первым ударом я отсек лапу впереди стоящему арахниду, и тот, застрекотав, сбросил наездника, которого я тут же прикончил точным движениям в горло.

Нафаня, воспряв духом, принялся активнее метать огненные шары, но они были теперь меньше и едва горели. К тому же набирающие силу потоки дождя тушили их, и они не успевали достигать цели.

Резким движением я выхватил меч у мертвого вампира и бросил Нафанаилу. Тот, проявив фантастическую реакцию и ловкость, поймал меч на лету и тут же отбил удар справа.

Мы, прижавшись спина к спине, яростно отражали летящие со всех сторон удары.

Я целился по лапам пауков, бить высокосидящих наездников было слишком непросто. И Нафанаил так же взял мою тактику на вооружение, первым делом стараясь ранить арахнидов. Те в большинстве случаев сбрасывали наездников и таким образом вампиры теряли преимущество разить сверху.

Я убил не меньше пятерых, но они все подступали. В какой-то момент мне словно башню снесло, и я понёсся рубить направо и налево.

Дождь усиливался, гром гремел над нами с большей силой.

Я был сосредоточен как никогда и чувствовал себя с оружием уверенно, словно сражался много раз. Справа отсёк по плечо замахнувшуюся руку с мечом, слева четким ударом снес голову; прямо, прорывая кольчугу, пробил вампира насквозь, уперевшись ногой в кривляющееся и корчащееся от боли тело, отпихнул его, доставая окрасившуюся кровью катану.

Заслышав свист позади, едва успел увернуться от очередного удара, но вывернувшись и сделав резкий выпад вперёд, пробил панцирь арахнида, убив его. И пока арахнид медленно оседал, вынул катану и успел в прыжке вспороть горло наезднику, прежде чем он успел взмахнуть мечом. Кровь брызнула из горла, перемешиваясь с дождевыми потоками.

Я вдруг понял, что потерял из виду Нафанаила. Вампиров осталось немного. Большинство были убиты, а раненные лишь лежали, и их крики и стоны заглушал ливень. Вдруг я увидел сидящего на земле Нафаню, которого крепко прижимал к себе вампир. Это действо казалось таким странным и нелепым и одновременно отвратительным. Можно было подумать, будто вампир его обнимает. Я, отбивая вялые удары, направился туда.

Тем временем огромный демон, раза в два больше самого вампира, обмяк в его руках безвольной куклой. А затем вампир разжал руки, и Нафанаил рухнул в грязь. Я не побежал, а буквально подлетел к вампиру, не помня себя от злости. Хватило одного удара, и вампирская башка покатилась по земле.

Нафанаил лежал неподвижно, ран на теле я не увидел. Похоже, он высосал из него всю энергию.

Позади лязгнуло, я обернулся: оставшиеся пять вампиров медленно подступали. В их глазах читался страх, опаска.

— Проваливайте, пока живы! — крикнул я на них, присаживаясь к Нафане и пытаясь прощупать пульс на мощной шее. Пульса не было.

Вампиры все переглядывались, сомневались, не зная нападать или бежать.

— Ну ладно! — освирепел я, вставая и прокручивая в руке катану.

Вампиры все до единого бросились бежать, громко шлёпая подошвами по грязным лужам.

Я снова наклонился к Нафанаилу. В голове было пусто, а на душе гадко. Обезглавленное тело вампира еще истекало пульсирующими струйками крови, я зло пнул его ногой. Тварь!

Не понимая, что делаю, я поднял Нафанаила на руки. И ни капли не удивляясь тому, что нести громадное тело демона не составляло для меня труда, я зашагал к барьеру. Мне не верилось, что демон умер. Какое-то странные смешанные чувство испытывал я. Одновременно всё вдруг показалось слишком настоящим и живым, вовсе не виртуальным, и в то же время разум твердил обратное.

Я пересёк барьер и совсем не удивился, что демон не превратился в пепел. Барьер убивает лишь живых, а мертвых убивать уже без надобности.

Я шагал по грязи отрешенно глядя на деревню на холме. Ливень хлестал по спине, но я, кажется, не замечал этого. Я почему-то был уверен, что Нафанаил еще не до конца умер и его можно спасти. Поэтому я целенаправленно шагал к магам.

Глава 20

Я завернул в первый попавшийся дом, который в вечернем сумраке и разглядеть-то толком не смог. Взошёл на крыльцо, ногой вышиб дверь и оказался в тёмном тесном помещении. Заметил щель, через которую побивался свет и, поняв, что это еще одна дверь поступил с ней так же, пнув изо всех сил. Дверь не выдержала, покосилась, слетев с петель, и с грохотом упала на пол. Я вошёл в дом.

Молодая женщина, испуганно прижимая тонкие руки к груди, с опаской смотрела на меня. Ее зелёные раскосые глаза из-под черных бровей буквально искрились от негодования. За длинной цветастой юбкой прятались два растрёпанных, чумазых, перепуганных ребятенка.

— Вылечи его! — скомандовал я, опуская мокрое холодное тело Нафанаила прямо на упавшую деревянную дверь.

Женщина ошеломлённо бросить взгляд на демона, насторожено пряча детей за спину.

— Живее!

— Я детей наверх отведу и вернусь, — холодно ответила она.

И поспешно усаживая на бедро одного ребенка, а второго хватая под мышку, резко развернулась, взмахнув смоляной длиной косой, и двинулась к резной деревянной лестнице.

Вернулась она спустя минуту. Особо не церемонясь, нацелила на меня арбалет еще на лестнице.

— А ну пошёл вон отсюда! — голос ее прозвучал ровно, уверенно.

Я понял, что выбрал не самый лучший способ просить о помощи.

— Прости, что напугал тебя и детей, но мне действительно нужна помощь, — как можно вежливей попросил я. — Я заплачу, сделаю все, что пожелаешь, только помоги!

Женщина сузила недоверчиво глаза, ещё раз взглянула на Нафанаила, а затем, встряхнув головой, словно прогоняя ненужные мысли, снова сказала:

— Бери его и проваливай из моего дома. Немедленно!

Я стоял и зло смотрел на нее. Нет, ну не могу же я её силой заставить лечить Нафаню. Да и драться с женщиной как-то мне вообще дико.

— Он умрёт. — Не унимался я.

— Он уже мертв.

— Его вампир лишил энергии, неужели это смертельно?

— Если его энергия и так была на исходе, то вполне, — безразлично ответила она.

Я обессиленно уселся рядом с Нафаней, обхватил голову руками и устало закрыл глаза.

— Я никуда не пойду, пока хотя бы не попробуешь что-то сделать, — пробормотал я.

— Значит, я тебя убью.

— Значит, убивай. — Горько усмехнулся я.

Она в замешательстве простояла с минуту, затем аккуратно спустилась с лестницы, не опуская арбалета.

Я заглянул в её глаза и увидел растерянность. Нет, не убьет она меня.

— Ну? — я устало улыбнулся.