Руслан Михайлов – Пепел доверия 2 (страница 53)

Задерживаться тут было страшно, но я все же сделал это, порывшись в нетронутых шкафчиках, выбрав из мусора целые консервные банки и даже найдя чистую картонную коробку между столом и стеной. Вероятно, мужик закупился продуктами, даже расставил все на столе, коробку аккуратно убрал и на этом его приготовления к отсидке дома закончились…

Ключи от машины валялись на полу, и я даже не заметил их, а просто запнулся и они зазвенели. Отперев машину, проверил салон, затем бардачок и стал обладателем пары шоколадок Сникерс, одна из которых сразу оказалась у меня во рту. Там от человека одни кости остались погрызенные, а его шоколадки жру…

Но ведь ему они больше не нужны?

Как и все остальное из ему принадлежавшего…

В багажнике стандартный набор, включая запаску и одинокая канистра литров на десять — полная бензина, это я проверил сразу. Это настолько немного, что я сначала опустошил ее содержимое в свой бензобак и только потом закинул канистру в багажник. Внедорожник проглотил ничтожную подачку и словно не заметил… Машина у меня зверь, но и аппетит у нее зверский. Задумчиво глянув на мирно стоящую на парковке осиротевшую машину, я захлопнул багажник, завел Гранту, послушал двигатель, проверил что там с запасом топлива и, заглушив, положил пока что ключи на водительское сиденье и закрыл дверь.

Мне так и так нужна дополнительная машина — если с Фордом случится что-то, с чем я не смогу справиться самостоятельно, а из меня автомеханик полное говно, то я останусь без железного коня и с крохотной мобильностью. Жуя второй Сникерс, я направился на участок Терентия, но на этот раз другим маршрутом, чтобы изучить стоящие за заборами чужие дома.

Домой я вернулся тяжело загруженным и помимо строительных материалов, я стал богаче на две чужие камеры наблюдения и содержимое крохотной кухоньки одного аккуратного коттеджа на заросшем клевером участке. Пакет спагетти, растительное масло, несколько пачек соли и десяток различных консервов — как по мне так очень неплохо.

Разгрузившись, уже традиционно перекурил, сидя на пороге, цедя энергетик и вслушиваясь к кукушке.

— Кукушка, кукушка, сколько мне лет осталось? — я даже договорить не успел, а птичка словно осеклась и голоса больше не подала.

Однако хреновый для меня прогноз…

Глянув на лежащие рядом камеры, я поправил строительный пояс, припомнил, где там у меня запас проводов, чтобы запитать все это дело и с кряхтеньем поднялся на ноги. Камеру получше поставлю в первую очередь и прямо на улице, с которой съезд на мой участок. Направлю ее в сторону въезда, а как разбогатею за счет мародерства, установлю другую там же, но, чтобы смотрела в противоположном направлении. Ну и последнюю камеру надо ставить в лесополосе с краю участка, чтобы проглядывала весь забор. И чтобы планшет пищал, если камера засечет там движение.

А потом?

Потом, если не нагрянут твари, чтобы подтвердить прогноз кукушки, опять полезу под дом и продолжу копать и окапываться.

Уже стоя на капоте подогнанной к столбу машины, обматывая вокруг него провод уже закрепленной проволокой камеры, я вдруг понял, что абсолютно не терзаюсь муками совести. Сегодня я убил несколько человек. Но не испытываю по этому поводу абсолютно ничего. Хотя нет… есть ощущение, что я сделал что-то правильное, а еще мне их реально жаль. Но не более того.

К вечеру я выполнил каждое из отданных самому себе распоряжений. Дополнительные две камеры установлены, запитаны, уже выдают очень неплохую картинку природного пейзажа и темнеющей пыльной улицы.

Бок о бок к маленькому пивному холодильнику встал еще один крепыш чуть повыше и повместительнее, найденный мной после спонтанного решения навестить еще толком незавершенный дом из бруса через улицу. Оттуда я вынес не только холодильник, но и канистру с бензином, масло для четырехтактного двигателя и бензопилу, большое ведро с гвоздями и саморезами.

Остаток дневного времени у меня ушел на возню вокруг дома: копка трехметровой канавы, заливка ее бетоном, установка в эту массу блоков, а сверху неумелая кладка кирпича, прокладка рубероида и тщательное замывание щелей всем тем же бетоном. Им я обмазал и уже законченные участки стены рядом.

Посидел. Покурил. Полюбовался делом рук своих. И полез под дом, где продолжил раскопки.

Свободного пространства там стало больше и дело пошло куда быстрее. Лопата за лопатой в ведра, подъем их наверх к двери, а когда заполнялись все пять моих разнокалиберных ведер, я проверял камеры, отпирал дверь и выгружал все это в тачку. Вынутый грунт я отвозил подальше от дома и там вываливал — что делать с растущей посреди своей земли кучей глины думать буду потом.

Успокоившееся было тело снова нещадно ломило в каждом суставе, мышцы болели и выпитый ибупрофен с аспирином помогали лишь отчасти, но я продолжал работать. Давя на лопату отрезать пласт глины, вывалить в ведро, повторить несколько раз, потом поднять ведра с дна ямы, выжать над головой, поставить на пол, выбраться следом, оттащить их к двери, вернуться обратно… и так цикл за циклом, цикл за циклом, под аккомпанемент едва слышно звучащей из динамиков струнной музыки и чуть громче включенного ролика про копку земли.

Когда мне надоело копать при свет фонарей и висящей слишком высоко над головой лампы, я порылся в куче натасканной добычи, отмерил провода и через полчаса там под полом уже ярко горели две разнесенные в стороны лампы. Выйдя из дома, в сумерках прошелся вокруг постройки и убедился, что полностью соблюдаю светомаскировку — нигде ни лучика предательского света. Дом был темной металлической глыбой.

Максимально плотно поужинав макаронами с тушенкой, поливая их острым кетчупом Пикадор, найденным сегодня в одном из осмотренных домов, я с опозданием подключился к нашему ежевечернему общему созвону, поставил ноутбук рядом с люком в полу и полез вниз.

Над головой гремели торопящиеся что-то рассказать или обсудить голоса, а я, покрытый грязью с головы до ног, во весь рост стоял под домом в вырытой мной глубокой яме и улыбался несмотря на то, что яма была пугающе сильно похожа на могилу. Глубже копать я уже не мог — попытался, но там захлюпало и я понял, что лучше остановиться, ведь я не бассейн себе копаю. Сверившись с всезнающим интернетом, выяснил, что уровень воды сильно колеблется за год и обычно к середине концу лета вода уходит глубже, где и остается остаток года. А вот весной после таяния снега и обильных дождей вода поднимется куда выше — и стопроцентно затопит мой подвал. Чтобы этого не случилось надо принимать грамотные водоизоляционные и водоотводные меры… дальше я читать и смотреть не стал — до начала следующего года еще дожить надо и не факт, что у меня это получится.

Текущая глубина меня вполне устраивала, и я принялся расширять эту «комнатушку» размерами два на полтора, сам удивляясь тому насколько хорошо и спокойно себя здесь чувствую. Голос Леси в динамиках набрал силу и звучность. Я тяжело вздохнул — знакомо. Следующие полчаса минимум никто кроме нее говорить не будет.

Я ошибся. Леся говорила не полчаса, а целый час. Но, к моему искреннему удивлению, говорила она настолько интересно и дельно, что я, вынеся ведра с грунтом и отвезя тачку, в подпол уже вернулся со слабеньким висковым коктейлем.

Леся своего добилась, став полновластным лидером подъезда в их многоэтажке. Перетянув на свою сторону всех женщин, восхищенных её смелостью, следом она убедила слушаться себя и проживающих в подъезде мужчин. О них она отзывалась со столь знакомым оттенком снисходительной жалости, что я мгновенно понял — они как я. Тихоны. Люди спокойные, не карьеристые, предпочитающие просто жить и получать от жизни обычные простые удовольствия вроде хороших игр и сериалов вечером после работы. Люди, что не стремятся каждый свой день превратить в непохожий на предыдущий. Люди не гоняющиеся за накаленными до предела эмоциям и адреналином.

Сделав большой глоток, я закурил и продолжил слушать.

Под руководством Леси Павловны квартиры объединились во многом — и в том числе в заказах. Получив от Леси список необходимого, они сумели воспользоваться услугами последних официальных курьеров от сетевых магазинов и маркетплейсов, обогатившись водой и продуктами. Сейчас курьеров уже не было, введен локдаун, власти обещают создать что-то вроде военной службы доставки предметов первой необходимости, но пока ничего такого нет. Однако предприимчивую Лесю это не остановило и, проведя экстренное собрание жильцов этого, а затем подключив к нему и соседний подъезд, она буквально выбила из некоторых нужные ей телефоны, затем заставила сделать звонки и перевести разговор на нее лично. Таким образом она сделала практически невероятно — связалась с владельцами и управляющими многих расположенных поблизости заведений. Там самая мифическая сила теории пяти рукопожатий в действии. Кофейня и пекарня, аптека, пункты выдачи заказов — эти и другие владельцы ответили на вызов и выслушали предложение Леси Павловны. Кто-то из них отказался сразу, кто-то был далеко, но другие согласились продать по неплохой цене часть своего имущества, но с самовывозом так сказать.

И Леся, обычная офисная тиранша Леся, организовала утреннюю вылазку и, что самое невероятное, возглавила ее лично. На трех машинах она и еще четверо человек сделали круг по своему ЖК, заехали в несколько точек, нагрузили машины мукой, кофе, лекарствами, заказанными, но не выданными вовремя товарами из ПВЗ и благополучно вернулись обратно в родной подъезд.