Руслан Михайлов – Низший-2 (страница 5)
— Ага — согласился я, успев опустить руку на дубину и, не снимая ее с пояса, просто резко нажал на рукоять. Шипастый конец по дуге взлетел вверх, войдя аккурат между широко расставленными ногами Барса. Почти одновременно с этим мое шило ударило его в лицо, вспоров щеку и насквозь пробив нос — на сантиметр ниже глаз, там, где хрящи. Нажать на дубину, шипы входят в такую мягкую-мягкую плоть. Шило на себя.
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! Ха… ха…. А-А-А-А-А-А-А-А-А!
Согнувшийся и при этом вставший на цыпочки Барс жалок. Он танцует. Перебирает ножками, льются на чистый пол первые капли крови.
— Заткнись! — еще рывок шилом.
— А-ГХ-Х-Х-Х-Х!
— Заткнись! — нажать на дубину.
И тишина… такая приятная тишина…
— Постой так — попросил, глядя в глаза Барса и, вспомнив, плюнул ему в лицо — Совсем забыл — вы же так здороваетесь, да? Привет тебе, гнида!
Тишина… льется из пробитой шипами промежности кровь. И не только кровь — жидковатая больно. Вместе с мочой. Котик описался…
Повернул голову, мимо замершей в готовности своей группы посмотрел на перекресток. Наткнулся взглядом на главного сектанта. С пару секунд мы смотрели друг на друга, после чего он демонстративно заложил руки за спину и громогласно объявил:
— Я ничего не вижу! Мы ничего не видим! Око Матери будет здесь через четыре минуты.
Кивнув, повернулся снова к Барсу, продолжая удерживать его на шиле и шипах дубины.
— У нас еще четыре минуты радости, котик. Хочешь я сильнее поглажу твоего барса? Ты же так этого хотел… приласкать? Унять твоего зверя лаской? А то мне так страшно — вдруг он зарычит и бросится на меня? Давай я ласково приласкаю. Тебе может даже понравится…
— Нет… нет… пожалуйста, не спеши… не спеши… — зачастил истекающий кровью парень.
— Странно слышать такие слова от парня — признался я — А ты еще так близко…
— Послушай… послушай… просто предложили… шанс… раньше это делал Джонни Лев…
— Прошлое не оставляет меня — скривился я и, глянув вниз, прервал парня — Стой… ты не против, если я ударю твою девушку пяткой в ухо? А то она уже шевелится… а мне так хочется кому-то сделать больно…
— Не надо, о… одиннадцатый… не надо…
— Тогда тебе дубину засажу поглубже, да?
Решение было принято мгновенно:
— Н-нет… можно ее…
— Спасибо что разрешил — благодарю я и резко опускаю пятку на ухо начавшей ворочаться Буксы. Удар ноги, голова бьется о пол. Нокаут.
Подняв глаза, спросил:
— Кто вам предложил?
— Послушай…
— Кто предложил, тварь! — лязгнувшая в голосе сталь заставила Барса сжаться, и он тут же охнул от боли — Говори! У меня твой хер на вилку наколот! Один рывок, сука, один рывок и твой вонючий зверек без всякой ласки повиснет на моей дубине! А потом ты его у меня сожрешь — прямо с дубины! И дубину оближешь! Кто?!
— Я не знаю! НЕ ЗНАЮ! Они городские! Приехали вчера. Ночью явились пьяные! Искали Джонни — он не пришел навстречу! Нашли меня! Сказали, что делать — бить и пугать, проверять номера по списку что мне дали. Я еще не прочел весь… ты там, да? Там да? С-сука если бы я знал…
— То позвал бы дружков с дубинами? — предположил я и этот дебил согласно моргнул, шевельнул губами:
— Аг-га… А-А-А-А-А-А-А!
— Список! Сюда дал!
— Н-на! На! Вот!
Мне протянули крохотную пластиковую пластинку. Увидел столбец номеров.
— Йорка!
Чуть пригнулся. Вытянувшая над моим плечом руку Йорка забрала табличку, отступила. Выпрямившись, спросил:
— Сколько их? Городских.
— Шестеро! Шестеро! Мужики! И две девки! Опасные девки!
Дерьмо…
— С ножами? — бросил я наугад.
— Да! Да! Одна все время нож крутит. Они и сказали — пугать! Бить! Главное — не пропускать всю толпу сразу, пусть проходят по двое и трое, берут блоки и уходят. Следующих пускать через двадцать минут. Стараться выбить согласие отдать блоки. Если не согласятся — бить сильнее, потом пропускать. Такой уговор! Нам всего-то сто солов и два тяжелых шила пообещали!
— Хорошо — кивнул я — Они что-нибудь спрашивали?
— Н-нет… — и глаза ушли в сторону.
Рывок.
— О-О-О-О!
— В следующий раз я проверну дубину — шипяще пообещал я — Проверну так сука, чтобы выворотить тебе яйца вместе с мочевым пузырем! Не ври мне! Что они спрашивали?
— Про девку в черной футболке! С расписанной правой рукой! Кто такая, где можно найти, одиночка или ходит под кем-то, какой номер, где чаще всего спит, какой уровень и в чем замечена!
— А ты что?
— Я знать о такой не знаю! Обещали узнать!
— Еще что-нибудь?
— Нет, клянусь! Нет!
— Подаришь мне свою соску? — спросил я, глянув на Буксу.
Ого… она почти пришла в себя. Моргает глазами, начала подбирать под себя ноги. Затаилась, пытается преодолеть бой и головокружение. Кровь и моча Барса залила ей лицо и шею.
— Я с ней поиграю пару ночей — и верну — продолжил я — Тебе то долго еще зверьком пользоваться не придется. Что скажешь, Барс?
— Бери… — выдохнул тот.
— Спасибо — улыбнулся я и выдернул дубину. Чуть опустив рукоять шила, рывком выдернул, причинив дополнительную боль. И резко ударил. Шилом. В печень. Короткий быстрый удар. Раз! И выдернуть.
Охнувший Барс согнулся. Схватился рукой за живот, другую бережно приложил к пробитой промежности. Наклонившись, я прошептал:
— Я убью тебя. Обязательно убью. А теперь беги, крыса. Я пробил тебе печень, но может промазал и задел печеночную артерию. Беги, крыса, беги!
И Барс побежал. Согнувшись, крича, он тяжело побежал. Домчался до перекрестка, свернул. Исчез из виду. Я глянул вниз. Размазывая по лицу кровь и мочу Букса плакала. Слезы оставлялись белые дорожки на щеке, скользили по носу. Присев, задумчиво причмокнул губами, медленно произнес:
— Бить головами о стены — можно и нужно. Но не без действительно веской причины. И главное — выбирай мудро того, кого станешь называть своим барсом. Не спутай трусливую мусорную крысу с благородным хищником. Зверь за тебя жизнь отдаст. А тварь вроде этой — продаст не торгуясь. У тебя сотрясение. Не слишком тяжелое. С ухом все в порядке — ударил резко, но не сильно. Как встанешь, дойди до медблока. А потом хорошенько подумай о том как жить дальше.
Не дожидаясь ответа, встал и пошел дальше — к Гиблому Мосту. Молчащая группа зашагала следом. Молчание нарушил Баск:
— Как я жалею что не увидел этого…
— А я вот жалею! — булькнула Йорка — Шипами в я… я…
— Яйца — буркнул я — И глубже. Под шкурой барса жалкий слизняк… тьфу!
— Слышу много шагов — оповестил зомби.
Я оборачиваться не стал. Зато это сделала Йорка.
— О! За нами идут та толпучка, мимо которой мы прошли! У них тоже задания?