Руслан Михайлов – Низший-2 (страница 37)

— Доставайте. А я и отсюда вижу.

— Вот так всегда…

— И в нашу сделку входит дополнительный пункт — тщательная очистка этой капсулы. Чтобы даже чистюле системе не было к чему придраться.

— Договорились — с тяжелым вздохом кивнул крепыш, натягивая перчатки — Капает что-то с тесака…

— Слизь и кровь тролля.

— М-да… сразу скажу — оружие в ужасном состоянии. Ржавье не стоящее и пяти солов.

— Знаешь заведение с интересным названием Жопа Мира?

— Типа конкурентов? И что?

— А то, что сегодня вечером это дешевое ржавье будет висеть на стене Жопы Мира. С табличкой внизу: «Им был обезглавлен ужасный тролль живший под Гиблым Мостом». Да, букв многовато. Но… на него все равно прибежит поглазеть толпа любопытных гоблинов и орков, что принесут с собой немного солов на пару стопок самогона. Поэтому не трать пять солов на эту железяку, брось на пол. Я потом разберусь.

Постояв, повздыхав, бригадник тесак не бросил. Покрутив его в руках, задал неизбежный вопрос:

— Сколько?

— А сколько предложишь за сей несравненный артефакт?

— К-хм… ну… пятьдесят?

— Две сотни.

— Сколько?! Обалдел?

— И впрямь — чего это я? На этот тесак из самого Дренажтауна прибегут посмотреть. А может прямо в городе и продать его? Давай так — предложи три сотни солов и пару бутылок самогона. И может быть я соглашусь.

— Ну… — переглянувшись с помощниками — а те не отводили глаз от обычного ржавого тесака — крепыш сплюнул и сказал — Оди, слушай, отдай мне этот артефакт за три сотни солов и пару бутылок самогона?

— Договорились — с широкой улыбкой махнул я рукой — И двести солов за всю кучу этого ржавого хлама. Тут навскидку под сотню с небольшим единиц оружия, можно было бы заморочиться и устроить розничную распродажу в ближайшем коридоре, но так и быть.

— Договорились. Двести за все — он не скрывал довольной улыбки. И я его понимал. Тут не меньше двадцати ножей, под пятьдесят шил, сколько-то дубин и дротиков. Но оружие в ужасающем состоянии. Покрыто коркой жира и грязи, изломано, выщерблено. Бригаде выгодно. Они отмоют, почистят, заточат — и вручат новичкам. Не придется покупать инструмент и оружие в торгспотах — где придется отдать втридорога.

— Это заинтересует? — я указал на ящик забитый пищевыми брикетами и таблетками.

— Шутишь? — выпучился бригадник — Хочешь продать такой запас еды на черный день? Уже даже и запаковано. Проплати капсулу на пару месяцев вперед. Не забывай доплачивать и проверять. И в случае чего…

— Жрачку людоеда? — скривился я — Кто знает, когда на ящик накинули пленку. Вон пятна какие-то бурые и желтые. Ты вот можешь сказать, что за хрень капала на тот качественный пищевой брикет? Цвет капель желто-серый. И что это? Сопли тролля? Моча тролля? Диарея тролля? Мозговая жидкость жертвы рухнувшей с пробитой головой? Все вместе взятое? А может ящик стоял у кровати и у жирного малыша случилась бурная поллюция из-за навеянных туманом эротических сновидений? А мне это жрать?

— Хреново ты рекламируешь товар — бригадника перекривило почище моего. Да и его помощники не скрывали эмоций.

— Я это есть не буду. И вам не советую. Бесплатно не отдам, продам… по половинной стоимости.

— Четверть!

— Треть.

— Договорились. Уверен, что не пожалеешь?

— Я просмотрел. Большей частью жрачка. Есть качественная, некоторых брикетов раньше не видел. Из таблеток — ничего особенного. Так что забирайте.

— Момент… — крепыш повернулся к черноволосому дистрофику и скомандовал:

— В бой, доблестный боец! Пересчитай-ка живо.

— А чего сразу я? — возопил несчастный — Я даже перчаток не взял! А на брикеты тролль капал. Всяким…

— Держи — дистрофику вручили перчатки, и он со вздохом поперся к ящику.

Как быстро у нас появляется и пропадает брезгливость. Уверен, что будь он червем и кинь я ему перед мордой брикет — он бы живо сожрал предложенную еду. И даже не задумался бы о происхождении странных пятен. Но вот он орк-чистюля — и даже касаться не хочет оскверненной пищи без перчаток.

Считал он быстро. Показал три пальца начальнику. Тот повернулся ко мне и озвучил:

— Триста солов.

— Пойдет. И не забудьте почистить капсулу.

— Сделаем. Только не уходи десяток минут.

Аптечку и разную оставленную мелочевку я перебросил в соседнюю капсулу и закрыл, кое-что уложил в рюкзак. Постоял рядом с первой капсулой, смотря, как прибывшие два парня споро вымывают ее тряпками и огромными губками. Десять минут ждать не пришлось — капсула засияла через пять. Прощаясь с бригадником, тихо добавил:

— Есть кое-что поценнее. Горячий блок. Серые таблетки. Если интересно — я в Плуксе.

— Понял. Деньги сможешь снять прямо там. Восемьсот солов. Проценты с нас, как и положено.

Быстро он сориентировался со своими «как и положено». Не упомяни я о более интересном и дорогом товаре…

На том и расстались.

Вскоре я сидел на соседнем с дрыхнущими бойцами выступе, положив руку на тяжелый рюкзак и ожидая второй части выгодных переговоров. Прямо передо мной, у противоположной стены коридора, задумчиво стояли несколько парней, прикидывая, как и куда именно закрепят тесак тролля Тролса. Я с ленивым любопытством прислушивался. Основной темой разговора была здравая идея о том, что тут часто бывают пьяные — да ладно! — и посему надо этот тесак закрепить намертво. С другой стороны — оружие у входа не забирают и тесак надо скорее от кражи обезопасить — а то эти гоблины точно сопрут.

Увидев короткий вежливый кивок сидящей у банкомата невероятно красивой и ухоженной черведевы с белыми волосами и васильковыми глазами, забрал причитающиеся солы.

Баланс: 1424.

Вернувшись к заряженному компоту, бросил в него таблетку купленной по пути «шизы». Солы на балансе — важная вещь. Но здоровье и сила — куда важнее. Я старательно пичкал организм восстанавливающей химией и питательными веществами. И в благодарность тело с каждым днем становилось все послушней и сильнее.

Тело…

Поверх бокала глянул на начавшую засыпать черведеву.

Ухоженная, накрашенная, красиво и сексуально одетая — шортики, розовая маечка, розовые ленточки в волосах. Выглядит сонной и спокойной. Улыбчива. Светлые волосы и полуприкрытые яркие синие глаза.

А до нее у «кассы» Веселого Плукса сидел другой ампутант — безрукий одноногий парень. Со светлыми волосами и синими-синими глазами. Он тоже был удивительно ухожен, весел, спокоен, улыбчив. В прошлый раз я отмахнулся от этого как от незначительного. Но у парня были чуток подведены глаза — причем мастерски, чтобы косметика была почти незаметна.

Интересное я сделал наблюдение. Значительное? Малозначительно? Незначительное?

Почему меня зацепило это наблюдение?

Из-за его значимости?

Нет… правильней будет сказать — из-за его тревожности.

Есть что-то тревожное и нехорошее в том, чтобы сажать за кассу красивых, ярких и беспомощных кукол со светлыми волосами и синими глазами. Нехорошее не из-за отсутствия конечностей — никто из нас гоблинов не застрахован от опасности стать зомби, а затем и червем. И здесь к этому давно привыкли, никто не бросит лишнего взгляда. Червь и червь…

Просто банкомат Веселого Плукса на самом виду. К нему обязательно подойдут или пройдут мимо — каждый раз проходя мимо улыбчивых синеглазых кукол, выставленных на всеобщее обозрение. Выставленных их… хозяином? Слишком уж это все походит на чью-то любовно собираемую обожаемую коллекцию…

Но я тороплюсь с выводами. Двое с васильковыми глазами и светлыми волосами — это может быть простым совпадением.

— Добрый день. Можно? — в женском голосе звучит легкая усталая хрипотца.

— Добрый день — мне пришлось сделать небольшое усилие, чтобы сохранить внешнюю безразличность — Прошу.

Грациозно изогнувшись, напротив меня уселась прекрасная блондинка. Поерзала, устраиваясь поудобней, сохранив осанку, замерла в подчеркивающей все ее прелести позе. Она будто предлагала — посмотри на меня, ведь я красива. И она не лгала — действительно красива. Одета просто, но не абы как. Розовые и явно побывавшие в руках умеющего обращаться с иглой гоблина брюки, синяя укороченная футболка, подчеркивающая высокую грудь. Яркие синие глаза смотрят благожелательно и спокойно. Девушка настолько естественна, что не сразу замечаешь — у ней нет рук.

Вежливо улыбнувшись красивому зомби, взглянул с выжидательным намеком. Но она никак не отреагировала, продолжая сонно смотреть на меня и улыбаться.

Какого…

— Лана — тихий спокойный голос был переполнен лаской и… стальной непреклонностью.

Подошедший мужчина своей внешностью меня уже не удивил. Ему за пятьдесят, если судить по лицу. Тело — как у тридцатилетнего бойца, занимающегося собой каждый божий день. Казалось, что при каждом шаге ему приходилось сдерживаться, чтобы не показать свою истинную скорость и силу. Белая майка, серые штаны, зашнурованные кеды с коротко обрезанными концами шнурков. Светлые волосы не причесаны, он вообще выглядит только вышедшим из душа. На одежде нет отметин о принадлежности к бригаде Солнечное Пламя. Но судя по поведению работников заведения — мужчина имеет прямо к ним отношение. И занимает высокое положение. …

Переведшая на него взгляд Лана запоздало зашевелилась, грациозно встала и с детской доверчивой улыбкой… упала на вовремя подставившего руки мужчину. Он мягко опустил ее на пол, поцеловал в покорно подставленную пушистую макушку и легким шлепком направил к банкомату, где сидела и улыбалась еще одна блондинка.