Руслан Ковтун – Паладин развивает территорию. Том II (страница 30)

Без кристалла манны и нужного количества мифрила они смогли сделать так называемый бассейн размером с бокал для вина, не больше ста миллилитров.

Но этого должно было хватить, чтобы проверить работоспособность системы.

Руны также были переработаны. В башне магов руны пишутся по спирали на всю высоту башни, и попавшая мана в кристалл перетекает в руны и, спускаясь вниз, трансформируется в жидкое состояние, что позволяет хранить её.

Здесь же эти руны были вписаны на бетонном полу и сокращены почти в семь раз. Потеря маны при таком подходе составляет до восьмидесяти процентов, если будет использоваться кристалл. Но и это было неважно для эксперимента.

Стоит хотя бы одной тысячной достичь импровизированного бассейна, что докажет работоспособность проекта. А этого было достаточно всем, кто пришёл сюда.

Дворфы ещё не знали, зачем их позвали, но видели, что Виктор держит в руках металлический станок, которого до сих пор им не показывали, и Гелдор первым задался вопросом: почему он не работал над ним?

Лорд не стал скрывать и, находясь у реки, где была подготовлена бетонная платформа для генератора, решил всё рассказать.

– Я скрывал это, потому что таковы договорённости между мной и Верховным магом. – Конечно же, он нагло соврал.

Дворфы больше не стали задавать вопросов, хотя и не верили в такой ответ, но хорошо понимали, что у всех есть свои секреты. Уже то, что им продемонстрируют само устройство и его работу, можно было считать признаком доверия.

Только Виктор об этом сейчас не думал. Взяв четыре длинных клина, он прибил механизм к платформе, а затем прикрепил к нему небольшое водяное колесо, сделанное плотниками, как и вся платформа для генератора.

В тот момент, когда лорд отпустил колесо, оно начало набирать обороты, и послышался жужжащий звук генератора. Тут не было никаких индикаторов или камней маны, чтобы определить, работает он или нет, просто генератор, размерами пятьдесят сантиметров в длину, тридцать в высоту и столько же в ширину.

После того как устройство заработало, Виктор накинул два медных провода к контактам, выходящим изнутри генератора, и сразу побежал на склад в двадцати метрах от этого места.

Не понимавшие, что происходит, дворфы и архимаг также побежали следом, где встретили не только Виктора, но и Свейна.

– Юнец! Ты собирался провести эксперимент без меня? – негодовал Ротмайер.

Честно говоря, это было не так, лорд просто забыл о нём, в спешке убегая из особняка.

– И вообще, чёрт возьми, я столько работал над этими рунами, чтобы не увидеть результата? – Архимаг просто не замолкал, пока Виктор, не отрываясь, смотрел на ёмкость в бетонном полу.

Свейн продолжал кричать и обсуждать всё, что произошло в особняке, и обвинять его в том, что туда опять повалили аристократы, которые не дают ему прохода. Но вскоре замолчал, видя, что настроение лорда явно ухудшается с каждой минутой.

Уже прошло больше десяти минут, а ни одна руна не зажглась и ни капли маны не поступило в ёмкость.

Виктор, наконец, заговорил.

– Не сработало – весь план рухнул, что мгновенно убило все его идеи.

– Что значит не сработало? – Ротмайер отреагировал первым, доставая из сумки на поясе небольшой камень размером с кулак. – Ты не установил кристалл трансформации, как, по-твоему, мана будет поступать в бассейн?

Сердце лорда вновь ожило. Кристалл, который использовался в башне магов на самом последнем этапе, когда мана переходит в жидкое состояние, должен в данной системе стоять и в самом начале тоже.

Однако для этого его необходимо было расположить у генератора на улице, и, чтобы не повредить камень, они решили установить его в день испытаний, но Виктор совершенно забыл о нём.

Схватив у недовольного Свейна из рук кристалл, лорд в два прыжка оказался у генератора и установил камень так, что на нём заканчивались медные провода и начинались руны.

Затем также быстро вернулся в здание. Уже на входе он увидел переливающиеся руны, светившиеся в полумраке этого склада.

На этот раз первым отреагировал Лами.

– Такое изобретение даст, возможно, каждому архимагу перейти на уровень Верховного мага, – сказал пожилой маг, видя, как маленькая капелька голубоватой эссенции собирается упасть в ёмкость, что они так громко называли бассейном.

Дворфы, услышав такое, переглянулись между собой. У них не было магов даже самого низкого уровня, но они не были дураками и понимали, как важно это изобретение.

Ронаддур решил сам всё выяснить.

– Виктор, ты планируешь поделиться с нами этой технологией? – спросил он. Потому что был уверен, что ему не просто так всё продемонстрировали.

– Разумеется, но это мы обсудим позже, – сказав это, лорд ушёл в свои мысли.

В голове уже появились корабли с такими энергетическими установками, поезда и дирижабли. Всё, что летает, ездит и ползает, может быть запущено благодаря новому изобретению, а главное – средства связи, что могут быть изготовлены в кратчайшие сроки.

Глава 183. SOS!!!

Над Балтес шёл ливневый дождь, скрывавший всё, что происходит дальше десяти шагов от человека, но два архимага, живущие здесь, бежали по полям к особняку, накрытые защитным куполом, и не замечали этого.

То, что они увидели при эксперименте с генератором, заставило их переосмыслить всё, что им было известно до сих пор. Также Лами и Свейн поняли ценность аристократа, который всё это сделал.

Оказавшись рядом со зданием, которое до этого момента двое считали своим временным пристанищем в этой вотчине, они прокрались в лабораторию Ротмайера на втором этаже.

Не желая столкнуться с безмозглыми дворянами, что вечно достают их с предложениями подарков и планами подсунуть очередного отпрыска, который ни на что не будет способен.

Как только Лами закрыл двери кабинета, Свейн направился к шкафчику с алкоголем, который Виктор сделал специально для него.

Хотя маг небольшой любитель выпить, но ему нравился дизайн этой мебели со стеклянными дверцами, в котором стояли ёмкости с вином в разной хрустальной таре.

Вытащив самую красивую бутылку, архимаг также достал два бокала и быстро, словно торопился, разлил в них вино. Не дожидаясь товарища, он тут же опрокинул в себя один бокал и сразу налил ещё, а за ним ещё и ещё…

Лами смотрел на друга, который залпом выпил три бокала, даже не дав ему взять один.

Наконец, когда Свейн успокоился и налил себе ещё сто грамм, он сел в своё кресло и, откинув голову назад, посмотрел в потолок.

– Чёрт возьми! Этот юнец перевернул всё, что мы узнали о мане за последние тысячу лет! – негодовал архимаг.

Это было понятно только таким же заклинателям, как и он. Потратить столько времени на бесплодные поиски в этом мире не могло не вызвать сожалений о потерянных годах.

Виктор мыслил наукой, поэтому, когда генератор заработал, его планы механизации этого мира встали на первое место. Однако два архимага заметили нечто странное, а вернее, невероятное в прошедшем эксперименте.

Учитывая, что руны были обрезаны, а во многих местах вообще удалены, при этом сокращены в семь раз, первая капля маны поступила слишком быстро.

Свейн надеялся, что генератор сможет хотя бы зажечь руны, что уже было бы невероятным успехом, а первую каплю маны можно было ожидать не ранее чем через месяц. Во всяком случае, именно столько времени уходит на то, чтобы кристалл, установленный в его личной башне в столице, дал одну каплю.

А там все руны написаны правильно и максимально точно, как никак, Ротмайер сам чертил их.

Но здесь всё было совершенно иначе. Стоило устройству заработать, мана пришла в одно мгновение, при этом чистота капли не вызывала никаких сомнений.

Лами, наблюдавший за своим товарищем, также взял бокал вина и сел в кресло, напротив стола.

– Я думаю, мы должны попросить Тирандаля прислать ресурсы для строительства башни, – сказал пожилой маг, после чего сделал глоток вина.

Нельзя было больше ждать, пока хозяин этих владений соберёт необходимые ресурсы на строительство. Необходимо было самим построить башню, чтобы укрепить оборону владений. Теперь это уже не было временным местом жительства, здесь жил человек со знаниями, которые для магов важнее, чем весь континент.

Заклинатели вообще не особо ценили жизнь людей, а в погоне за новыми знаниями бывали случаи уничтожения целых городов.

К слову, некромантов боялись больше из-за того, что они были ещё более безумными, чем заклинатели, и представляли смерть лишь как продолжение жизни в другой форме, и не видели ничего странного в том, чтобы убивать людей.

Это не была злоба или ярость и даже не являлась ненавистью, для них такое было просто нормой. По этой же причине Верховный маг разрешал их существование, пока они не переходят черту.

Этим же объяснялась ненависть паладинов к некромантам. Будучи защитниками жизни, они не могли мириться с тем, что в мире живут существа, не ценящие её, и всячески старались истребить их.

Однако за последние несколько тысяч лет паладинов никто не видел, а упоминания о них остались лишь в древних манускриптах, как и о мифической эпохе.

Даже во времена, когда паладины существовали массово, о них мало что было известно, потому что они никогда не афишировали свои отношения с богами и действовали скрытно, чтобы их не поглотила жажда внимания, богатств или власти.

Правда, Свейну сейчас было всё равно, даже если бы перед ним предстал сам бог.