Руслан Агишев – Диктатор: спасти Союз (страница 29)

Старые товарищи прикончили одну бутылку водки, открыли следующую.

— … Ничего, сержант, скоро все будет по-другому, — милиционер заговорщически наклонился к другу. — Мне кадровик шепнул, что грядет массовый набор в милиции бывших афганцев. На высокий оклад будут брать тех, у кого есть боевой опыт! Мол, и с жильем пообещали помочь. Будут спецгруппы по борьбе с организованной преступностью формировать, с тяжелым вооружением. Подожди-ка…

Он вдруг как-то по-особенному посмотрел на товарища, словно разглядел в нем что-то необычное.

— Сержант, а давай-ка к нам на службу⁈ — загорелся мыслью Михайлов. — А что такого? Ты служил, с боевым опытом, в добавок, местный! Тебя сразу можно старшим группы ставить! Не забыл еще, как стрелять?

Владимир качнул головой. За время службы он так свыкся с оружием, что на гражданке долго еще ощущал себя голым без привычной тяжести автомата и подсумка с патронами.

— Давай, соглашайся! С твоим командиром в Ташкенте мое начальство договорится, и все сделает, как нужно. Свою кралю сюда перевезешь, заделаешь пару или лучше тройку новых сержантиков! Ну? Соглашайся? Остальных из нашего батальона подтянем и весь город на уши поставим! Здесь такое будет, что никто из гопоты даже не рыпнется! Веришь?

Сержант кивнул. Его бывший командир всегда таким был. Казалось, что для него, вообще, преград не существовало. Нужно было выдвинуться и оседлать непроходимый перевал в самый разгар дождей — лейтенант делал. Был приказ прикрыть батальон — Владимир оставался во главе отряда добровольцев, и выполнял приказ. Сомнений не было, сейчас случится тоже самое.

— Командование сказало, что есть приказ «навести порядок в кратчайшие сроки»! Понимаешь? Никто больше с улицей сюсюкаться не будет! — при этих словах милиционер выразительно похлопал по кобуре.

Глава 16

Еще один день из жизни афганца

Члены ГКЧП, ясно понимали, что для скорейшей и полной легитимации им сейчас нужны яркие решения, пусть даже и популистского характера. Варенников едва ли не на каждой встрече оперативного штаба подчеркивал, что в ближайшее время им взять страну под контроль, а для этого необходимо завоевать «умы и сердца людей». В них должны были видеть не «правую военщину», не путчистов, не откровенных консерваторов, а не мало ни много спасителей Отечества. В этой связи обществу как можно чаще нужно было предъявлять некие «победы». Сегодня это будет условная «посадка» десятка коррупционеров высшего звена, что покажут на всю страну, во всех подробностях «обмусолят» миллионы конфискованных рублей, сотни килограмм изъятых золотых драгоценностей. Завтра это будет арестованный маньяк или предатель Родины, послезавтра — «предотвращенный» военный конфликт где-нибудь на окраине страны, послепослезавтра — заключенный договор о выгодном экономическом сотрудничестве с какой-нибудь страной и др.

— … Товарищи, предлагаю взяться за решение одной из самых злободневных проблем — организованной преступности, — предложил генерал Варенников на очередном заседании оперативного штаба ГКЧП. — Выберем город с самой криминогенной обстановкой на сегодняшний день, и…

Члены ГКЧП замерли в ожидании. У большей части при этом на лицах застыл откровенный скептицизм и неверие. Действительно, силовые органы Советского Союза десятилетиями не могли побороть организованную преступность, а тут звучит откровенно шапкозакидательское утверждение. По-хорошему, и в мире таких примеров не было.

— И как же вы планируете это провернуть? — ехидно спросил Пуго, министр внутренних дел, по роду своей деятельности прекрасно осознававший неподъемной объем этой работы. — Уже не эскадроны ли смерти задумали создать, товарищ Варенников?

Пуго явно намекал на военизированные отряды, действовавшие в 60−70-ых годах в странах Южной Америки и направленные на физическое уничтожение членов крупных банд.

— Знаете, Борис Карлович, честно говоря, мне совершенно непонятна ваша веселость, — генерал резко развернулся к министру внутренних дел и посмотрел на него с характерным тяжелым прищуром, от которого у слабых духом людей обычно внутри все «опускалось». — На вашем месте, я бы точно задумался над созданием таких отрядов, если обычными методами вы не справляетесь. Вы, что жалеете преступников? Думаете о правах бандитов, грабителей и насильников, да? А кто подумает о простых гражданах? Кто их защитит? Молчите? Вот и молчите.

И столько в голосе генерала было невысказанной злости, что Пуго сразу же сник, даже став ниже ростом. Варенников же просто вспомнил, как совсем скоро тоже будут ставить права преступников — откровенных бандитов, убийц, матерых насильников и террористов — выше прав простых людей. Вальяжные адвокаты и правозащитники в дорогих костюмах и перстнях с драгоценными камнями станут красиво рассуждать о правах человека, о демократии, о всеобщем благе, а обычный работяга будет смотреть на все это и кусать губы от ненависти. И кому нужна такая демократия? Бандитам и взяточникам, которые могут себе купить любой суд?

«Додавив» оппонента взглядом, Варенников продолжил:

— Предлагаю, выбрать конкретный город, где уровень преступности превысил все возможные и невозможные пределы, и провести там открытый показательный эксперимент. Привлечем журналистов, режиссеров, операторов, которые покажут нужную картинку. Командируем в город специальные группы следователей — важняков из столицы, которые проведут необходимую предварительную работу — соберут материал на всех лидеров организованных преступных групп, членов банд, их пособников. Затем в нужный день заблокируем город частями внутренних войск, выведем на улицы сотрудников всех силовых органов власти, подтянем из соседних городов курсантов военных и милицейских училищ и в течение нескольких суток «вычистим» город от всех преступных элементов. Думаю, все знают, как преступность в Одессе поборол маршал Жуков? Естественно, мы не будем все слепо копировать…

Судя по задумчивым лицам, присутствовавшие дольно хорошо помнили ту старую историю, которой одесские старожилы до сих пор вспоминали с содроганием. Тогда маршал Жуков, оказавшись в опале, был направлен руководить Одесским военным округом. Впечатленный невероятно сложной криминогенной обстановкой в столице округа Одессе, маршал принял решение бороться с преступностью военными методами, то есть физическим устранением наиболее ярых рецидивистов. В рамках тщательно подготовленной операции «Маскарад» в город в условиях строжайшей конспирации прибыло больше двух десятков опытных офицером, среди которых были, как мужчины, так и женщины. Переодевшись в изящные вечерние платья и дорогие костюмы, офицеры вечерами посещали рестораны Одессы, играя роль красивой приманки. В заведениях они демонстрировали украшения, дорогие часы, кошельки с пачками денег, привлекая к себе внимание. Когда же на улице их пытались ограбить, офицеры без предупреждения открывали огонь на поражение из табельного оружия. За какие-то пять — шесть суток было убито больше пяти десятков уголовников, специализировавшихся на ограблениях. Трупы расстрелянных бандитов было запрещено убирать с улиц в назидании остальным преступникам. К исходу операции преступный мир Одессы состоял преимущественно из мелких карманников и контрабандистов, которые со страху попрятались в местных катакомбах.

— К этому времени Верховный Суд СССР примет специальное постановление об ускоренном судопроизводстве по таким категориям уголовных дел, как вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность, организация и участие в преступных сообществах, о снижении возраста уголовной и административной ответственности по отдельным категориям преступлений и т.д. Это позволит следовательским группам быстро и эффективно разделить всех задержанных на две группы — откровенных рецидивистов и тех, с кем можно и нужно работать…

Варенников излагал не свои фантазии, а рекомендации аналитиков генерального штаба. Все было максимально эффективно, жестко, по-военному, что должно было принести быстрые и нужные результаты.

— … Это, товарищи, показательный пример для всей страны, который докажет, что мы по праву взяли власть!

— Хм, товарищ Варенников, с судьбой рецидивистов все понятно. Леса в нашей стране достаточно, на всех хватит, — со своего места заговорил Янаев, задумчиво поглаживая подбородок. Похоже, предложение его серьезно заинтересовало. — А что вы предлагаете делать с остальными? Насколько я знаю, среди преступников очень много подростков, молодежи, которые только-только ступили на преступный путь.

Генерал одобрительно покачал головой.

— А на этот очень важный вопрос, товарищ Янаев, нам только предстоит ответить, — Варенников развел руками. — И скажу сразу, здесь придется рубить так рубить лес, что щепки будут лететь в разные стороны. Слишком все запущено, слишком много возможностей упущено, и теперь уже просто не осталось простых решений. К сожалению, вынужден признать, что мы, товарищи, сами, своими собственными руками, создали эту очень серьезную проблему. Да, товарищ Янаев, мы сами! И Вы, в том числе!

Исполняющий обязанности президента СССР непонимающе вскинул голову. Видно было, что чувствовать себя виновным он совсем не хотел.