Рукие Идели – Птица, влюбленная в клетку (страница 45)

На самом деле, мне следовало бы выгнать его из дома или хотя бы сказать, что я на него злюсь. Но, к сожалению, любовь, которая все еще жила где-то в моем сердце, не позволяла мне этого сделать. Особенно когда я видела его таким страдающим.

– Можно, – сказал он едва слышным голосом, повернувшись ко мне. Было видно, что мое предложение его обрадовало.

Пока он курил сигарету, я приготовила нам обоим кофе с небольшим количеством сахара.

Когда мы собирались вместе вернуться в гостиную, раздался звук открывающейся входной двери. Через несколько секунд внутрь вошел Каран – я была уверена, что у него в руке был мой ключ. А в другой он держал белые розы – я даже не поняла, когда он успел их купить.

– О, ты уже встала? – сказал он, медленно оглядев меня.

«Почему он обращается с нами, как с прикованными к постели больными?»

Каран положил ключ на стол и протянул мне цветы.

– Хоть они и не достойны тебя, но вот, – сказал он ласково.

На этот раз я не отказалась и взяла розы из его рук. Понюхав букет, я одарила Карана легкой улыбкой.

– Не стоило, – мягко сказала я.

– Захотелось подарить их тебе. – Каран смотрел мне прямо в глаза.

Может, он сказал бы что-то другое, но тут вмешался Омер. Его губы приоткрылись и тут же снова закрылись. Я раздраженно посмотрела на Омера, потому что не расслышала, что собирался добавить Каран.

– Уладил все? – спросил Омер. Взгляд Карана скользнул к нему. – Что сказал Демироглу?

Точно, Каран ведь уходил, чтобы поговорить с моим дедушкой. Я на мгновение забыла об этом, когда увидела его с розами.

– Пойдем в комнату, – предложил Каран. Я задержалась всего на пару минут, чтобы поставить цветы в вазу. Потом сделала кофе и для Карана и прошла в гостиную.

Омер сидел в кресле, а Каран – на диване.

Увидев, что я вошла, Каран слегка подвинулся, будто давая понять, что хочет, чтобы я села рядом с ним. Я протянула Омеру чашку кофе. Он взял ее и посмотрел на меня с хитрой улыбкой:

– Как думаешь, еще как-нибудь выпьем вместе кофе?[21]

И подмигнул мне. Я бросила на него раздраженный взгляд.

– Ну вот, теперь не отстанет, – пробурчала я, передавая кофе Карану.

Омер не обратил внимания на мои слова и громко отхлебнул из чашки. Каран, наоборот, казалось, был доволен вопросом Омера. Он немного расстроился, когда я села не рядом с ним, а в другое кресло, но тут же взял себя в руки.

Может, эти два идиота и вправду подумали, что я их простила?

– Спасибо за кофе, – сказал Каран. В ответ я кивнула. Он поставил чашку на столик и повернулся ко мне. – Прежде чем пообщаться с твоим дедом, я хотел сначала поговорить с тобой, но ты тогда была не в себе.

В его словах не было ни какого-то намека, ни насмешки – он говорил спокойно, как о чем-то обыденном.

– Помнишь, я разговаривал с Омером, когда находился рядом с тобой? Он подумал, что с тобой случилось что-то плохое, – сказал он. Я кивнула. – Так вот, все началось именно с этого.

– То есть? – Я ничего не понимала.

– Кто-то распространяет информацию о том, что с тобой, ну или с одним из нас, случилось что-то плохое, – поморщился Омер. Казалось, эта ситуация очень ему не нравилась. – Их цель ясна. Нам нужно принять меры.

Я все равно не понимала, о чем они говорят. Нахмурившись, я посмотрела на Карана.

– О чем ты говорил с дедушкой? Он что, подумал, что со мной что-то случилось?

Каран глубоко вздохнул.

– Да, – ответил он уставшим голосом. – Вчера вечером он звонил тебе, но ты не ответила. В тот момент, когда ты ругалась с Альптекином, Решата не было рядом. Он разволновался. А новость о том, что ты попала в беду, стала просто финальным аккордом.

– Что сейчас с дедушкой? – забеспокоилась я.

– Все хорошо, не переживай. Просто от волнения у него немного упало давление, вот и все.

Меня сводила с ума мысль о том, что в этом состоянии дедушки виноват Али. Дедушка так его любил, а то, что он сделал, было больше чем предательство, чем удар ножом в спину. Глядя дедушке в глаза, Али ранил его в самое сердце.

Я посмотрела на Омера и Карана.

– То есть, – начала я, – кто-то пытается распространить фейки о том, что с нами случилось что-то плохое. Это я поняла. Но зачем? С какой целью кому-то это делать?

– Подонкам не надо искать причины, – зло сказал Омер. Он снова зажег сигарету. – Они пытаются представить такую картину. И им это удается.

Я посмотрела на Карана, желая, чтобы он тоже все объяснил.

– Единственная причина, по которой они это делают, – убедить нас в том, что все это неправда. Они хотят, чтобы мы думали, мол, да и в этот раз все ложь.

У меня пересохло в горле.

– А что, есть вероятность, что случится беда?

– Нет, – уверенно ответил Каран. – Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Нам просто надо быть начеку. Этого достаточно.

– Каран, – Омер обратился к брату, но не смог продолжить, потому что в этот момент позвонили в дверь. Хозяйкой дома была я, но после всего услышанного у меня просто не было сил встать и открыть дверь. Заметив это, Омер поднялся и сам направился в коридор.

Я чувствовала на себе взгляд Карана. Должно быть, он сам несколько раз получал такие сведения. Как же он чувствовал себя тогда?

– Я здесь, – сказал он, и я посмотрела ему прямо в глаза. Передо мной сидел человек, который мог сделать все для того, чтобы не допустить беды. – Я не позволю, чтобы хоть один волос упал с твоей головы. Слышишь меня?

Я медленно кивнула.

– Тогда почему смотришь, как маленький котенок? – спросил он, желая, чтобы я улыбнулась.

Каран не понимал того, что боялась я не за себя. Ведь в опасности находилась не только я. Угроза была для всех: для него самого, для его семьи, для всех, кого я любила. Я всегда это знала, но сейчас, когда угроза оказалась реальна, я чувствовала себя так, будто попала в тупик. Если бы я получила подобные новости, точно не смогла бы остаться такой хладнокровной, как они.

– Эфляль? – позвал из коридора Омер. Я посмотрела на него. Он был явно смущен. – Наш засранец пришел, ничего слушать не хочет.

Омер показал на дверь.

– Я сказал ему уходить, но он говорит, что все равно зайдет. Хоть бей его, хоть обнимай. Что мне сделать? Мне его побить или ты сама его проучить хочешь?

Омеру, видимо, понравилось издеваться над нами.

– Пусть заходит, – сказала я безразличным голосом.

Оба посмотрели на меня с удивлением. Видимо, им казалось ненормальным, что я приглашаю Альптекина в свой дом после того, как вчера его поколотила. Я просто хотела, чтобы Альптекин уже наконец сказал, что хотел, и эта тема с извинениями была закрыта. Я не видела смысла в его просьбах о прощении. Пока я сама не захочу его простить, толка в том, что Альптекин будет бросаться мне в ноги, не будет. Пусть хоть сделает что-то невообразимое, все равно ничего не изменится.

Через несколько секунд в гостиную вошел смущенный Альптекин, а вслед за ним раненный мной Ариф. Я встала и пересела к Карану. Не знаю, зачем это сделала. Может, чтобы этим двум было куда сесть. Может, хотела получить поддержку Карана. Скорее, второе, но я не желала себе в этом признаваться.

– Салам алейкум, – поздоровался Ариф и кивнул.

Я тоже склонила голову ему в ответ. Ариф сел в кресло, с которого я только что встала.

Альптекин же все еще стоял. Видимо, как и его брат, он ждал, что его пригласят сесть. Я никак не отреагировала. Он медленно прошел через гостиную и опустился на стул в углу. Он сидел на самом краешке, словно чувствовал, что здесь ему не рады и могут выгнать в любой момент. Альптекин смотрел в пол, руки были сложены на коленях – как маленький ребенок. Сейчас мои чувства к нему были очень противоречивыми.

После того, как мы все ответили на приветствие Арифа, я не решалась смотреть в его сторону. Ариф действительно нанес консилер на шею? Или это была ложь, которую придумал Омер, чтобы просто поиздеваться немного надо мной?

– Как ты, йенге? – спросил Ариф.

Я пробормотала еле слышно, что все со мной в порядке.

– Не понял? Ты охрипла, потому что кричала прошлой ночью? – сказал Ариф и засмеялся.

Эй, великан, мы тебя в два счета сожрем, не нарывайся.

Я искоса посмотрела на него. Следы на его шее все же были заметны – он плохо нанес консилер. Мне стало больно. Я не хотела причинять ему страдания, но все же это была моя вина. Поэтому, ничего не ответив на его издевки, я только опустила голову.

– Хватит уже, не издевайтесь над девушкой, – строго сказал Каран. Видимо, он понял, что я чувствовала, и добавил: – Наверное, вы все это заслужили.