Роза Ветрова – Милый мальчик (страница 3)
- Я не буду ничего ему подбрасывать. Ни травку, ни скорости, ничего подобного!
Нашел дуру! Никогда с наркотой не связывалась, и не буду! Пусть хоть всему городу растрепет про мою мать!
- Фу, ты о чем вообще? Слова-то какие знаешь. "Скорости". Пф. Мы тут люди приличные, и такой гадостью не увлекаемся, - скривился одноклассник. В голубых глазах, и правда, мелькнуло обалдевшее выражение, Кирилл посмотрел на меня как будто впервые видя.
Я даже растерялась.
- А что тогда подбросить? Сигареты, грязные журналы? Это гадко!
- Вот извращенка. Нет, ничего такого не надо подбрасывать, думаю наш Додик даже не поймет что это. Нет, кинешь ему в рюкзак игрушечных машинок. Поиграет на уроке, и на этом все.
Нахмурившись, я смотрела на Кирилла, пытаясь понять, шутит он или нет, и в чем кроется подвох.
- Игрушечные машинки? В рюкзак?
- Ну да. Не знаю, как у тебя, а у нас проделки не жестокие, а просто забавные.
- Я не хочу ему ничего подбрасывать. Он же... Ну... - замялась я, краснея и отводя взгляд.
- Отсталый в развитии? - услужливо подсказал Кирилл.
Вот же козел.
- Это не смешно. Издеваться над слабыми. Он мне ничего не сделал, я не буду его трогать.
Тяжко вздохнув, Кирилл закатывает глаза.
- Господи, да его и так никто не трогает. Это всего лишь детская проделка.
Вообще он говорил правду. Над Додиком никто не издевался, что даже как-то странно. В прошлой школе его бы уже с потрохами сожрали. А здесь он спокойно и мирно учится. Иногда еле слышно хихикая на уроках и тихо разговаривая с пустым местом за собственной партой. Сидел он один на последнем ряду, никому особо не мешал.
Дурацкое прозвище Додик ему совсем не подходило. У Егора был приличный рост и широкий разворот плеч, к тому же, как я говорила, он был очень красив. Но староста класса сказала что прозвище к нему приклеилось потому что он сам постоянно обзывал всех "додиками". При этом улыбался и выглядел жутко.
Как-то раз, еще в первую неделю я попала с ним в пару на лабораторную по биологии. Просто и он, и я сидели по одному за соседними партами на последнем ряду. У нас обоих не было пары, и учитель биологии решила нас объединить.
Он тогда даже не пошевелился, остался сидеть на месте, уставившись в какую-то невидимую точку перед собой.
Ну мы не гордые, я собрала свои вещи и осторожно присела к нему на второй вариант.
Он внезапно повернулся ко мне, чем изрядно напугал, и, подняв указательные пальцы вверх, начал синхронно двигать ими вправо-влево.
- Додики.
- Э-э-э. Нам предстоит вместе выполнить лабораторную работу... - начала я, чувствуя себя крайне по-идиотски, глядя на его двигающиеся пальцы. На меня с любопытством смотрели удивительные зеленые глаза.
- Додики. - Ответил он и улыбнулся. - Додики.
- Ага... Хорошо... Додики так додики ... - Я тихонечко вздохнула, чтобы он не заметил, но Егор вполне дружелюбно улыбался и выглядел обычным подростком. Я успокоилась.
Лабораторную работу я и так была готова выполнять самостоятельно, поэтому внезапно нарисовавшийся напарник только сбил с толку.
- Ладно, давай я просто ее сделаю, - предложила я. По биологии у меня всегда была пятерка.
Он ничего не ответил, и весь урок я усердно строчила в тетрадке. В его было пусто, не появилось ни строчки. Весь урок он играл с цветными карандашами.
Под легкое бормотание одноклассников фоном и монотонный стук огромных часов над плакатом строения клетки он иногда смотрел на меня и улыбался. В конце урока, недолго думая, я придвинула к себе и его тетрадь и, изменив почерк, принялась переписывать и ему. Сделать это было несложно, писал он корявыми печатными буквами, как первоклассник.
- Доделаю дома, потом перепишешь, - заявила я, когда прозвенел звонок. - Учитель сказала оставшееся закончить до следующего урока, это будет в пятницу.
Додик ничего мне не ответил, но когда я села к нему в пару на следующем уроке биологии и открыла его тетрадь, то с изумлением увидела, что он сам все доделал дома, и не допустил ни единой ошибки.
- Вау. Круто. А ты молодец, - восхитилась я, посмотрев на Додика более внимательно.
Но под его ответным пристальным взглядом с этой вечной его улыбочкой стало не по себе, и больше я с ним не разговаривала.
На других уроках я с ним не пересекалась, на физкультуре он бегал, как и остальные ученики. Иногда и не скажешь, что у него отставание в развитии и какая-то там справка. Он выглядел вполне обычным парнем.
Но иногда, конечно, его поведение было как у пятилетнего ребенка, удивительно что над ним не издевались.
И вот теперь, это дебильное создание, по имени Кирилл, хочет чтобы я пошутила над безобидным Додиком.
Я молчала, продолжая хмуро пялиться на парня. Он подергал синий галстук от школьной формы, ослабляя узел. Видимо устал ждать от меня ответа. На его лице появилось раздражение.
- Ну что затухла? Рассказать всем про твою мамочку или сделаешь что я сказал? - нетерпеливо спросил он. С брезгливостью я поймала себя на мысли, что не такой уж он и симпатичный. Скорее, даже наоборот.
И вздохнув, я решилась, мысленно извиняясь перед ни в чем не повинным одноклассником.
- Ладно, сделаю. Только обещай что после этого отвалишь навсегда.
- Без проблем. Ты про меня тут же забудешь, - искренне пообещал шантажист.
**
4
Если бы я знала, каким Армагеддоном обернется этот глупый розыгрыш, я бы ни за что не стала участвовать в этом дерьме. И пусть бы лучше меня полоскали до самого выпускного, плевать.
Но тогда я думала, что хуже, чем сплетни о моей маме ничего быть не может и поэтому согласилась на эту гадкую выходку.
Конечно, тогда я даже не подозревала насколько она гадкая. Кирилл убедил меня, что это вполне безобидно подкинуть детских игрушек человеку с явным диагнозом.
И вот, дождавшись момента на перемене, когда Додик уйдет в столовку и оставит свой рюкзак на стуле, я под подгоняющее покашливание Кирилла решилась. Пересела за его парту и, расстегнув рюкзак, запихала ему в главный отсек с учебниками с десяток маленьких игрушечных машинок. Все они были металлическими, тяжелыми. Их мне вручил Кирилл, и предварительно я их внимательно проверила на запах, пооткрывала дверцы. Обычные машины, пустые. Ничего в них не было спрятано.
"Какая тупость", - еще тогда подумала я, и вздохнув, вернулась на свое место.
- Все? Доволен? - буркнула Кириллу, и тот поднял большой палец вверх.
Что ж, осталось только надеяться, что вонючий козел сдержит слово и не станет трепаться.
Из столовки Додик вернулся в приподнятом настроении, сел на свое место и как обычно уставился в одну точку с легкой блаженной улыбкой.
В сердце екнуло от его вида, а от собственной трусости на душе появилось гадливое чувство. Я отвернулась от одноклассника, распахнув учебник по геометрии и чуть не разломив его, при этом, надвое. И едва не пропустила момент, когда он полез в свой рюкзак.
Одновременно с этим раздалась трель звонка, и грузная училка в костюме ядрено кирпичного цвета, встала из-за учительского стола.
- Проходим побыстрее, уже звонок прозвенел. Убираем телефоны, чипсы, достаем циркули... - Ее монтонный голос, от которого обычно клонит в сон, прерывает жуткий нечеловеческий вопль, от которого моя душа уходит в пятки. Вместе с этим криком разносятся и другие - это перепуганные девчонки - Алферова и Евстигнеева, сидящие перед Додиком, шарахнулись в сторону. Кирпичное пятно тоже орет вместе с ним. Но быстро замолкает, осознав, что произошло.
- Егор! Егор! Что случилось?! - Она бросается к нему, громко цокая толстыми каблуками.
На него страшно смотреть. Лицо его побелело от ужаса, перекосилось. От красоты не осталось и следа, оно напоминало восковую маску. Вся краска схлынула с губ, и он беззвучно шевелил ими, что-то шепча себе под нос и раскачиваясь над грудой машин, что валялись на парте рядом с перевернутым рюкзаком. Постоянно при этом вскрикивая. Приглядевшись, я осознаю, что он не шепчет, а хватает губами воздух, и не может вдохнуть.
Твою мать. У Додика паническая атака.
Вместо того, чтобы броситься к нему, я еще больше примерзаю к стулу, не в силах пошевелиться. И смотрю на него широко раскрытыми от шока глазами.
Слава Богу, училка остается хладнокровной, не смотря на свой перепуганнный вид. Она хватает файл с работой с парты Алферовой и, отбросив лист с чертежом в сторону, накрывает рот и нос Додика файлом.
- Дыши! Сюда дыши, ну! Выдыхай, вдыхай, выдыхай, вдыхай... - Она повторяла снова и снова, пока он послушно делал крошечные вдохи-выдохи в надутый шарик, дыша своим же кислородом. Весь класс замер, в классе стояла оглушительная тишина. Только подбадривающий голос учителя и шуршание файлика раздавались в притихшем классе.
Я перевела потрясенный взгляд на Кирилла, и наши глаза встретились. Одноклассник злорадно улыбался, явно довольный что я попалась в его ловушку. Чувствуя к нему отвращение, я отвернулась и снова уставилась на Егора.
Вскоре его перестало трясти, дыхание выровнялось и он сам убрал файл в сторону. Резко смахнув рукой машины на пол, уронил голову себе в локоть и замер, ни на кого не глядя. Темные кудри, упавшие на руку, спрятали его лицо от всех.
Училка растерянно стояла над ним. Мне казалось она хотела погладить его по голове. Но ничего подобного она делать не стала.