Роза Грей – Курортный роман (страница 3)

Мой взгляд вдруг отметил бугорок на мужских штанах. Он стремительно увеличивался, натягивая ткань, и частично лечил моё женское эго. О да! Это было упоительно. Каждое мужское движение, каждое сглатывание казалось маленькой победой.

Наконец, я забралась на кровать и, словно дикая кошка, стала медленно приближаться к мужчине. Он возбуждённо смотрел на меня, по-прежнему не в силах пошевелиться; его словно парализовало магнетическим током, а на губах застыл немой вопрос: «Что происходит? Кто эта озорная девчонка?».

Не отрывая от него знойного взгляда, я подползла вплотную и до колен спустила с него штаны вместе с трусами. Мой взгляд наполнился сексуальным азартом, пусть это и была чётко спланированная спецоперация.

На протяжении нескольких минут я ритмично двигала головой. Леон суетливо гладил меня по волосам, его бёдра судорожно вздрагивали, дыхание стало хриплым и рваным. Но в моём теле уже бушевало собственное желание, жар разливался по венам, поэтому доводить дело до финала было нельзя.

Я ловко забралась на супруга сверху, чувствуя, как в воздухе повисло сексуальное напряжение. Этот миг казался самым главным во всём процессе, он даровал сладостное нетерпение нам обоим.

Я была не просто девушкой, а укротительницей, которая решила взять мужика штурмом. Кажется, Леон по-прежнему пытался что-то сказать, но не находил подходящих слов, чтобы описать это безумное «нападение».

Одним плавным движением я отодвинула свои трусики в сторону и соединила наши тела. Это было настоящим безумием. Мужские глаза расширились, их словно заволокло пеленой желания.

Мы неотрывно смотрели друг на друга, совсем как в молодости, когда мир сужался до размеров нашей постели и принадлежал лишь нам. Голова кружилась от нахлынувшей нежности и власти одновременно.

Я старалась применить все свои актёрские способности, чтобы отыграть уверенную искусительницу, но вскоре поняла, что играть не нужно: внутри проснулась та самая тигрица с былым темпераментом.

Её движения были плавными, но уверенными. Коготки нервно впились в крепкий живот, оставляя на нём алые следы, словно метки. Никогда ещё Леон не заканчивал так быстро. Он вдруг зажмурился и выгнулся дугой, вспотевшие ладони до боли сжали мои бёдра.

— Давай! — выдохнула я и резко прекратила движение.

— А! — Леон несколько раз вздрогнул в финальных судорогах и наконец обмяк. В наступившей тишине, нарушаемой только сбитым дыханием, я почувствовала, как меня саму накрывает волна запоздалого экстаза. Он неуверенно разлился по телу сладкой истомой.

— Что… что это на тебя нашло? — растерянно произнёс Леон. Его взгляд буквально прожигал мою новую причёску и макияж, скользил по кружеву, которое так и осталось на мне. В его глазах, сквозь пелену послеоргазменной туманности, проступало искреннее, неподдельное восхищение.

— Ничего особенного, — я пожала плечами, стараясь говорить буднично, хотя сердце всё ещё колотилось где-то в горле, а кончики пальцев покалывало от выплеска адреналина. — Просто напомнила, какой у меня темперамент. А то ты уже забыл, кажется.

— Ну да, — согласился Леон. — Я и правда забыл, какая ты можешь быть… — с его губ сорвался ироничный смешок, но в нём уже не было прежней насмешки, только растерянность мужчины, который понял, что контроль над ситуацией ускользает из его рук. И это чувство было слаще мёда.

Когда я вышла из душа, Леон по-прежнему лежал в той же позе, со спущенными штанами, и смотрел в потолок. Странное, пьянящее ощущение победы поработило меня. В груди бушевал пожар гордости и торжества. Меня едва не затрясло от этого сладостного, почти забытого чувства собственной сексуальности.

Я быстро нарядилась в тот же сарафан, присела на край кровати и ехидно глянула на мужа. Он ответил удивлённым взглядом, всё ещё не понимая, что происходит.

— Я уезжаю, — мой голос звучал бархатисто, как никогда. Мне хотелось произносить это медленно, смакуя каждое слово. — А ты можешь тухнуть здесь со своими друзьями и пивом сколько хочешь… обещаю, что скучать не буду…

— В смысле? — Леон нахмурился, садясь на кровати. В его голосе впервые за долгое время прозвучали нотки тревоги.

— В прямом, — я медленно, с нарочитой грацией прошла в прихожую. Каждый мой шаг был уверенным, каждое движение — победным.

— Не понимаю тебя, — снова нахмурился Леон, он встал, натягивая штаны, и пошёл в ванную. — Что значит «скучать не буду»? Что ты задумала?

— А что такое? — я ухмыльнулась. — Кто же меня, такую несвежую, уставшую старушку, там тронет? Тебе и правда не о чем волноваться, спи спокойно.

— Ну, знаешь! — донеслось из ванной. — Парни на курорте, может, за тобой бегать и не будут, но всё-таки… Давай там без глупостей, хорошо? Чтобы никаких приключений.

— Постараюсь быть прилежной и очень верной женой! — выкрикнула я и положила обручальное кольцо на самое видное место — возле монитора, чтобы он увидел его сразу, как только сядет играть в свои сраные танки. Металл звякнул о поверхность стола. Этот звук стал финальным аккордом моей симфонии.

Громыхая чемоданом, я вышла из квартиры и лениво побрела по коридору; каждый шаг звучал как вызов. В груди бушевала странная смесь торжества и пустоты. Описать эти чувства практически невозможно, их надо просто пережить…

Дима — молодой Леон

С небольшой пересадкой я добралась до Москвы. Моё расположение духа было на высоте, несмотря на усталость. Конечно, у нас в Панаме тоже не деревня, но такая утренняя оживлённость, как в Москве, никогда не встречалась мне. Она словно заряжала энергией и адреналином.

Просидев на вокзале почти восемь часов, я с грехом пополам добралась до своего купе и поставила чемодан в проёме, чтобы перевести дух. С моих губ сорвался тихий стон облегчения. Но в эту же секунду что-то огромное врезалось в меня.

По инерции я забежала в купе и едва не рухнула на пол, мне чудом удалось удержать равновесие. Где-то в подсознании мелькнула мысль, что моё тело столкнулось со слоном. Испуг, адреналин, возмущение и что-то ещё… всё смешалось внутри в один гремучий коктейль. Определиться с чувствами на тот момент было нереально.

Я резко обернулась и ошарашенно уставилась на «слона». Но передо мной стоял стройный, невероятно симпатичный парень. Он вошёл в купе и виновато посмотрел на меня. В его глазах было столько неподдельного сожаления, что моя злость начала таять, даже не успев как следует разгореться.

— Простите ради бога, — чувственный голос мурашками прокатился по моему телу. — Вы не ушиблись?

— Нет, что Вы, — растерянно пролепетала я, мгновенно забыв все злостные ругательства, которые отборной бранью сгенерировал мозг. — Всё в порядке.

Поразительно, но парень оказался точной копией молодого Леона. Я заворожённо разглядывала светло-русые, чуть вьющиеся волосы и очаровательные глазки прозрачно-голубого цвета. В них был ещё какой-то глубинный серый оттенок, он всегда казался мне бесконечным.

Наваждение было настолько сильным, что я едва не забыла, где нахожусь. Передо мной словно открылась дверь в прошлое, в ту самую молодость, где всё было впервые, а сердце билось сильнее от каждого нового взгляда.

— По-моему, нам по пути, — паренёк тепло улыбнулся. — Это ведь Ваше купе?

— Да, — я кивнула, всё ещё не в силах справиться с наваждением.

— Отлично! — радостно воскликнул незнакомец. — Значит, едем вместе!

— Вы не поможете мне? — я вытащила из чемодана два пакета с одеждой и едой, пытаясь вернуть себе способность мыслить трезво. — Надо багаж наверх закинуть. А то я сама не справлюсь.

— Конечно, о чём разговор, — незнакомец пожал плечами, и этот жест показался мне до боли знакомым. — Зачем природа дала мужчине физическую силу? Правильно: помогать красивым девушкам! — он легко, словно пушинку, подхватил тяжеленный чемодан и в течение двух-трёх секунд определил его на верхнюю полку.

— Интересно! — игриво хихикнула я, не в силах контролировать кокетливый тон. Где-то в глубине включился древний, как мир, механизм женского флирта, и остановить его было невозможно. — А некрасивым девушкам помощь не нужна, что ли?

— Думаю, нужна, — паренёк присел и с интересом посмотрел на меня, — но это не моя проблема.

— В смысле? — я с улыбкой нахмурилась и присела напротив.

— Мне судьба дала шанс помочь красивой девушке, — пояснил собеседник. — А некрасивым пусть помогают другие, кому не повезло.

— Ясно, — смущение снова коснулось меня, ведь комплименты от молодых парней стали давно забытым явлением. — София! — я приветливо протянула руку.

— Дима, — парень легонько сжал мою ладонь.

— Очень приятно, — я кивнула.

— Взаимно, — ответил мой спутник. — Вы не голодны? — он достал из пакета несколько свёртков и небольшой нарезной батон.

— Нет, спасибо, — мой голос дрогнул в неуверенности. — Скажите, Дима! Вы не могли бы выйти на пару минут? — я демонстративно достала из пакета шорты и майку.

— Да, конечно! — воскликнул парень и поднялся на ноги.

— Спасибо, — дождавшись, пока он покинет купе, я быстро переоделась и посмотрела в зеркало, встроенное в дверь.

Отражение удивило меня. Соски нахально торчали под тонкой тканью. Однако надевать лифчик совсем не хотелось. Во-первых, крупные груди хоть иногда должны быть свободными, а во-вторых, бретельки под майкой выглядели бы ещё глупее, чем торчащие соски.