Роза Адамс – Служебный роман с последствиями (страница 5)
— Послушайте! — в моём тоне звучат умоляющие нотки. — Я сегодня, правда, не могу. Уверена, вы найдёте кого-нибудь, кто согласится сопровождать вас. Пожалуйста.
— В моих планах сегодня исключительно ужин! — он внимательно смотрит на меня. —Ну, хорошо. Маргарита у себя? Попрошу её
— Нет, не надо! — громко восклицаю. Знаю, Маргарита сегодня идёт на приём к именитому врачу-репродуктологу. Она долго ждала записи, там очередь на месяц вперёд. Она возлагает на доктора большие надежды, последнее, что ей сегодня нужно – это вечер в компании Донского. Я знаю, боссу она отказать не сможет, представляю её чувства, приём врача накрывается медным тазом. — Так и быть, я пойду с вами!
— Ты уверена? —Донской вновь хмурится. — Мы можем по пути заехать и навестить твоего отца. Как тебе такой вариант?
— Нет! — качаю головой. — Я же буду в вечернем платье!
— И? — ухмыляется он. —Что это меняет? Давай, иди, собирайся! Через час мы выезжаем!
Я выдыхаю, отправляюсь в специальную комнату, здесь у нас оборудована душевая, гардеробная, мы можем привести себя в порядок, если предстоит срочный выход «в люди». Заправляю волосы под шапочку, быстро принимаю душ.
Открываю шкаф, где хранятся мои вещи. Порывшись в своей сумке, достаю косметичку, наношу лёгкий макияж. За последнее время я набила руку, теперь ровные стрелки – мой конёк.
Натягиваю на ноги тонкие чулки, затем облачаюсь в своё неизменное маленькое, чёрное платье. Нитка белого жемчуга дополняет образ. Со вздохом ставлю свои удобные, мягкие балетки в шкаф, вместо них достаю туфли на шпильке. Скривилась, мне сегодня за день пришлось много бегать по этажам, уставшие ноги гудят. Не так я планировала провести сегодняшний вечер.
Но что делать? Издержки работы. Распускаю свои густые волосы, пытаюсь придать им красивую форму. Смотрю оценивающим взглядом на себя в зеркало. Конечно, до идеала далеко, но в целом, кажется, совсем неплохо!
Глава 8
— Тебе нужно новое вечернее платье!— комментирует Донской, увидев меня в знакомом, чёрном платье. Оно у меня универсальное, что называется, и в пир, и в мир. И единственное, купленное по совету Маргариты. Та мне сразу разъяснила, что для разных мероприятий мне обязательно потребуется вечернее платье.
— Как только у меня будет выходной, может быть, пройдусь по бутикам! — парирую я. — Вы готовы?
Он игнорирует мой вопрос. Донской редко отвечает на бессмысленные вопросы. Вместо этого он направляется к лифту. Я следую за ним, держу в руках спортивную сумку с гостиницами для папы. Сегодня я планировала сразу, после работы, отправиться к нему. Донской бросает взгляд на мою сумку, но от комментариев воздерживается.
Придерживает передо мной дверцу своего автомобиля, я сижу на заднем сиденье, смотрю в окно, не утруждаю себя светской беседой. В этот пятничный вечер на дорогах огромные пробки. Мы движемся со скоростью улики.
Я каждую минуту нервно поглядываю на часы, готовая услышать от него: «Сорри, мы опаздываем на меропритятие. Нет времени заехать к твоему отцу!»
Может, это и к лучшему. Мне не хочется, чтобы он что-то знал о моей личной жизни, объяснять, почему мой отец оказался в частном пансионате для престарелых.
— Сначала заедем ко мне домой! — говорит он, свернув к элегантному дому премиум-класса. — Следует покормить Моню!
В квартире работает телевизор, я хожу по огромной гостиной, пока Донской измеряет и накладывает дозированную порцию корма в миску. — Моня у нас на диете! — объясняет он.
Я пожимаю плечами. Честно сказать, не совсем понимаю, какое место в его жизни занимает старый, толстый мопсик, вернее, мопсиха.
Я не замечаю между ними какой-то особой привязанности. Я несколько раз бывала в его квартире, у меня сложилось впечатление, что они не любят друг друга. Тем более, с графиком Донского, с его многочисленными разъездами, командировками, мероприятиями, зачем иметь собаку, которую следует выгуливать два раза в день, заботиться?
Понятно, что я не могу задать ему эти вопросы, это не моё дело. Моя работа заключается в том, чтобы вовремя заказать корм для собаки, вызвать ветеринара на дом или предупредить экономку, что Донской внезапно уехал в командировку.
—Загляни в ванную комнату! – кричит Донской из спальни. — Посмотри на полках, там должны быть флаконы с парфюмом! Сейчас до меня дошло, что в твоём образе не хватает последнего штриха - капельки духов.
Полки и шкафчики ванной комнате напоминают мне полки магазина косметики и парфюмерии. Самые разнообразные флаконы, гели для душа, молочко для тела, лосьоны, крема. Вижу флакончик каких -то дорогих и модных женских духов, наверняка, остались от предыдущих девушек.
Я в парфюмерии совсем не разбираюсь, всегда покупаю какие-нибудь дешёвые духи с цитрусовыми нотками. Верчу в руках стильный, красивый флакон, пшыкаю несколько капель на запястье. Приятный цветочно-древесный аромат, достаточно сильный и стойкий.
Когда вновь возвращаюсь в гостиную, прохожу мимо комнаты Донского. Дверь спальни открыта, он, одетый лишь в чёрные боксеры, выбирает вечернюю рубашку. На миг останавливаюсь. Он потрясающий.
Я привыкла видеть его в строгих костюмах, напыщенного и высокомерного. Его снисходительный тон по отношению ко мне помогает мне отключиться от того факта, что он самый красивый мужчина, которого я когда –либо видела. У него длинные мускулистые ноги, которые даже в носках выглядят сексуально. Когда он натягивает рубашку, перед моим взором оказывается мощные бицепсы и стальной пресс.
Где-то внутри живота рождается томление и желание. Быстро отвожу взгляд, поспешно иду в гостиную, зову собачку, глажу её, что-то ласково бормочу, лишь бы отвлечься от образа прекрасного, мужественного, почти обнажённого босса.
Зачем я это видела? Уверена, перед сном его прекрасный образ будет преследовать меня, не давая заснуть.
— Ты готова? Если ты хочешь, чтобы мы успели заехать к твоему отцу, нам лучше поторопиться.
Я настолько взволнована своими тайными фантазиями о нём, что его голос в дверях заставляет меня подпрыгнуть. Наши взгляды встречаются. Мы смотрим друг на друга неприлично долго. Когда я отвожу глаза, уголки его губ дрогнули.
Он знает, что я украдкой наблюдала за ним.
Чувствую себя пойманной с поличным. Мои щёки покрываются румянцем.
Несмотря на мой холодный, независимый вид, с которым я держусь, общаясь с ним на работе, он понимает, что я к нему неравнодушна.
Впервые за время своей работы в компании чувствую себя уязвимой.
Глава 9
— Так где живёт твой отец? —немного нахмурившись, интересуется Донской.
Я называю водителю адрес, мы с Донским занимаем заднее пассажирское место. По мере того, как автомобиль приближается к месту назначения, моё напряжение растёт. Мы проезжем по улице, утопающей в зелени, мимо двухэтажных, частных домов и кирпичных коттеджей за высокими заборами.
— Здесь хорошо! — оглядывая окрестности, произносит Донской. — Так здесь выросла?
Я отрицательно качаю головой. Если бы мой отец мог позволить дом в этом районе, то я была бы дочерью миллионера. И мне не пришлось бы работать девочкой на побегушках у высокомерного и циничного босса.
Сижу как на иголках. Борюсь с искушением немедленно отменить поездку, сказать водителю, пусть разворачивается и везёт нас на запланированный ужин.
Но я знаю, папа меня ждёт. Он будет в отчаянии, если я сегодня не приеду. Я не могу с ним так поступить. Он распереживается, его самочувствие может резко ухудшиться, папе нельзя волноваться.
Мысленно шлю проклятия на голову босса, будь он неладен со своим мероприятием, нарушившем все мои планы.
— Вот здесь, слева, поворот! — проинструктировала водителя. — Остановите перед домом с кирпичным забором. Я быстро, долго не задержусь, туда-обратно.
Чувствую, как мои щёки горят, когда Донской смотрит на яркую вывеску, на которой написано: «Частный пансионат для пожилых людей».
— Я подожду тебя в машине! —говорит он, когда я поспешно выхожу из автомобиля. Водитель открывает багажник, вручает мне спортивную сумку.
Я чувствую на себе взгляд Донского, когда нажимаю на кнопку домофона.
—Я дочь Денисова! Приехала к нему в гости! – калитка открывается, я вхожу на территорию пансионата.
Пансионат представляет из себя собой большой трёхэтажный дом, в котором оборудованы небольшие номера для постояльцев.
— Привет папа! Вот и я! —обнимаю отца, его лицо сияет, когда он видит меня. Я чувствую себя виноватой. Он так ждёт моих визитов, которые становятся всё реже и короче.
— Ты так похожа на свою маму! — радостно говорит он. — Помню, когда мы с ней ходили на танцы.
Он продолжает говорить, вспоминать прошлое, пока я быстро распаковываю сумку, выкладываю вещи и продукты, поправляю одеяло и взбиваю подушку.
На первый взгляд у нас идиллия во взаимоотношениях, но я чувствую боль. Раньше лицо папы никогда не светилось, когда он видел меня. Это началось всего лишь несколько месяцев назад, когда он переехал в пансионат.
Он никогда не был заботливым, любящим отцом, в детстве вовсе игнорировал меня, как будто винил в смерти мамы. Порой мне жаль себя, ту маленькую девочку, которая пыталась заслужить любовь папы.