Роза Адамс – Не лги мне, Мышкина (страница 4)

И вдруг, резкий толчок. Я врезалась в кого-то.

«Извините!» – пробормотала я, не поднимая взгляда, инстинктивно желая пройти мимо, чтобы не привлекать к себе внимания. Но человек, в которого я врезалась, не собирался меня отпускать.

«Смотри куда идешь!» – прозвучал голос, резкий и холодный, как лезвие.

Я подняла взгляд.

И перестала дышать.

Передо мной стоял он. Мажор.

Его глаза, обычно скрытые за маской снисходительной улыбки, сейчас смотрели на меня с неприкрытым холодом. В них не было ни тени той показной любезности, которую он демонстрировал всем вокруг, особенно девушкам из богатых семей.

Только ледяная оценка, словно я была очередным предметом, который он мог бы купить или сломать. Он был выше меня, его взгляд, казалось, пронзал насквозь, выискивая что-то, что он мог бы использовать, какую-то слабость, за которую можно было бы ухватиться.

Мое сердце забилось чаще. Вот он, хищник, собственной персоной.

И я, глупая, врезалась прямо в него.

В голове пронеслось: «Только не сейчас, только не здесь». Я чувствовала, как кровь приливает к лицу, но старалась держать себя в руках.

Наши стычки в универе всем хорошо известны. Я привыкла давать ему отпор.

Но сейчас мне совершенно не хотелось вступать с ним в конфронтацию. Ничем это хорошим для меня не заканчивается.

Хотя я всегда храбрилась и не отступала, после у меня всегда тряслись колени и дрожали руки. Я знала, что он умеет играть на нервах, выводить из себя, заставлять чувствовать себя ничтожной.

И сейчас, когда он стоял передо мной, такой уверенный и полный превосходства, я ощущала, как мои внутренние стены начинают рушиться.

– Ты, Мышкина, как всегда, витаешь в облаках, – его голос стал чуть тише, но от этого не менее угрожающим. – Неужели так сложно просто смотреть, куда идёшь? А не сбивать людей с пути.

Я сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Он отпустил мое плечо, я почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

Его взгляд скользнул по моим растрепанным волосам, по помятой одежде, по сумке, из которой торчали конспекты.

На его губах появилась легкая, почти незаметная усмешка.

– Куда опять спешишь, Мышка? – его голос был тихим, но каждое слово прозвучало как удар. Он знал, кто я.

Знал, что я каждый день борюсь за свое место под солнцем, пока он прожигает жизнь, не задумываясь о завтрашнем дне.

Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна ярости.

Мышка. Он всегда так меня называл, с этой снисходительной интонацией, которая заставляла меня чувствовать себя ничтожеством. Но я не собиралась давать ему это удовольствие.

– Я уже извинилась, – мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидала. Я подняла подбородок, встречая его взгляд.

– Извинилась? Неужели! – он усмехнулся, и эта усмешка была хуже любой критики. – Кажется, раньше не замечал за тобой такой воспитанности. Не зря говорят, что можно вывести девушку из деревни, но деревню из девушки нет!

Он насмехался надо мной.

Его слова были как острые осколки стекла, которые он бросал в меня, наслаждаясь моим замешательством.

Я чувствовала, как дрожат мои руки, но старалась не показывать этого. Я помнила, как он однажды сказал мне, что такие, как я, должны довольствоваться тем, что имеют, а не лезть туда, где им не место.

– Может быть, ты не расслышал, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо. – И не смотрел, куда идёшь. Знаешь ли, не все смотрят на мир через призму своего кошелька.

Его усмешка стала шире, но в ней не было веселья.

– О, я смотрю на мир очень внимательно, Мышонок. И я вижу, как ты стараешься. Как ты грызешь гранит науки, как будто от этого зависит твоя жизнь. И знаешь что? В каком-то смысле, так оно и есть. Но это не значит, что ты можешь позволить себе быть небрежной. Особенно со мной.

Он сделал шаг ко мне, я почувствовала, как сжимается мое сердце. Его близость всегда вызывала у меня смешанные чувства – страх, отвращение, и, к моему собственному стыду, какое-то странное, неуместное притяжение.

Я отступила на шаг, пытаясь сохранить дистанцию, но он лишь усмехнулся, словно прочитав мои мысли. Его глаза, темные и пронзительные, скользнули по моему лицу, задерживаясь на губах. Я почувствовала, как по моей коже пробежали мурашки.

Его рука поднялась, я инстинктивно вздрогнула, ожидая удара.

Но он лишь коснулся моей щеки, проведя большим пальцем по скуле. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но оно обожгло меня, словно клеймо.

– Ты красивая, Мышка, – прошептал он, его глаза изучали меня с какой-то странной смесью восхищения и презрения. – И умная. Но ты забываешь, кто здесь хозяин. И кто решает, что тебе можно, а что нельзя.

Я отшатнулась, вырываясь из его прикосновения.

Мое сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Я ненавидела его. Ненавидела его власть, его высокомерие, его способность заставлять меня чувствовать себя такой ничтожной.

И больше всего я ненавидела себя за то, что его прикосновение, несмотря на все, вызывало во мне эту проклятую дрожь.

Глава 5

– Хм, кажется я помешал! – раздался позади голос, и я облегчённо вздохнула, отходя на шаг от Мажора.

Сердце билось где-то в горле, а щеки горели так, будто я только что пробежала сорокакилометровый марафон.

Рядом с нами появился друг Мажора, Дени, они всегда в универе вместе.

Его называли «Тень», потому что он всегда появлялся словно из ниоткуда, молчаливый и наблюдательный. Но сегодня он был не таким. Он с ухмылкой смотрел на нас, на моё раскрасневшееся лицо, на то, как я неловко переминаюсь с ноги на ногу.

– А она хорошенькая! – произнёс Дени с усмешкой, его глаза блестели в полумраке коридора. – Арс, ты пригласил её на нашу вечеринку?

Я замерла, ожидая ответа Мажора.

В голове проносились самые нелепые сценарии.

Я на вечеринке у Мажора?

Это было бы слишком. Слишком много внимания, слишком много взглядов, слишком много его.

Арсений, до этого момента стоял, слегка наклонившись ко мне, выпрямился. Его взгляд, который только что был таким близким, теперь стал более отстранённым, но в нём всё ещё читалось нечто, что заставляло моё сердце биться ещё быстрее.

– Нет, – ответил он, его голос был ровным, но я уловила в нём лёгкую нотку разочарования? Или мне показалось? – Я ещё не успел.

Дени рассмеялся, его смех был низким и немного насмешливым.

– Ну, тогда я возьму на себя эту миссию, – он подмигнул мне, я почувствовала, как краска заливает меня ещё сильнее. – Приходи, красавица. Будет весело.

– Можешь не утруждать себя! – в мои слова я вложила всё презрение, которое только могла собрать. – Я всё равно не приду.

Дени рассмеялся снова, но в этот раз в его смехе звучало что-то более злое. Он сделал шаг ко мне, я инстинктивно отступила, почти наткнувшись на Мажора.

– Арс, она дерзкая! – произнёс Тень, обращаясь к своему другу, но его взгляд не отрывался от меня. – Мышка, ты в курсе, что для тебя это огромная честь - получить приглашение на вечеринку самого Арсения Лебедева. Все в универе мечтают хотя бы однажды оказаться на ней.

Я почувствовала, как мои кулаки сжимаются.

«Мышка»? Серьёзно?

– Я не «мышка», – процедила я, глядя прямо в глаза Тени. – И мне не нужна никакая «честь».

Этот парень, с его наглой ухмылкой и дорогим прикидом, явно считал себя королём мира.

А я, видимо, была всего лишь очередной мышкой, с которой он решил развлечься.

– И ещё! Я в курсе, что вы пригласили моих подруг. Если с ними что-то произойдёт...

– То что? – Тень расхохотался, его смех был резким и неприятным. – Арс, ты посмотри на эту МЫШЬ, она угрожает. Тебе. Надо бы приструнить девочку и показать ей, кто здесь главный.

Мажор, высокий и широкоплечий, с холодными голубыми глазами, посмотрел на меня. В его взгляде не было ни тени веселья, только спокойная уверенность хищника. Он окинул меня взглядом с головы до ног, словно оценивая, на что я способна.

– Ты уверена, что хочешь угрожать мне, «НЕ МЫШКА»? – его ироничный голос был низким и бархатным, но от него по спине пробежал холодок.