Рой Венцль – Связать. Пытать. Убить. История BTK, маньяка в овечьей шкуре (страница 12)
Ларри Хаттеберг, фотокорреспондент KAKE, спустя несколько минут позвонил домой своему редактору. Рон Лоуэн крепко спал; в центре города был бар под названием «Зеркало», куда журналисты заглядывали после работы. И Рон провел там немало времени накануне вечером.
– Нужно, чтобы вы пришли, – заявил Хаттенберг.
– С чего бы?
– У нас письмо.
– И что в этом такого важного?
– Похоже, оно от BTK.
Лоуэн помчался в KAKE, не сменив одежду. От него все еще несло прокисшим пивом. Душ он принять не успел.
Женщина, изображенная на рисунке, лежала лицом вниз на двуспальной кровати, с кляпом во рту, со связанными лодыжками и бедрами, с замотанными за спиной руками. Лоуэн был в курсе, кто такой BTK: парень, утверждавший, что убил Отеро. Но Лоуэн в Уичито был сравнительно недавно, потому некоторые детали из письма его озадачили.
– Кто это – Нэнси? – спросил он. – Что за Тщеславная?
Хаттеберг пояснил, что это Нэнси Фокс и Ширли Виан, две жертвы прошлогоднего убийства.
– Кто-нибудь раньше связывал убийцу Отеро с убийствами Фокс и Виан? – поинтересовался Лоуэн. Хаттеберг ответил отрицательно.
До Лоуэна дошло, и руки у него затряслись: что, если письмо подлинное и BTK убил Нэнси Фокс и Ширли Виан? Значит, он серийный убийца. Это было нечто такое, о чем их аудитория раньше не слышала.
Он прочел дальше:
Джозефина, когда я ее вешал, реально меня заводила. Ее мольбы о пощаде. Потом веревка натянулась, она беспомощно смотрела на меня широко распахнутыми от ужаса глазами, а петля затягивалась все туже, все туже.
Лоуэну было всего тридцать. Он никогда не сталкивался с историей подобного масштаба. Он почувствовал себя больным и одиноким, будто только что его перенесли на темную сторону Луны. И что ему делать с этим письмом? Он прочел дальше, о детях Ширли Виан:
Им невероятно повезло, что их спас телефонный звонок. Я собирался обмотать мальчишек скотчем и надеть на их головы полиэтиленовый пакет, как сделал это с Джозефом и Ширли. А потом повесил бы девчонку. Боже, боже, какой прекрасный оргазм я бы испытал!
В письме BTK упоминал еще об одной жертве – под номером пять, – имени которой не называл:
BTK вновь угрожал убийством. Он подчеркнул это, написав, что оставит на своей следующей жертве записку с буквами «BTK».
– Мы должны вызвать полицию, – сказал Лоуэн. Он поднял телефонную трубку.
Ему стало интересно, догадались ли копы о том, что BTK – серийный убийца? Неужели они это скрыли? Он задумался: не следил ли BTK за женщинами, ведущими на радио KAKE?
Хаттеберг и Лоуэн поехали в мэрию. Лоуэн вслух делился тревогами:
– А что, если это действительно BTK, а Ламуньон отмахнется от нас и откажется общаться? Как мы сможем доказать, что это и впрямь BTK?
Хаттеберг не знал, что ему посоветовать.
– Что, если письмо настоящее, но его скроют? – спросил Лоуэн. – Все, что им требуется – отрицать подлинность письма. Или, что куда хуже, изъять его… скажут нам, что должны проверить бумаги… показать экспертам… а убийца тем временем гуляет на свободе… человек, пообещавший убить снова…
Хаттеберг сказал, что они должны сделать репортаж, несмотря ни на что: надо предупредить людей.
– О, мы намерены выпустить эту историю на волю, – заявил Лоуэн. – Независимо от того, что скажет Ламуньон.
Ламуньон и заместитель шефа полиции Корнуэлл медленно читали письмо, сидя бок о бок и перелистывая страницы. С тех пор как прибыли Лоуэн и Хаттеберг, они и словом не обменялись.
Ламуньон поднялся.
– Прошу прощения, мы покинем вас на несколько минут, – проговорил он. – Нам необходимо переговорить наедине.
Прошло пять минут, потом десять. Лоуэн занервничал.
Ламуньон вернулся обратно.
– Это от BTK? – спросил Лоуэн.
– Да, – откликнулся Ламуньон. – И мне бы хотелось поговорить с вами.
– Я расскажу вам эту историю полностью, – заявил Ламуньон. – Я намерен рассказать все.
Шеф выдохнул с облегчением, будто принял трудное решение.
– Мы считаем, что имеем дело с серийным убийцей, – приступил к рассказу Ламуньон. – Полагаем, он убил семерых. Но огласке это не предавали. Мы знаем об этом парне уже какое-то время, в курсе, что он, возможно, убил Отеро и остальных. Единственная причина, по которой мы не поставили в известность общественность, заключается в следующем. Кое-кто из наших людей думает, что публичное признание вынудит его убивать снова.
Лоуэн собрался с духом.
– Теперь мы поняли, что время говорить наступило, – продолжил Ламуньон. – Ради всеобщего благополучия пришла пора рассказать то, что нам известно. Мы обязаны предупредить людей.
Лоуэн с облегчением откинулся назад: Ламуньон хочет, чтобы тайное стало явным.
Лоуэн рассказал ему, что KAKE передаст эту историю в эфир в шестичасовом выпуске новостей. Он попросил Ламуньона подъехать в офис KAKE и дать эксклюзивное интервью в прямом эфире. Ламуньон согласился, но отметил, что после этого намерен собрать пресс-конференцию и выступить перед другими СМИ.
Лоуэн сказал, что намерен сам выступить в эфире с рассказом о BTK. Его тревожило, что убийца может преследовать того, кто предаст историю огласке, и ему не хотелось просить кого-то пойти на такой риск. Семьи у него нет, и рискует он значительно меньше.
– Возможно, BTK уже охотился на работников KAKE, – предположил Лоуэн. Ламуньон согласился, что такое вполне может быть. BTK охотился за женщинами, он мог выбрать цель и среди дам-радиоведущих.
Когда Лоуэн и Хаттеберг собрались уходить, Корнуэлл вручил Лоуэну полицейский револьвер с патронами и велел держать оружие в бардачке машины.
Вернувшись в KAKE, Лоуэн попробовал сам написать историю. Но день выдался на редкость сумбурным. Он рассказал об этой истории своему начальству, поговорил с полицейскими, попытался скоординировать действия сотрудников новостного отдела. И изо всех сил старался написать о BTK. Наконец сдался, и с текстом разобрался Хаттеберг.
Вечерний выпуск в KAKE вели Джек Хикс и Синди Мартин. Лоуэн позвонил Мартин и попросил ее прийти пораньше – «прямо сейчас».
Когда она появилась, он объяснил, что этим вечером она в эфир не выходит, и рассказал, почему. Они с Хиксом сообщат эту новость. Мартин пришла в ярость, но Лоуэн оставался непоколебим. Явный интерес BTK к женщинам и к KAKE побудил Ламуньона поставить полицейских охранять Синди Мартин, ведущую уик-эндов Роуз Стэнли и Лоуэта, хоть убийца им и не угрожал. В тот же день полиция последовала за Мартин домой и проверила, не появлялся ли там BTK.
Шесть часов вечера наступили стремительно. Лоуэн занял одно из кресел ведущих, взглянул в камеру и начал сухой, опирающийся на факты доклад: серийный убийца преследует жителей города. Лоуэн выглядел на редкость нервозным, и не без причины: рядом с ним должен был сидеть Ламуньон, но тот запаздывал.
Когда шеф полиции вошел в студию, Лоуэн уже успел зачитать в эфир несколько фраз из написанного сценария. Один из работников KAKE, прокручивавший колесико телесуфлера, отвлекся на появление Ламуньона и застыл. Лоуэн замолчал на полуслове. То, что он держит в руках второй экземпляр сценария, совершенно вылетело у него из головы. Лоуэн несколько мгновений сидел неподвижно, после чего извинился и предложил начать рассказ с самого начала. Так он и поступил.
Ламуньон, сидевший теперь напротив, выглядел спокойным и решительным. Когда Лоуэн спросил о BTK, Ламуньон прямо объявил телезрителям, что полиция не представляет, кто убийца и как его остановить.
Чуть позже Ламуньон созвал пресс-конференцию и объявил о том же. Потрясенные репортеры бросились обратно, в редакции газет и телестудии, и занялись набором статей.
В тот вечер, как и весь следующий месяц, полицейские проводили Лоуэна домой. Оставшись в одиночестве в собственной квартире, Лоуэн взглянул на пистолет, который ему одолжил Корнуэлл.
Мартин вернулась на работу на следующий день. В течение нескольких недель после этого, возвращаясь домой с выпуска новостей в десять вечера, она видела патрульную машину, припаркованную позади ее дома. Стоило ей выйти из машины, как полицейский мигал фарами, будто желая спокойной ночи.
Глава 14
Паника и безысходность
Ламуньон решил объявить о BTK публично, когда увидел письмо, полученное KAKE. Но, после того как Лоуэн отдал ему это письмо, он оперативно связался по телефону с психологами. Всем он задавал один и тот же вопрос: может ли обнародование информации о BTK побудить того к более активному общению, если учесть, что он и без того склонен контактировать со средствами массовой информации.
Его не могло переубедить ничто из того, что говорили психологи. И Ламуньон начал планировать свою пресс-конференцию, продумывая, как именно сообщить полумиллиону жителей Уичито и его пригородов, что среди них живет серийный убийца.
Он не собирался разглашать содержание письма, полного опечаток – не хотел поощрять подражателей. Но намеревался сказать, что BTK, скорее всего, не выглядит чудовищем. Он такой же, как и мы. Один из нас. Сам убийца утверждал, что прячется у всех на виду.