Ростислав Соколов – Чёрная пирамида (страница 55)
– Все эти смерти… – произнесла она дрожащим от негодования голосом. – Вся эта пролитая кровь из-за какой-то чёртовой сферы? Нет, вы точно на голову отбитые! Что бы там ни было спрятано… Никакое сокровище на свете не стоит того, чтобы из-за него убивали!
– Наше самое ценное сокровище всегда было с нами, – загадочно улыбнувшись, сказал седой. – И у нас ещё никто не смог его отобрать.
Марго замерла, уставившись на культиста непонимающим взглядом. Её мозг лихорадочно пытался сложить разрозненные фрагменты воедино.
За пределами палатки всё ещё слышались звуки борьбы.
– И это сокровище спрятано в чёрной пирамиде… – вырвалось у неё. – Вот почему вы так боитесь, что её когда-нибудь найдут.
– Мы ничего не боимся, – самоуверенно заявил сеттит. – Наша месть свершится и будет страшна.
– Нет уж. Я этого не допущу…
Сжав челюсти, Марго стиснула рукоятку бритвы и, надавив как можно сильнее, полоснула культиста по горлу. В лицо ударил фонтан крови, заставив девушку отшатнуться: ей удалось рассечь сонную артерию – самый большой сосуд во всём теле. Схватившись за горло, сеттит прохрипел, не сводя глаз с перепуганной, окровавленной Марго:
– Ты… ошибаешься… наследница…
С этими словами он затих, оставив её наедине со своим деянием.
Повисшая на решётке, закреплённой на лунной сфере, Алиса Маркова с непониманием уставилась на Ратцингера. Она даже не успела толком испытать облегчения от того, что немцу удалось ликвидировать возникшего как из ниоткуда культиста, и вот теперь немец огорошил её неожиданным заявлением.
– Как это? – требовательно спросил Ковальский. – Мы неправильно всё поняли. О чём вы?
– Единственная в горящем чёрном цвете, – в очередной раз напомнил Ратцингер. – Я очень сожалею, что не сообразил сразу. Но слова культиста о девке навели меня на мысль.
Алиса подалась вперёд всем телом, не ослабляя хватки на прутьях решётки.
– Только одну планету Солнечной системы называли существительным женского рода, и это
– А какая тогда?! – вскричала Алиса, окидывая весь зал злобным взглядом.
Ответ Ратцингера – всего одно слово – застал её врасплох.
– Венера! – немец наконец поднялся и указал на планету, увенчанную фигурой цапли. – О ней всегда говорили в женском роде. Эта традиция передалась и древним грекам, и римлянам. Они тоже почитали Венеру, поскольку она была единственной звездой, что оставалась на небосклоне, когда Луна уже скрылась за горизонтом, но солнце ещё не взошло.
– Единственна в горящем чёрном цвете! – повторил строчку Ковальский.
Выругавшись сквозь зубы, Алиса развернулась и легко перебралась на как раз вовремя приблизившуюся к ней Венеру. Пальцы, ладони и предплечья ныли от долгой нагрузки, но деваться было некуда. Чертыхаясь и недовольно бормоча, девушка полезла вверх к статуэтке цапли.
– Торопитесь, Алиса! – крикнул ей с балкона Ратцингер. – Мы не знаем, сколько их ещё там! Марго и Альберт в опасности!
Добравшись до фигурки, Алиса встала враспор на решётке, упёршись стопами в углы металлических квадратов, и начала перебирать руками по статуе. Клюв, глаза, шея, крылья, грудка, ноги, когти…
– Есть что-нибудь? – поторопил её Ковальский.
Прежде чем она успела ответить, раздался щелчок, и каменная сфера ушла у Алисы из-под ног. На секунду девушка ощутила себя в невесомости, чтобы потом с силой врезаться в округлую каменную стенку.
Удар пришёлся на копчик, и Алисе показалось, что из неё выскочил весь позвоночник. От удара диафрагма резко сократилась, и весь воздух из лёгких мгновенно улетучился. Сидя в какой-то тёмной комнате, секретарша силилась закричать, но из глотки ничего не вырывалось, даже стона.
Сквозь пелену слёз, навернувшихся на глаза, девушка осмотрелась. На поверку она оказалась в крохотной идеально сферической комнате с металлическим штырём посередине. В его центре имелась небольшая ниша, из которой на Алису смотрела маленькая женская статуэтка.
Задрав голову, Алиса сообразила, что с ней произошло. Видимо, нажав на когти цапли, она сдвинула засов, который держал сегмент сферы, выполнявший роль дверцы, и провалилась внутрь. Повернувшись, Алиса уткнулась носом в вертикально висевшую сферическую поверхность. Та держалась на одной петле, отчего сам сектор располагался под углом в сорок пять градусов от вертикали и выглядел так, будто его завалили набок.
Чувствуя, как к ней возвращается возможность свободно дышать, Алиса поднялась на ноги и приблизилась к тонкой металлической колонне посреди планетарной сферы. Не желая здесь оставаться ни минутой дольше, девушка схватила статуэтку Нут и вырвала из гнезда.
Фигурка поддалась не сразу, а когда ниша всё же опустела, из неё моментально с громким щелчком выскочила пружина. Гнездо в колонне исчезло, последовало ещё несколько щелчков, и люк в сфере сам собой закрылся.
Глава 139
В палатке на вершине вулкана Марра Маргарита Романова слезла с мёртвого сеттита и оглядела себя расширенными от ужаса глазами. Ей показалось, что всё тело пропиталось кровью убитого седого верзилы. Опасная бритва выпала у неё из рук и со звоном сложилась пополам.
Но что-то внутри бунтовало против такой трактовки развернувшейся в палатке драмы. После того как в его горло упёрлось лезвие, сеттит бы спокойно отдал ей оружие и позволил себя связать.
Осознав, что подобная отговорка не сработает, Марго вновь посмотрела на труп культиста. Независимо от её решения, он бы в любом случае умер. Может быть, даже сам вогнал бы себе в горло лезвие бритвы, ей назло.
На ум пришла мысль о викингах, считавших высшим благом доблестно умереть на поле боя в расцвете сил вместо того, чтобы медленно подыхать в собственной постели от старости. В какой-то мере таковыми были и сеттиты.
Доносившиеся снаружи палатки звуки борьбы вернули Марго к реальности. Не сводя глаз с поверженного культиста, будто тот мог воскреснуть, девушка подняла бритву с земли и, медленно приблизившись к выходу, выглянула в ночь.
Посреди лужайки, где был разбит лагерь, стоял Альберт Ряховский, вцепившись в шнур, обвившийся вокруг его горла. За его спиной вплотную к федералу стоял сеттит и с маниакальным остервенением душил своего противника. Судя по посиневшему лицу Ряховского, культист почти достиг своей цели в стремлении прикончить федерала.
Ещё раз бросив взгляд на тело убитого ею сеттита, Марго решительно сдвинула брови. Нет, тут уж это точно самооборона.
Марго выскочила из палатки и бросилась на культиста с бритвой. Взмах руки, и лезвие наполовину вошло в бычью шею убийцы. Его хватка на горле Ряховского в тот же миг ослабла, он выпустил шнур и, припав на одно колено, схватился уже за своё горло. Лицо сеттита исказилось ужасом, он крепко зажал рану, но сквозь пальцы всё равно струилась тёмная кровь.
Отбросив шнур в сторону, Ряховский согнулся вдвое, громко кашляя, как будто только что выбрался из газовой камеры. Рядом с ним на земле валялся выроненный им пистолет.
Не намереваясь давать культисту шанс одуматься, Марго нагнулась и схватила оружие. Затем приблизилась вплотную к неудачливому убийце и прижала дуло к его груди, ровно напротив сердца. Не промахнёшься, даже если очень захочешь.
– Это вам за папу, ублюдки… – процедила она и надавила на спуск.
Несмотря на то, что Марго всё сделала совершенно осознанно, звук выстрела всё равно заставил её отпрянуть. Она выронила пистолет и в ужасе уставилась на плоды своих трудов. Пуля прогрызла в теле сеттита дыру и вышла с другой стороны. У врага не было ни единого шанса – он рухнул на землю, как подкошенный.
Пока цепкие лапы страха не сжались на её сердце окончательно, Марго бросилась к Ряховскому. Его кашель постепенно становился всё тише, и к старому федералу возвращалась способность говорить.
– Спасибо… – прохрипел он, глядя на неё налитыми кровью глазами. – Ты…
– Я в порядке, – махнула рукой Марго, понимая, что её окровавленная одежда даёт поводы для беспокойства. – Это не моя кровь, если что… Нам нужно поскорее найти остальных! Они тоже в беде!
– Не исключено, – отрезал Ряховский, принимая из её рук свой пистолет и проверяя пульс у сеттита. – Поздравляю, с первым трупом. Главное, во вкус не входи…
– Этот не первый, – покачала головой Марго. – Первый лежит в палатке.
Ей вспомнились слова культиста о сфере. Иронично, что сами сеттиты, так страстно желавшие её вернуть в лоно Ордена, и полегли в попытках выкрасть этот странный артефакт…
Метнувшись в палатку, Марго схватила рюкзак и затолкала в него обратно сферу и четыре статуэтки. Нельзя было допустить, чтобы сейчас, в самый последний момент, все артефакты у них отобрали. Ведь они с Ряховским понятия не имели, сколько ещё убийц подослали жрецы Ордена.
Вернувшись к машине, Марго увидела Ряховского, крутящего в руках опасную бритву.
– Откуда это у тебя? – осипшим голосом спросил федерал.
– Это не моё. Она выпала из вещей Алисы.
– А у неё…
– Идёмте скорее в храм, – перебила его Марго. – Сами у неё и спросите.
Алиса Маркова ужаснулась, когда поняла, что осталась абсолютно одна, в кромешной темноте, запертая в полой каменной сфере с толстыми стенками. Включив фонарь, она обнаружила, что дверца накрепко заперта. Видимо, после того как девушка вынула статуэтку, система пружин отжала створку обратно и накрепко заперла, чтобы незваный гость ни за что не смог выбраться.