Ростислав Паров – Пустота (страница 15)

Солнцева недовольно надула губы. И солгать, и сказать правду казалось ей одинаково плохой идеей. Вранье могло разозлить хозяйку, а это значило, что ее будет сложнее отговорить от суда. В случае же правдивого ответа Северская получала новые козыри для судебного процесса.

– Может, заключим сделку? – все так же не оборачиваясь, спросила хозяйка.

– Сделку? – приподняла бровь Солнцева. – Какую сделку?

Женщина повернулась и, отряхнув руки, сцепила их ниже пояса.

– С тебя – правдивые ответы, с меня – диск с записью ваших глупостей.

– Каких еще глупостей? – оценивая привлекательность предложения, сощурилась Катерина.

– У ворот микрофон, а территория под наблюдением. Нет записи – нет улик. Ведь так?

– Нет явных улик, – поучительно поправила гостья.

Глядя на женщину вблизи, она приметила на ее лице проступающие из-под толстого слоя крема носогубные и лобные морщинки, однако согласилась с Иваном, что выглядела для своего возраста та не плохо, даже хорошо.

– Ладно, как хочешь, – сказала Северская, медленно высыпая манную крупу в кипящее молоко.

– Да нет, предложение у тебя неплохое, – поспешила исправиться Катерина, решив, что отказ от явных улик был равнозначен отказу от суда. – Просто я тоже хочу выторговать правдивые ответы… всего один.

– Ладно, – без торга согласилась хозяйка.

Солнцева улыбнулась. Пока получалось недурно.

– Каша будет через пять минут. Так что с дроном?

– Нет-нет, – замотала головой Катерина, подозревая, что здесь тоже могли быть установлены микрофоны, – говорить будем в гостиной.

– Ладно, – и снова согласилась Северская. – Ты чай с сахаром пьешь?

– Да, дай лучше сама сделаю.

Когда Катерина подошла к столу, ее взгляд задержался на странных черных перчатках.

– Скажи, пожалуйста, а на фига тебе эти дурацкие, прости меня, рукавицы?

– Это и есть твой вопрос? – усмехнулась хозяйка.

– Нет, – улыбнулась в ответ гостья, – это женское любопытство.

– Мизофобия, – кивком Северская указала на разделяющее их пространство, – с возрастом развилась.

Вскоре они уже сидели на широких диванах гостиной, с мисками сдобренной вареньем каши. Привыкшая к плотным завтракам Катерина, к тому моменту уже сильно голодная, с удовольствием поглощала вязкую массу. Настроение ее улучшалось.

– Так что дрон?

– Наш.

– Взлом компьютера?

– Тоже мы.

– И наркотики?

– По нашей просьбе.

– А цель?

– Выяснить, занимается ли твой брат генетическими экспериментами на людях, – и глазом не моргнув, выдала Катерина, сама между тем внимательно наблюдая за реакцией сидящей напротив нее женщины.

– О!

– Удивлена?

– Немного. А кто заявитель?

– Нет пока заявителя. Заказчик, скорее.

– Тогда кто заказчик?

– Кто-то на самом верху. Шеф побоялся сказать нам.

Хозяйка хмыкнула и, уткнувшись глазами в свою миску, замолчала.

Гостья же, окончательно успокоившись, не могла отделаться от ощущения, что ей здесь очень нравится. Нравится уже ранее замеченный ею, очевидно, придуманный искусным дизайнером воздушный интерьер. Радуют глаз неширокие, высотой в пять метров окна по обе стороны от камина, судя по запаху, совсем недавно пожиравшего своим пламенем поленья. Нравится огромная люстра-шар, зависшая между потолком и полом, словно светило. Здесь было одновременно и странно, и уютно, как-то немного сказочно.

– А что дальше?

– Дальше? Мы доложим, что ничего не нашли. А там уж как шеф решит.

– А наркотики?

– Просто повод для задержания. Сегодня твоего брата в любом бы случае отпустили.

– Так и думала.

– Что, слишком быстро мы согласились?

– Угу, – Полина улыбнулась.

Улыбнувшись в ответ, Солнцева вдруг поняла, что чудаковатая хозяйка более не бесит ее. Да странная, да с причудами, но в целом – порядочная и рассудительная женщина.

– Могу уже и я спросить?

– Слушаю.

– Эксперименты на людях… Их правда не было?

Задав вопрос, Катерина почувствовала волнение, даже какой-то страх: очень уж хотелось ей услышать в ответ уверенное «нет».

– Не было, – невозмутимо отозвалась Северская.

– А тот случай в институте? – не сдавалась Солнцева. – После которого твоего брата уволили?

– Слава не любит о нем вспоминать.

– А сама ты что думаешь?

– Думаю, – подняла глаза Полина, – тогда это мог быть эксперимент. Но проводил его другой Вячеслав Северский.

– Так ты думаешь, люди способны меняться?

– Я в этом уверена.

– Тогда какие у него мотивы?

– Спросишь его сама о мотивах, – уклонилась от ответа Северская.

Возражать Катерина не стала. Интригующая встреча с мужчиной, так поразившим ее своим умом, своей внутренней силой, должна была стать украшением ставшего уже вполне сносным дня.

По достигнутой с Северской договоренности Максим должен был доставить ее брата в поместье, а затем отвезти сестру в Тверь, чтобы та забрала свой пикап. Однако прошел уже час – время достаточное, чтобы привезти сюда Северского, а их до сих пор не было.

Катерина набрала номер Максима уже больше десяти раз, получив в ответ лишь сообщения, что «абонент отключил телефон или находится вне зоны действия сети». Мобильный Вячеслава, с момента задержания, вероятно, потерявший заряд, отвечал тем же.

– Что происходит? – хмуря густые брови, спросила ее Полина.

Солнцева развела руками и снова позвонила Максиму. С каждой минутой напряжение росло по экспоненте. Лебедев тоже не отвечал, сбрасывая все ее многочисленные вызовы.