Ростислав Паров – Бирюльки (страница 8)
– Ты чего застыл, Лютик?! – злилась Рэйка.
– Да погодь ты, я тут с Василевсом общаюсь.
– Соглашайся быстрее, зачем это читать, вообще?!
– Лады, лады.
Я поднял указательный палец и произнес требуемые в этом случае «согласие подтверждаю». Объявление исчезло, ворота под силой ветра скрипнули, вонь усилилась. Можно было входить. Я все еще мешкал, когда Рэйка схватила меня за руку и потащила за собой.
За воротами оказалась небольшая поляна. Со всех сторон ее окружали те же мрачные деревья, среди плотных рядов которых виднелись три прохода вглубь леса.
– Ну и где наши мордастые друзья? – поинтересовался я. – Может, струсили, как думаешь?
– Давай позовем их!
Рэйка подошла к одному из проходов, громко и пронзительно крикнула, а затем бросила туда магическую подвеску. Под действием маленького взрыва стоящие рядом деревья задрожали, на поляну осыпались высохшие листья.
Вдалеке послышалось завывание, зашумели тревожно деревья.
– Думаю, ты их обидела, – поделился я своими опасениями и достал боевой топор.
– Помни, что я говорила тебе! – рявкнула Рэйка. – Не загуби мою одежду!
Я хотел ответить, мол, будь спокойна, подруга, но тут прибыли они – летающие, полупрозрачные, слегка зеленоватые, с большими мордами, за которыми можно было не заметить всего остального тела. Можно даже сказать, что туловищем эти твари не обладали: их морда как будто сразу переходила в четыре длинных хвоста-щупальца.
Всего я насчитал девять замордышей.
Некоторое время они кружили около нас, издавали свои мерзкие вопли, при резких поворотах задевая меня своими склизкими хвостами. Было страшно, даже думать не хотелось, что мне придется терпеть их объятья.
Но терпеть все-таки пришлось, причем долго. Сделав несколько кругов, замордыши один за другим начали на нас приземляться. Сначала он садится на тебя, утыкается мордой в доспехи, а затем запускает под них свои скользкие лапки и присасывается ими к телу. Холодный, вонючий, щекотный. Его отвратительная морда остается при этом снаружи.
Мне «повезло», и меня выбрали пятеро, тогда как Рэйку – только трое. Первый присосался к животу, второй – к левому плечу, третий – к шее, еще двое – к ногам. Один из них оказался с обратной стороны колена, вызывая у меня сильную щекотку.
Все пятеро начали дружно высасывать мою жислу – да так резво, что я начал сомневаться в могучей регенерации Адского Панциря. Терял я около одного процента жислы в секунду, а высасывающие ее замордыши меняли цвет со светло-зеленого на розовый.
Больше всех, однако, меня беспокоил последний замордыш, все еще круживший в воздухе. Когда моя жисла упала ниже тридцати процентов, я чуть не начал паниковать. Лишь полный «умиротворения» взгляд Рэйки, удержал меня от немедленной рубки скользких тварей.
Последний летун успокоился, когда у меня осталось четырнадцать процентов жислы. К счастью, он уселся на Рэйку – прямо на ее грудь, которая по странной прихоти хозяйки была весьма скромной и закрытой от чужих взоров.
Через несколько секунд Рэйка кивнула мне, достала кинжал и медленно отрезала половину башки у своего «нагрудного» замордыша. Забавно, что тварь при этом даже не дернулась, как будто не чувствовала, что ее половинят.
Последовав ее примеру, я первым делом порезал замордыша, сидящего на моей подколенной ямке. Вторым – того, что на животе. Однако когда я приступил к следующему, на левой ноге, трое оставшихся вдруг зашевелились, а на их розовой коже начали появляться черные пятна. Было ощущение, что замордыши хотят отцепиться от меня.
– Не двигайся! – крикнула Рэйка и ее кинжалы засвистели около моих ушей.
Чернеющие уполовиненные твари упали на землю, а Рэйка едва заметными глазу движениями раскромсала их трупы еще на несколько частей.
– Болван, ты чуть не спугнул их! – ругалась она, поспешно распинывая в стороны то, что раньше было замордышами. – Ответь мне, Лютик, каких трофеев ради ты начал с самой неудобно сидящей твари?!
Я попытался ей объяснить, но вышло неубедительно. Нобит, болван, балбес, симурах – как она меня только не обозвала. Даже пообещала убить меня, если я еще раз так симурахну.
После Рэйка зазвала замордышей из оставшихся проходов. На этот раз я оказался молодцом, что позволило моей спутнице наконец успокоиться.
– Слышь, Рэйка… – сказал я, когда с последними тварями было покончено и мы двинулись в один из проходов.
– Слушаю.
– Мы тут с тобой покромсали почти три десятка неубиваемых тварей.
– Ну.
– Ну меня просто удивляет – где одежка тех чудиков, которые трупанулись на этой поляне до нас? Не могли же все они справиться с замордышами.
– Не будь балбесом, Лютик! Трофеи погибших взяли те, кто смог пройти эту поляну. А несколько свежих трупов мы еще найдем – на этой тропе или на двух других.
Собственно, так оно и получилось. Мы прошли туда и обратно по всем трем тропинкам, обнаружив больше десятка погибших, а точнее оставшегося после них снаряжения. Как я смог заметить, мне отдавали всего одну или две вещи из комплекта, тогда как все остальные уходили Рэйке.
Несколько вещиц оказались весьма недурными, если, конечно, не сравнивать их с теми, что я получил от моей новой рады. Особенно хорош был маленький кулачный щит – Спасительный Кулак, дающий почти полную защиту от заклинаний замедления и заморозки. Против некоторых тварей, особенно гвардейских, – крайне полезная штука, которая, будь она у меня ранее, заметно упростила б мне жизнь.
– Глянь, какая штуковина мне попалась! – похвастался я.
– Рано радуешься, Лютик, – последовал едкий ответ моей рады. – Пока мы не вышли с Болот, это не твой щит!
– Знаешь, Рэйка, умеешь ты подбодрить, поднять боевой дух, так сказать.
– Обращайся, Лютик!
Полагаю, что при этих словах ее губы под платком все же растянулись в улыбку.
Все три прохода вели к огромному заболоченному озеру, через которое, по словам Рэйки, проходила узкая полоска твердой почвы. Эту полоску совершенно невозможно было увидеть: ее скрывала болотная тина и вода, и искать ту дорожку надо было на ощупь.
Мы пошли по краю озера, примерно по щиколотку в воде. Зыбкая почва ходила у нас под ногами, из-за чего меня вскоре затошнило, и я попросился на берег. Несколько новых унижений – и моя просьба была удовлетворена.
Так мы и продолжали брести вдоль берега, пока я не споткнулся и чуть не упал. Под ногами у меня оказалась дверь, точнее, люк, ведущий в какой-то погреб или подземелье.
– Эй, милая! Куда ведет эта дверь?
Не то чтобы я считал Рэйку милой, просто я привык так обращаться ко всем воинам в женском обличии, и сделал это не задумываясь.
– Милая?! – поморщилась было моя рада. – Какая дверь?
– Шагай сюда!
Оказалось, что Рэйка не только не была в том подземелье, но даже не знала о его существовании. Когда мы подняли люк и увидели поросшие мхом ступени, в ее темно-карих глазах сверкнули оранжевые огоньки возбуждения.
– Идем! – сдернула она свой платок и очень даже мило мне улыбнулась.
Настроение Рэйки заметно улучшилось. Чего, однако, не скажешь о моем. Мне эта затея казалась большой глупостью, неоправданным риском. Я недоумевал, каких трофеев ради нам это делать, если известен относительно безопасный путь.
– Разве тебе не интересно?! – выслушав мои ворчания, спросила она.
– Ни чуточки! – честно сказал я. – Мне интересно пройти эти симурашные Болота, а не трупануться здесь.
Но мы уже спускались по длинной лестнице в темноту: Рэйка вручила мне факел и велела идти первым.
Пока мы топали вниз по узкому проходу, я пытался, но никак не мог найти плюсов от захода туда. Даже в плане трофеев оно не сулило нам ничего толкового, ведь про это подземелье никто не знал, а значит, и шансов найти снаряжение погибших здесь воинов также не было.
А еще там было холодно, и чем ниже мы спускались, тем холод ощущался сильнее.
Через пару минут спуск закончился. Мы оказались в нешироком каменном коридоре. Поскольку на стенах были светильники, я смог избавиться от факела и взять вместо него щит. Впрочем, предосторожности оказались излишними: в длинном, казавшимся бесконечным коридоре никого, кроме нас двоих, не было.