Ростислав Левгеров – Зови меня Лео. Том II (страница 14)

– Не поняла, ты о ком?

– Не поняла она, видишь ли… А я о том, курва ты рыжая, что ей надо по харе надавать, чтобы поменьше дрыхла, падла тупая!..

– Кому по харе надавать?

– Как кому? Известно кому – кузничихе! А больше нет никого, кто умеет так молотом по наковальне дубасить, что у меня тут же башка начинает гудеть, прямо как городской колокол, возвещающий об очередном сожжении ведьм. Краем уха слыхала, ты чуть было не стала одной главных героинь таковского представления!

– Даже так? – изумляюсь я, решив не комментировать последние слова Козьи. – И кто же ваша кузничиха, если не секрет?

– Кто-кто… А та, кого ты так защищаешь! Сраная толстая задница! Никакого уважения к старости, только и делает, что бока отлёживат, да шуметь тогда, когда тишины хочется! А, к дьяволу ее – выпью-ка ишо!

– Ты о Васальге что ли?

– О ней, о ней! Ох, как же хорошо, – вытирая подбородок, заключает она и только после этого обращает внимание на наши потуги найти что-либо стоящее. – Э, да вы так до скончания времен будете рыться! Так, отойдите, дайте мне! Сейчас я вам подберу чё-нить!

Очень быстро Козья выуживает из этой никчемной, на первый взгляд груды, несколько годных вещичек: кольчугу, несколько сабель, арбалет и два пистолета.

– Забирайте, – говорит она, вываливая всё это перед нами. – Но ежели ишо что, то поищите сами – были здесь и морионы – вон лосю-то не помешает на бошку морион. Вот этот морион, кстати, – во, гляньте-ка! – ленивая толстая жопа выпрямляла! Был помятый и ржавый – а сейчас, погляди-ка, аж сияет весь! Умеет ведь, когда хочет! Поправлюсь – когда хочет, сука такая, досадить бедной старушке звоном и бабаханием! Берите, берите, не стесняйтесь, я не жадная! Так, лось, стой, не вертись, дай-ка я тебе Васальгов шлемик примерю! А? Ну-ка, ну-ка! – Не спросив разрешения, Козья одевает морион на голову здоровяку. Правда ей пришлось для этого залезть на кучу гнутых кирас, отчего она чуть было не свалилась. – От и подошло! Гляди-ка, а лось-то ужо на человека стал похож! Носи, касатик, на здоровье! А я пока войско соберу.

Увлекшись рассматриванием оружия и доспехов, мы не замечаем, как она уходит. И на последние ее слова я тоже пропускаю мимо ушей.

Однако! Неплохие подарочки, особенно кольчуга – тонкая, легкая и как будто сотканная специально под девичий стан. Отдаю ее Тельге.

– Бери, бери! – настаиваю я, видя ее нерешительность. – Тебе бы экипироваться получше, так что даже не сомневайся. Кольчужка знатная!

Не зря приперлись сюда! Одну из сабель, подлиннее и получше, оставляю себе, Фнуфтов меч отдаю Чошу – всё-таки великоват бастард для меня, ручной арбалет с пистолетом достается Пегому. Второй ствол оставляю себе.

– Ну, если кто еще что хочет, – говорю я, – берите сразу, а то пора уже и в разведку. Как закончим, попросим Васю поточить наши ножички, она профи, у нее лучше нас получится.

Вооружившись как следует, выходим довольные и видим пеструю разбойничью рать. С мушкетами, пистолетами, мечами, секирами. Даже пушку приволокли.

Козья водрузила на голову стальной шишак, напялила на себя кирасу не по росту, рука в латной рукавице сжимает вчерашнюю саблю. Если она хотела придать себе грозный вид, то вышло наоборот. Бабка выглядит как огородное пугало.

А вот дед Акведук с двуручником и в начищенных до блеска латах производит впечатление бывалого воина.

– Это еще зачем? – недовольно спрашиваю я.

– Как зачем? – недоумевает Козья. – Ты что ж думала, мы бросим вас в пекло одних? Не бывать таковскому, не будь я атаман! Щас спроводим вас на место, подстрахуем! Вместе изведем чудище! Правильно я говорю? Правильно! Айда, мужики! Айда к Рыбарке!

Замечу – стоит довольно теплая и ясная, для середины зимы, погода. Как говорится, ничего не предвещает беды.

Рыбарка – это бывшее рыбачье поселение. Две избы, одна из которых полностью сгорела, другая обмазана глиной; пристань с привязанной к ней полузатопленной лодкой в низине, у замерзшего озера, среди хвойных деревьев и скал; и куча больших камней, бревен и веток у самой воды. К Рыбарке ведет крутая тропа.

Метров за сто до Рыбарки поднимаю руку, призывая всех остановиться. Приказ дублирует Козья:

– Стоять, недоумки! – вырывается из ее луженой глотки. – Стоять, говорю!

– Чего ты орешь, как резаная? – рычу я на нее.

– А что?

– Ничего! Сначала нужна разведка, а разведку проводят в тишине. Должны же мы понять, с кем имеем дело.

– Та чего там понимать! Здоровенная такая уродина, мохнатая, мокрая, с лапищами – во какими! Сидит по большей части в норе, но также и в избушке. Пытались сжечь – да вот не получается – пушка сломана, кидать – то недолет, то перелет, то тухнет, а добежать с факелом не получается – начеку падла такая! Разрывает на раз-два. Вот и боятся все – а страх поднимается такой, что народ чуть не ссытся в штаны! Умельцев схлестнуться один на один – таковских нет, увы! Та и попробуй улови ее! Ишо тварь невидимая.

– Невидимая?

– Кажется так. Может прямо на ходу исчезнуть – поди лови ее потом! Короче – трудная вражина, трудная.

– Если пушка сломана, зачем же вы ее притащили?

– На всякий случай. Попужаем.

– Кого, безмозглого монстра? Пугать кучей металлолома?

– Ну, какие-то крохи ума у ее есть, оно же видно – вон какое гнездо себе выстроило! – Козья указывает на кучу веток и камней.

– Ты понимаешь, Козья, – говорю я ей, – что ты – дура набитая?

– Это ишо почему?

– Потому! Надо было вчера об этом рассказывать, а не ханку жрать! И потом, вы зачем тут? Чтобы наверняка предупредить монстра о том, что мы идем? Зная о его особенностях, ты еще и орешь, как ненормальная! Так, бабушка, иди отсюда, и воинство свое нетрезвое отведи подальше. Сидите тихо, и пока я не подам знак – не вздумайте вмешиваться! Всё понятно?

Козья выпрямляется и громко, как солдат на плацу, отвечает:

– Понятно! – оборачивается и снова орет во всю мощь, на которую только способна: – Отходим, братцы! Сейчас знатоки будут разбираться, а мы, типа, тихаримся и наблюдаем! Как Лео, значит, свистнет, или чего она там сделает, может, пукнет, гусём загогочет, покряхтит, помычит там, так подскакиваем, наваливаемся и херачим тупую тварь! Главное – прохиндеи, глядите внимательно и не зевайте! Довольно ему кровушку нашу пить! Пора бы самому пустить кровь! Верно я говорю? Верно!

Нет, ну что за ненормальная! Похоже, Козья просто не умеет говорить тихо.

Бандиты отходят, я пытаюсь сосредоточиться, но сделать это непросто из-за кучи людей. Козья так и шумит, покрикивает, кто-то смеется, кто-то с кем-то ругается. Бестолковая ватага, а не войско. И предводительница под стать. В таких условиях ни о каких сверхспособностях не идет и речи. Значит, придется действовать по-старинке – как былинный богатырь против змея Горыныча – с мечом наперевес. Заодно испытаю обновку – я о сабельке – в деле.

– Не могу, – вздыхаю я. – Слишком много лишних.

– Что предлагаешь? – спрашивает Чош.

– Единственное, что приходит в голову: мы с тобой, Чош, вниз, Тельга с Пегим будут нас страховать. Разделитесь – ты, Тельга, со своим луком с той стороны; Пегий, ты с другой. Будешь арбалет испытывать?

– Конечно.

– Хорошо. Я иду вперед, Чош чуть позади. Будьте предельно внимательны, если увидите что подозрительное – стреляйте. Только нас не подстрелите.

Но операция с самого начала не задается. И всё из-за Чоша. Эх, каким бы хорошим он не стал, ума у него не прибавилось ни на грош. Или память о предыдущем позоре в Волчьей Глотке здоровячку не дает покоя, или это влюбленность так действует, но Чош сразу кидается вперед, не обратив внимания на мой предостерегающий возглас.

Далеко продвинутся он не сумел – не удерживается на покрытом льдом спуске и с воплем скатывается и стукается морионом об избушку. В досаде я хлопаю себя по лбу, и этот жест внимательно наблюдающая за мной Козья истолковывает как призыв к началу боевых действий.

– В атаку, дурни, в атаку! – верещит она, потрясая саблей, но, однако, не двигаясь с места. Отзывается только дед Акведук, как плохо смазанный механизм, начавший ковылять к нам на подмогу. Кряк-кряк, скрипят сочленения – старичок, грозно лупя глазами из-под забрала, и сжимая двуручник так, будто это знамя победы, упрямо идет вперед. На спуске он, как и ожидается, поскальзывается и летит на стальной попе к другу Чошу, с мрачным видом поправляющего морион. Здоровяк едва успевает откатиться в сторону, в то время как дед Акведук с грохотом врезается в стену избы, вызвав обвал комков глины, которой монстр облепил строение видимо в целях пожаробезопасности.

Отчаянная брань Чоша и горестные «бур-бур-бур» деда были ответом на сии напасти, в буквальном смысле обрушившиеся на их головы. Хорошо хоть головы защищены.

Несмотря на призыв Козьи, остальные бандиты стоят не шелохнувшись. Тогда атаманша повторяет клич, на что откликается… пушка.

Какой-то недоумок смог-таки вдохнуть жизнь в этот раритет. С оглушительным громом древнее орудие смертоубийства выпаливает ядро прямо в стоящую напротив скалу, обильно занесенную снегом, заволакивая местность удушающим белесым дымом.

– Полундра! – тут же раздаются крики. – Бежим! Сейчас лавина сойдет!

В мгновение ока разбойничья рать уносится прочь, побросав мечи, топоры и секиры, а также якобы сломанную пушку. И впереди всех несется кто? Разумеется, бешеная яга Козья.