Ростислав Корсуньский – Выпускник (страница 44)

— Граф Ульрих фон Диллингем, — процедила она, но быстро взяла себя в руки, убирая из сознания весь негатив.

София все поняла. Канцлеру она необходима живой, чтобы шантажом надавить на отца. А может быть, и еще для каких-нибудь целей. Девушка обнажила мечи, решая, как быть дальше, поскольку живой она попасть к нему не хотела. Решила дождаться противостояния ментальных магов. Да, граф сильнее Марты, но всякое может случиться.

Со стоном упали на пол ее телохранители, но ее ментальная охранница держалась. К сожалению, девушка ничем не могла ей помочь и только напряженно смотрела на дверь поверх плеча женщины. Какое-то время ничего не происходило, но внезапно ноги Марты подогнулись, и она рухнула на пол. Девушка взмахнула правым клинком, но ударить себя не успела, получив сильнейший ментальный удар.

И начался кошмар. Нечто огромное и ужасное гналось за ней, причиняя постоянную боль. Она металась со стороны в сторону, пытаясь найти убежище, но все тщетно. Ее спутниками стали только боль и ужас.

Вдруг ей стало легче, и девушка поняла, что исчезла боль. Но кошмар остался, он по-прежнему преследовал ее. Тут все исчезло, и молодая герцогиня вздохнула с облегчением. Неизвестно откуда пришло тепло, мягкой волной пробежавшее по всему телу. София почувствовала, как наливается силой ее тело, проясняются мысли. Но эта эйфория ушла, оставив после себя обыкновенную эмоциональную усталость. Девушка почувствовала, как ее взяли на руки и, хоть и с трудом, открыла глаза.

Прекрасный принц, о котором она мечтала всю жизнь, спас ее от плена, канцлера и всех невзгод. Сейчас он нес ее на руках, глядя голубыми глазами. Светлые волосы упали вперед, когда он наклонил свою голову. Ей показалось, что он улыбнулся, и девушка с трепетом в сердце прошептала:

— Это судьба.

После слов незнакомой девушки Таэль хихикнула, но смешно ей было только до тех пор, пока она, наконец-то, хорошенько не рассмотрела лицо ментального мага, для чего пришлось того перевернуть.

— Граф Ульрих фон Диллингем, — произнесла она. — Один из сильнейших ментальных магов мира. А эту девушку, которую ты, Раэш, так нежно прижимаешь к своей груди, я не знаю.

И снова хихикнула. Мы с Айви с подозрением посмотрели на нее, поскольку такое поведение ей совершенно не свойственно. Подозрительно это.

— Таэль, что случилось? — не выдержала принцесса.

— А ты… — начала было она, но тут же остановилась. — Ты же немецкого языка не знаешь. Она, — женщина посмотрела на девушку на моих руках, — сказала «это судьба». И к чему бы?

Теперь уже Айвинэль с интересом оглядела ее. Перешли на наш дирижабль, где у меня забрали пострадавшую и понесли к целителю. Мы же направились в свою каюту, чтобы отдохнуть. Отдых особенно требовался мне. Раздевшись, лег на кровать, а Айви примостилась у меня под боком. И почти сразу я уснул.

Разбудил меня громкий стук в дверь. Крикнув, что мы встаем, покосился на эльфийку, одной рукой протирающую заспанные глаза.

— Мы что, все проспали? — зевнув, спросила он меня.

— Проспали, проспали, — я прижал ее к себе, и она довольно мурлыкнула. — Поднимаемся, а то наверняка уже подлетаем к Каирвиллю.

Но, как оказалось, этот город мы уже пролетели, и сейчас летим над Африэнном. А вызвали нас для предстоящего разговора с девушкой, которая пришла в себя. Когда мы вошли в кают-компанию, там уже сидели родители Айвинэль, глава клана Серебряные Струи и незнакомка. Последняя посмотрела на нас с некоторым удивлением, а потом, вероятно, вспомнив что-то о нас, легко кивнула себе.

— Позвольте представить вам нашу гостью, — произнес хозяин дирижабля: — София Шарлотта Августа, герцогиня Баварская. Ваша светлость, а это Раэш и Айвинэль Арэшхиллса.

— Герцогиня прибыла к Владыке по важному делу, — взяла слово Мальвиэль. — У них в стране сложилась такая обстановка, что герцоги Баварские и Австрийские приняли решение искать союзников за ее пределами. Я считаю, что вы тоже должны быть в курсе этого.

На последних словах гостья бросила на нас взгляд, но лицо ее оставалось бесстрастным — впрочем, как и эмоции. Затем последовал предметный разговор. В общем, в Дойчландии творилось то же, что и в России или Африэнне. Разделение людей на два лагеря и постоянно обостряющаяся конфронтация между ними. Честно сказать, мы с Айвинэль так и не поняли, почему ее мамы решили, что нам необходимо это знать. У герцогини дела к Владыке, а мы вообще, как говорят русские, «с боку припеку». Придется после свадьбы наших друзей поговорить с ее отцом. Когда деловой разговор закончился, София задала вопрос:

— Могу я, наконец-то, увидеть моего спасителя?

— Так вот же он, — с улыбкой произнес глава клана, показывая на меня.

А девушка впервые за все время не сумела совладать со своими эмоциями. Сильнейшее изумление появилось на ее лице, но в долю секунды оно сменилось на обиженное лицо ребенка, которому показали сладость, а затем демонстративно спрятали.

— Но… как… — девушка не знала, что и сказать, затем почти шепотом произнесла: — А как же принц?

И тут до нас с Айвинэль, наконец-то, все дошло: и хихиканье Таэль, и перевод фразы девушки, сказанной, когда я взял ее на руки, и выражение лица герцогини, которой (я в этом уверен) привиделся тот самый принц на белом коне. Хохот мы едва сдерживали, чтобы не расстраивать нашу новую знакомую. А потом она надулась. Нет, выражение ее лица стало нейтрально-благожелательным, зато эмоции ее можно охарактеризовать именно этим выражением.

В Корвинталль мы прибыли вечером, поэтому сразу направились в отведенные нам комнаты. Смыв с себя всю дорожную усталость, мы, обнявшись, завалились спать.

На ритуал прибыли все союзные главы кланов, включая правителя эльфов и верховную жрицу. В клане был свой храм с меллорном, достаточно старым и сильным, поэтому Иоэль захотела проводить ритуал здесь. Сам ритуал ничем не отличался от того, который был у нас, разве что покушения никакого не было. Когда началось празднество, мы с Айви понемногу, совсем по чуть-чуть стали продвигаться в сторону ее родителей. Оказавшись рядом, моя эльварка не дала сказать отцу и слова, тут же задав вопрос:

— Па, что происходит? — и что-то там поняв, выпалила: — Только не говори, что не понял, о чем я говорю.

— Завтра поговорим, — серьезно ответил он.

— Завтра, если ты не помнишь, мы летим на свой остров, — язвительно заметила она.

— Вот в пути и поговорим.

На следующий день мы, попрощавшись со счастливыми молодоженами, отправились в свои владения. Когда поднялись в воздух, Айвинэль демонстративно посмотрела на Владыку.

— Этот вопрос лучше пояснит Лийанэль, — перевел стрелки ее отец и с усмешкой посмотрел на свою подругу детства. Но в следующее мгновение выражение его лица приобрело серьезный вид.

— Раэш, Айвинэль, — женщина посмотрела на нас, — вы знаете, что в последнее время я практически безвылазно нахожусь на вашем острове, обучая вашу молоденькую жрицу. Так вот, не далее, как три месяца назад, я почувствовала нечто неописуемое. Словно дымка или туман, который я не могу ни поймать, ни учуять — только видится что-то, и все. Позже даже отбросила мысли по этому поводу, думая, что показалось. Следующие полтора месяца я снова проживала у вас и затем вновь покинула ваши владения. И вот здесь я отчетливо ощутила то знакомое чувство. Оно давило на меня, словно пыталось что-то предложить мне, навязать, нашептать какие-то советы или мысли. Удивительным было то, что по мере нахождения здесь мои ощущения слабели, и спустя неделю я уже ничего не чувствовала.

То, с каким серьезным видом она рассказывала, а отец моей эльфийки сидел, говорило, что это серьезная проблема. По крайней мере, оба были в этом абсолютно уверены, и мамы Айви также придерживались аналогичного мнения.

— И что это значит? — опередила меня девушка. — И кто виноват?

— Я уверена, что виной тому является зиккурат в центре наших Джунглей, — твердо и с ноткой гнева ответила верховная жрица. — До последнего времени он то ли не имел силы, то ли ему обязательно были необходимы жрецы, то ли алтарь был разрушен, но какое бы то ни было воздействие отсутствовало. Сейчас он набрал силу и продолжает набирать, а мы ничего не можем с этим поделать. Даже в меллорновой роще чувствуется давление — пусть изрядно ослабленное, но оно присутствует. И только твой остров защищает Богиня, жрицей которой является ваша сестренка. Плохо еще то, что простой эльвари, пусть даже сильный маг, ничего не ощущает. Я проводила эксперименты, поэтому могу утверждать это. Еще я уверена, что все творящее в мире: гражданские войны или страны (например, Дойчландия), находящиеся на грани оных — тоже дело рук этого кровожадного Бога. Наш мир накрывает его жаждой крови, большой крови, и сопротивляться воздействию могут только сильные духом или находящиеся под покровительством другого Бога.

— Вот и получается, дети, что сейчас самое безопасное место в мире — это ваши владения, — перехватил нить разговора Владыка.

— И что же делать? — спросила Айвинэль.

— Думаю, стоит начать переводить на ваш остров основные производства. Илинэль с Лийанэль хотят также перевезти многих детей из союзных кланов, организовав там детские сады. Жуль-кена будут проверять всех, и никто из врагов не сможет пройти мимо них.