Ростислав Корсуньский – Выпускник (страница 16)

Но присутствовал один немаловажный фактор — даже, можно сказать, решающий. Проход был перекрыт. Всего одним человеком, но от этого нам легче не будет, поскольку мы знали его.

— Придется мне вас убить, мои лучшие ученики, — произнес Ха́чнок.

Глава 6

После ухода из гладиаторской школы Хачнок работал на себя, ну, еще на жрецов. Нет, он не перешел на службу к ним, но если требовались услуги хорошего воина, те обращались к нему. Зато и платили за них более чем щедро. К тому же снабжали защитными амулетами самого высокого уровня: обычной защиты и ментальной. Перед каждым заданием они меняли их на более новые, по окончании работы оставляя старые ему. Да и школа его начала процветать всего спустя год после открытия. После прекрасного результата со своим учеником, за счет ставок на которого он сделал состояние, Хачнок знал, как надо тренировать, чтобы получился отличный воин. Да и его подругу длинноухую он тоже хорошо поднатаскал в обоеручном мечевом бою.

Первый набор был у него небольшой, так как многих отпугнули условия. А они были просты: ученик переходит жить в школу, тренер может делать с ним все, что угодно, не нанося неизлечимых увечий. Но некоторые родители согласились, отдав своих десятилетних детей. Гонял он их так же, как полукровку в гладиаторской школе Чо́хнана. Они стонали, ругались, просили родителей забрать их, но те были непреклонны. Зато в одиннадцать лет, когда состоялись соревнования между детьми, они легко одолели своих противников. И вот после этого многие богатые индейцы, включая вождей родов, отдали своих детей ему, чтобы сделал из них настоящих воинов. После этого полтора года все было просто прекрасно, а потом его наняли жрецы.

В этот раз пришлось переложить занятия в школе на своего помощника, поскольку последние полгода ему приходиться почти все время торчать в Джунглях. А последний месяц — так вообще только здесь. Если ранее он сопровождал жрецов туда и обратно, то в этот раз уже месяц они занимаются раскопками. Он прекрасно отдавал себе отчет в том, что находятся они здесь только благодаря странным обитателям Джунглей, которых как-то сумели приручить жрецы. Дойти они, может, и дошли бы, но здесь их убили бы тальчхи, которые словно с ума посходили. Нападали они десятками, и только прирученные твари могли дать им настоящий отпор. Да еще какой! А без них никакое артефактное оружие не помогло бы справиться с этими летающими ящерами.

Он видел, что оставалось от тальчхи и других животных — ничего. Вообще. После того, как эта студенистая масса покрывала тело, от него не оставалось даже намека. Первый раз, когда он увидел это, Хачнок передернул плечами. Кроме того, эти обитатели обладали сильными ментальными способностями. При первой встрече два воина попали под их удар, и, несмотря на сильные защитные амулеты, потеряли сознание.

Но даже с их помощью не удавалось сдерживать летающих ящеров, не помогало воинам и оружие с нанесенной жрецами специальной вязью. Сейчас это уже шестой отряд воинов, которые пошли со жрецами к местной аномалии, как служители Супайче называли это место. Странным для Хачнока был тот факт, что тальчхи атаковали их, чуть ли не жертвуя собой — прямо как три года назад, когда спасали его бывших учеников. И, что самое удивительное, именно в этом месте. Но сейчас наступило некоторое затишье: то ли они истребили почти всех ящеров, то ли у них что-то произошло. Летать-то они летают, вот только прекратили атаки.

Наконец-то рабочие отыскали что-то нужное жрецам и начали копать уже целенаправленно. А к нему подошел Точиха́н.

— Сейчас они достанут искомое, и мы тихо уходим, а остальные останутся для отвода глаз, — сказал он ему.

Затем Хачнок наблюдал интересную картину, как один рабочий принес нечто, завернутое в кожу, которую жрецы так обработали своими заклинаниями, что у Хачнока иногда возникало ощущение, что она светится тусклым красноватым светом.

— Иди во-он к тому дереву, но не прямо, а кружным путем, — приказал ему жрец.

Под раскидистой кроной, где с высоты ничего не увидишь, находились уже три жреца, следопыт и два воина.

— Наша задача — как можно скорее добраться до зиккурата, — произнес Точихан, как только Хачнок подошел к ним. — Пейте, — приказал он, доставая из сумки флакон, — по два глотка.

И все, в том числе и сами жрецы, выпили горьковатую жидкость, а спустя некоторое время почувствовали прилив энергии, их тела бросило в жар. И они побежали. Бежали до вечера, и только тогда сделали первый привал. Несмотря на выпитое зелье, воины чувствовали усталость и про себя благодарили Супайче за то, что жрецы обладают куда более слабыми физическими данными и кондициями. В последние часа полтора те бежали только благодаря фанатичному огню, просматривающемуся в их глазах.

Поднялись они еще затемно, выпили зелья и снова побежали. Это продолжалось два дня, а утром следующего, когда они собрались принять стимулятор, следопыт вскинул голову и напряженно посмотрел в сторону, откуда они двигались.

— Что? — спросил его Хачнок.

— У меня такое впечатление, что на наш след встал хищник, — медленно ответил тот. — Последний раз такое было, когда меня выслеживал саблезуб.

Это было серьезно. Все уже успели убедиться, что звериное чутье следопыта никогда не подводило. Да он и жив-то оставался только благодаря ему. Даже жрец стиснул зубы так, что стоявший рядом с ним Хачнок услышал скрежет. А посмотрев на него, увидел нешуточный огонь в глазах. И снова бег.

Два дня они бежали, и на протяжении всего этого времени следопыт утверждал, что хищник их догоняет. Но ускориться у них не получалось, и виной тому были жрецы. Наконец-то он сообщил, что их почти нагнали. Точихан пообщался с гуайчох, и те остались поджидать преследователя. Воин только вчера услышал название этих новых союзников, да и то случайно, во время разговора жрецов между собой.

— Останься здесь на всякий случай, — обратился к нему Точихан, когда они выбежали на поляну.

Место здесь и впрямь было великолепным для того, чтобы задержать преследователя. Несмотря на то, что следопыт говорил о хищнике, сам он не верил в это — не преследуют те добычу так долго. И все остальные с ним были согласны. В какой-то степени воину даже стало интересно, кто это такой настырный. И когда на поляну выбежали двое, он сразу же их узнал, почему-то почти не удивившись их появлению. Раэш возмужал, превратившись из мальчика в юношу. Его подруга превратилась в девушку, но взгляд стал пронизывающе-колючий. По той паре шагов, что они сделали, Хачнок понял, что заниматься боевым искусством те не прекратили. Девушка держала в руках знакомую женскую пару, а вот у ее друга оружие новое, хотя на первый взгляд полностью аналогичное выкованному здесь. То, что они стали намного сильнее, доказывал факт, что молодые люди одолели двух гуайчох. Старого и опытного воина постоянно преследовало чувство, что ему еще раз придется столкнуться со своим учеником, а теперь это подтвердилось. Видать, сам Супайче свел их на тропе войны.

Сейчас они осматривались вокруг, и, наконец-то, увидели его.

— Придется мне вас убить, мои лучшие ученики, — произнес он и активировал заклинания на глефе.

Я внимательным взглядом осмотрел нашего бывшего учителя, заметил активацию плетений на его любимом оружии. Мозг сейчас работал на своем максимуме, анализируя возможные дальнейшие действия. Обойти скалу, как и пройти по мелководью реки, можно, но тогда жрецы успеют дойти до своих земель. Мне же необходимо задержать Хачнока. Пожалуй, только он может сдержать Айви с ее настоящими умениями и мечами. Конечно, он — не единственный воин такого уровня у индейцев, но есть надежда, что в той группе таких больше нет. А значит, существует вероятность, и немаленькая, что девушка сумеет забрать кристалл, учитывая, какой амулет защиты она имеет. И тут у меня появилось решение. Точнее, не решение, а надежда на то, что нам удастся связать боем Хачнока, и девушка, как только появится возможность, начнет преследование.

— Айви, — тихо сказал я, — как только появится возможность убежать дальше — беги, я постараюсь его задержать. Догонишь — меня не жди, уходи с кристаллом. Я чувствую, что крайне важно, чтобы он не попал к зиккурату.

— Я тоже, — так же тихо ответила она. — Но кристалл я отдам драконам, а сама вернусь. Ты же помнишь нашу еще детскую клятву? Вместе до конца.

— Когда я крикну «вспышка», создаешь заклинание, которое я показывал, и сразу же убегаешь за группой.

И мы двинулись к нашему бывшему учителю, а я на ходу создал замедляющую сеть с самыми тонкими линиями, на которые был способен, не наполняя ее энергией. Я надеялся, что подходящий случай подвернется очень скоро, пока рисунок заклинания еще не развеется. Показывать владение магией я не спешил — пусть для него это будет сюрпризом. А вот эльфийка бросила в него огненный шар, затем молнию, но безрезультатно, что, в принципе, было не удивительно. Индеец перехватил глефу более удобно, но с места не сдвинулся. Плохо — из-за этого я не мог просчитать его дальнейших шагов и действий, чтобы вывести Айви на проход. Раз магия не помогла, сделаем по-другому.

Я кистевым движением, совсем без замаха, бросил в противника правый серп, и в самый последний момент, когда Хачнок приготовился его принять или отбить, дернул цепь, возвращая его обратно. Вот только бывший учитель не сдвинулся с места, с которого мог достаточно легко контролировать весь проход. Задумка его стала понятна: какое-то время он просто будет нас не пускать, и лишь тогда, когда, по его мнению, группа выйдет из Джунглей, примется за нас всерьез. Значит, придется работать на средней дистанции и в ближнем бою, если удастся приблизиться.