Ростислав Корсуньский – Путь в неизвестность (страница 60)

Запись этого боя была изъята из летательного аппарата последнего врага и очень быстро разошлась по планете. Две вещи поразили тогда молодого одаренного: умение оперировать водой, передвигаясь по ней, и умение сражаться даже после смерти. Именно детское решение быть похожим на героя, заставило Грил’Ггорта исходить свою планету вдоль и поперек, побывать во всех странах, на всех континентах, выискивая хоть какие-то данные по первому умению. Оказалось, что эту технику не знал никто, ходили только слухи о таких возможностях, а многие полагали, что сам Ханн’Хиит’Ххорн является ее изобретателем.

Но упорство его было вознаграждено. Фраза там, предложение в другом месте, предположение в третьем, поиск мест обитания Ханн’Хиит’Ххорн, привели его к ледяному водопаду, находящемуся на горе и «оживавшему» раз в столетие, когда раскаленная магма вулкана начинала бурлить, поднималась к поверхности и лавой стекала по склонам. В это время гора представляла собой потрясающее зрелище: с одной стороны небольшой лавовый поток, начинающийся с ее середины, с другой водопад, образующийся от таяния шапки ледника. По какому-то наитию он тогда остался у таявшего ледяного потока, хотя это было очень опасно, и… не прогадал. За стеной воды скрывался вход в небольшую пещеру, где он и нашел то, что искал. На каменном столе лежали пять книг с тончайшими золотыми листами, на которых были выдавлены буквы древнего алфавита, дабы потомки великой расы гас’старг’лаан, являющейся прародительницей всех живущих в данный момент на планете, могли приобщиться к древним знаниям. «Познание Земли», «Познание Воздуха», «Познание Воды», «Познание Огня», «Смерть — есть начало Жизни» — это названия, говорящие сами за себя. Ему тогда очень хотелось пересмотреть их все, особенно последнюю, но стоило только протянуть руку, как пришло понимание, что взяв книгу, он сделает выбор. Поэтому остановился он на своей мечте.

Вынести книгу он не мог, даже поднять ее, только листать страницы и постигать великую мудрость предков. Время же обучения обуславливалось временем жизни проснувшегося вулкана. Лишь только начав обучение, к нему пришло понимание, что рассказывать об этом месте нельзя. Ищущий знания должен самостоятельно отыскать сюда путь. Он очень хотел дождаться следующего пробуждения вулкана, чтобы почитать последний трактат, но обстоятельства сложились по-другому. Все эти воспоминания промелькнули в голове за какой-то десяток секунд, а сам он решил проверить глубину озера.

— Лучше не придумаешь, — широко, улыбнувшись, произнес он, убедившись, что глубина начинается от самого берега.

Пройдя прямо по воде десять метров, он остановился, развернувшись к приближающемуся врагу. Первыми появились, как он и предполагал, дроны-наблюдатели, но он не стал с ними что-либо делать. В подошедшей странной десятке бойцов он не почувствовал никаких эмоций, хотя с предыдущими противниками он периодически ощущал всплески удивления, неуверенности, боязни. Даже последний воин пару раз полыхнул раздражением. И это при том, что он совершенно не прислушивался к ним. Здесь и сейчас он целенаправленно пытался ощутить врага, как только те вошли в зону его чувствительности, но все напрасно. «Профессионалы», — подумал он. — «А значит и воины сильные». Хотя должны были удивиться его умению стоять на воде. Но буквально тут же сообразил, что те могли думать, что стоит он на выступающем камне. «Надо попробовать воспользоваться и пройтись по воде — вдруг, да и выведу хоть кого-то из себя», — мелькнула у него мысль.

Чтобы не показывать все свои возможности, он воздвиг вокруг себя динамический барьер, хорошо наполнив его энергией. Также превратил ручеек жизненной энергии, перетекающий в его пси-оболочку, в бурный ручей. Аграфы, в знакомой броне, медленно приближались, используя местность для прикрытия, и, казалось, не собираются атаковать. Вдруг ему очень сильно захотелось сместиться право, и даже его словно кто-то подтолкнул. Сопротивляться такому явному намеку он не собирался и, резко ускорившись, рванул прямо по воде вправо, формируя два мощных пси-копья и направляя их в двух крайних врагов.

Уход Грил’Ггорта с последующей атакой совпал по времени с атакой аграфов, поэтому те не успели среагировать, точнее, дернулись, но уйти не смогли. А вот последствия его атаки немного удивили представителя расы г’старг’ла. Копья смогли пробить броню, но убить нет, только ранили воинов. «Броня предназначена в том числе и для боя с одаренными», — мелькнула мысль где-то на грани сознания. Ранения были не критичны, поэтому бойцы сорвались с мест, но скорость их была невелика, что позволило ему послать вдогонку еще по одному копью. Эти удары оказались на диво хороши, попав в шейное сочленение, нанеся раны не совместимые с жизнью. И в этот момент что-то сорвало его барьер.

— Ах ты ж… — выругался он.

Псионы врага, сумевшие скрыться от его чувств, что говорит об их большом опыте, смогли разорвать его связь с ним, правильно подгадав время. Дело в том, что в данную минуту он не управлял им, поэтому тот держался на, так называемой, привязи. Он только чудом избежал атаки плазмером, заряд которого немного воспламенил одежду и чуть-чуть обжег грудь. В следующий миг он воздвиг вокруг себя непрозрачный купол из воды, куда тут же прилетело что-то от одаренных врагов и два заряда.

Псионов было двое, это он знал совершенно точно. Атаковав его, им пришлось открыться и, хотя силу их определить не удалось, местоположение читалось совершенно четко. Вплетя в водяной купол еще и динамический барьер, он устремился к берегу, резко сокращая расстояние между собой и одаренными врага. Находились они рядом друг с другом, вероятно, благодаря чему действовали очень слажено, почти как единый организм. Воины на его маневр отреагировали мгновенно, тут же уйдя вглубь леса, а вот псионы даже не сдвинулись с места.

— Это вы зря, — радостно усмехнулся он.

Эту технику, под названием «Град ледяных игл», он начал создавать, еще поджидая противника. Использовать думал против этих десяти воинов, но в данной ситуации одаренные на порядок опаснее. Результатом ее являлось создание десятков или сотен ледяных игл, переплетенных с пси энергией. Даже одна игла имела очень сложную структуру, с множеством узлов, точек напряжений, мест концентрации энергии, потоков ее. Зато вся эта сложнейшая структура придавала обыкновенному льду поистине великолепные пробивные свойства. Его пределом было полторы сотни. Идеально рассчитав время, когда находясь у берега, он завершил создание своих снарядов, он сотню отправил в псионов. И сразу же оставшиеся пятьдесят вслед за ними.

Защита аграфов ярко мигнула, хотя правильней сказать, вспыхнула и пропала, поэтому вторая волна нашла свою цель, изрешетив оба тела. «Очень сильные одаренные, если их защита полностью сдержала первую волну игл», — подумал он и переключил внимание на остальных врагов. Но и для самого Грил’Ггорта этот скоротечный бой дался тяжело. Жизнь перекала в пси энергию уже полноводной рекой и жить оставалось ему совсем ничего. Выстрелы оставшихся восьми воинов были невероятно точны, а к ним еще добавлялись атаки других врагов. Но для Бареца с Дикой главными и самыми опасными противниками будет именно эта восьмерка аграфов, поэтому своей задачей он видел их уничтожение.

Просчитав их возможные действия, он установил на максимально возможном расстоянии барьер и, резко сблизившись с ними, атаковал двумя кинетическими дисками. Как и ожидалось, все они смогли уйти от атаки, но двое врезались в поставленную невидимую преграду. Вернее, один на большой скорости впечатался в нее, а второй даже успел среагировать, но ему просто не хватило дистанции, чтобы полноценно уйти. Вот во второго он и направил два копья, одно за другим. И только двойная мощная атака смогла пробить их броню и убить врага. На неподвижную цель, пребывавшую на грани потери сознания, хватило одной атаки, направленной в уже проверенное место — шею.

Оценив свои силы, Грил’Ггорт понял, что атаковать больше не сможет. Решение пришло мгновенно — ускорившись, он вышел из окружения и, преодолев двести метров, остановился. Вот этот его маневр впервые за время боя вызвал первую эмоцию нападавших — недоумение. А ему просто-напросто необходимо было время для создания «Стены неприступности». Очень мощная преграда требовала не так много энергии, но была крайне сложна в плане создания. Был у нее и минус — атаковать сквозь нее не мог даже сам создатель ее, но Грил’Ггорту как раз этого в данный момент и не нужно было. Аграфы, заподозрив подвох с его стороны, не стали стремглав его преследовать, чем подарили так необходимое ему время.

Нарисовав в своем воображении структуру, он широко раскинул руки, мгновенно создавая стену. Так он и застыл. Первые пять выстрелов были пробными. Следующие восемь тоже. Убедившись, что он не предпринимает никаких атакующих действий, на стену обрушился град зарядов плазмера, добавились выстрелы бластера. Но техника не зря называлась стеной неприступности — пока ее питала пси-энергия, даже жар звезды не мог проникнуть за ее пределы. Часть выстрелов стала сдвигаться влево, что говорило о попытке обойти, но длина преграды составляла почти четыреста метров, правым концом упираясь в край озера. Но у него скорее закончится жизнь, чем они совершат задуманное.