Росс Томас – Невидимое правительство США. ЦРУ и другие разведывательные службы в годы холодной войны (страница 59)
Для большинства американцев может стать шоком известие о том, что одно ведомство правительства Соединенных Штатов считает, что должно защитить себя от проникновения в свои ряды сотрудников другого ведомства того же правительства. Но Корпус мира предпринял продуманные шаги, чтобы предотвратить именно это.
Шрайвер поручил Уильяму Делано, молодому главному юрисконсульту Корпуса мира, разобраться с проблемой и убедиться, что ни один сотрудник разведки не проскользнул через сеть. В качестве страховки Шрайвер установил твердое правило. Никто с опытом работы в разведке, даже имевшим место много лет назад, не может быть принят в корпус.
Как вскоре обнаружили представители Корпуса мира, возникла заминка. Открыто признанным сотрудникам ЦРУ разрешается говорить об этом, когда они ищут новую работу. Но тайным сотрудникам ЦРУ не разрешается даже спустя годы раскрывать эту информацию в правительственной анкете о приеме на работу. Они могли указать название коммерческой компании-прикрытия или, возможно, какой-либо другой ветви власти, на которую якобы работали.
И чиновники Корпуса мира поняли, что обычная служебная проверка не выявит, были ли соискатели или все еще являются тайными агентами ЦРУ. Некоторые соискатели, не зная о политике Шрайвера, невинно указывали такие прошлые должности, как «секретарь ЦРУ, лето 1951 года». Они были немедленно отсеяны.
Другие, более искушенные, пытались скрыть свое прошлое место работы, указав «правительство США» на период в год или два. Но в этих случаях потенциальные волонтеры были допрошены сотрудниками государственной службы, которые, естественно, потребовали привести больше подробностей.
Один высокопоставленный чиновник Корпуса мира подсчитал, что от десяти до двадцати бывших сотрудников ЦРУ, указавших в своих заявлениях «правительство США», получили отказ быть принятыми в подразделения Корпуса мира.
Отсеивание лиц, имеющих опыт работы в разведке, было лишь частью проблемы. Корпус мира также решил, что должен принять меры предосторожности против возможности обращения ЦРУ к волонтеру после того, как он был принят в Корпус.
Во время ознакомительных курсов для волонтеров стало стандартной практикой, когда инструктор Корпуса мира вставал и задавал следующий вопрос: «Предположим, мужчина приглашает вас выпить с ним чашечку кофе и называет себя агентом ЦРУ. Он говорит, что не предлагает вам шпионить, но хотел бы, чтобы вы встречались с ним и просто общались каждые пару недель и, возможно, отвечали на пару вопросов. Какой была бы ваша реакция?»
Большинство волонтеров ответили, что не будут участвовать ни в каком внештатном шпионаже подобного рода. «Просто предупреждаю, чтобы ни у кого не возникло никаких сомнений по этому поводу, — говорил инструктор и добавлял: — Если такое предложение поступит, вы должны сообщить об этом представителю Корпуса мира в стране пребывания так быстро, как сможете добраться до него, потому что человек из ЦРУ проигнорировал приказ президента, данный Даллесу и Маккоуну. Более того, этого сотрудника ЦРУ мгновенно вышвырнут из страны, как только вы сообщите об этом».
Из-за такого подхода чиновники Корпуса мира сочли маловероятным, что их волонтеров будут привлекать к какой-либо разведывательной работе. Тем не менее, признал один чиновник, реальной проблемой были бы «люди, пытающиеся проникнуть тайно. Я не вижу никакого способа, который дал возможность их обнаружить. Это была бы случайность. Чем более преднамеренной была бы попытка, тем труднее было бы ее обнаружить».
Беспокойство Шрайвера по поводу сохранения «чистоты» рядов своего агентства усилилось в сентябре 1961 года, когда министр армии США Элвис Дж. Стар выступил с речью, в которой предложил создать Армейский корпус мира. «Мы должны планировать так, чтобы могли использовать наши инструменты как в холодной, так и в горячей войне и применять их в любой точке мира», — сказал Стар. Генерал Барксдейл Хэмлетт, заместитель начальника штаба сухопутных войск, сообщил дополнительные подробности плана, который, по-видимому, предусматривал использование армии в социальных проектах в слаборазвитых странах, но был связан с деятельностью военизированных формирований.
Для Шрайвера это отдавало именно тем военным и разведывательным подтекстом, которого он так старался избежать.
Шрайвер энергично возражал. В Пентагоне состоялось совещание высокого уровня, на котором присутствовали Стар, Шрайвер, генерал Хэмлетт и высшее армейское руководство.
Генералы, присутствующие на совещании, настаивали на том, что Армейский корпус мира не будет иметь отношения к какой-либо разведывательной работе.
При этом выступил представитель Корпуса мира Ли Сент-Лоуренс, который прежде служил в Агентстве международного развития в Юго-Восточной Азии и был знаком с операциями ЦРУ в этой части мира. Он попросил генералов назвать имена офицеров, которые будут отвечать за предполагаемый Армейский корпус мира в Юго-Восточной Азии. Когда они это сделали, Сент-Лоуренс нашел среди них сотрудников ЦРУ. На этом проект был прекращен.
Но нападения коммунистов на Шрайвера и Корпус мира продолжались. Разведка Соединенных Штатов получила из Восточной Европы материалы, которые, по-видимому, были руководством для стран-сателлитов о том, как вести пропаганду против Корпуса мира. Предлагалось называть корпус операцией ЦРУ и распространять информацию, что волонтеры отбирались ЦРУ. Официальные лица Корпуса мира полагали, что эта методичка послужила основой для последующей пропаганды, исходящей из различных точек коммунистического мира.
Безусловно, нападки России и коммунистического Китая следовали знакомой схеме. Например, в марте 1962 года Московское радио передало на хинди в Индию: «Американские агенты направляются в афро-азиатские страны под вывеской Корпуса мира США. План по организации корпуса был совместно подготовлен Госдепартаментом США, Пентагоном и ЦРУ. Директор корпуса Шрайвер — старый сотрудник ЦРУ».
Радио Пекина присоединилось, как и Фидель Кастро. Радио Гаваны транслировало нападки на Корпус мира, которые были в ключе московской пропаганды.
Также гаванская газета «Рой» предупредила Венесуэлу «остерегаться» Корпуса мира. «Эти корпуса — сухопутные U-2. Их миссия состоит в том, чтобы совать свой нос во все страны, где послушные правители открывают им дверь».
27 марта 1963 года польская газета опубликовала статью, в которой критиковала Корпус мира, утверждая, что девушки-волонтеры сплошь Маты Хари. В ней были приведены фотографии тренировок девушек с подписью: «Американцы считают приемлемыми все средства. Там, где другие методы не приносят успеха, секс может оказаться очень полезным. Девушки — члены Корпуса мира на тренировочном поле».
Примерно в то же время ТАСС подхватило сексуальную тему и выдвинуло обвинение в том, что распущенная женщина-учительница Корпуса мира в Сомали пыталась научить детей «неприличным движениям» твиста.
К весне 1963 года аналитики Соединенных Штатов пришли к выводу, что Советский Союз, не добившись особого успеха в этой громкой публичной кампании против Корпуса мира, начал закулисную кампанию. В Гане, например, советскому послу удалось убедить правительство президента Кваме Нкрумы ввести некоторые ограничения в отношении Корпуса мира. А в мае 1963 года газета «Гана таймс», считавшаяся неофициальным представителем Нкрумы, открыто атаковала корпус как предполагаемый инструмент ЦРУ.
Казалось, не было никакой уверенности, что публичные нападки прекратятся, но сама их интенсивность логически диктовала, чтобы Шрайвер больше, чем когда-либо, старался сохранить Корпус мира в первозданном виде. Шпионский инцидент с участием волонтера дал бы русским козырь для пропаганды и, возможно, разрушил бы Корпус мира, а также политическую карьеру Шрайвера.
Справедливости ради следует отметить, что Корпус мира утверждает, что ему не известно ни об одном установленном случае попытки проникновения агента разведки, стремящегося использовать гуманитарную организацию в качестве прикрытия.
Но тот факт, что Шрайвер чувствовал необходимость принять чрезвычайные меры предосторожности, говорит о многом. Это отражает атмосферу недоверия, которую, справедливо или нет, ощущают многие официальные лица правительства Соединенных Штатов по отношению к своим менее заметным коллегам. Однако некоторые департаменты правительства стали механизмами для секретных операций различного характера. История одного из них начинается в доме на Кубе.
Глава 19. Серая операция
За высокой садовой оградой ветшающей виллы в Мирамаре, на окраине Гаваны, взад и вперед расхаживали вооруженные автоматами охранники.
Внутри Джеймс Донован, известный нью-йоркский адвокат с вкрадчивым голосом, поднял телефонную трубку и попросил кубинского оператора соединить его с номером в Соединенных Штатах.
Он достал черный бумажник, из тех, что достаточно велики для иностранных купюр, из потайного кармана извлек листок бумаги с отпечатанным на машинке текстом.
На нем, внизу слева, были ключевые слова, такие как «переговоры». Справа были различные фразы, например «1 час ночи, встреча с», а затем список имен, включая «Фидель». Листок также содержал сведения о необходимых запасах.