Росс Томас – Невидимое правительство США. ЦРУ и другие разведывательные службы в годы холодной войны (страница 18)

В течение следующей недели Маргарет Рей жила обычной жизнью, ходила в церковь, на рынок. В среду 3 мая ее вновь посетил Макдоуэлл. На этот раз он привел с собой высокого блондина, которого представил как адвоката из Майами. Звали его Алексом Карлсоном.

Они повторили рассказ о самолете С-46, но на этот раз заявили, что больше нет никакой надежды на то, что ее муж жив. Карлсон заявил, что передаст это сообщение на следующий же день в бирмингемские газеты.

Визит Карлсона и Макдоуэлла к Маргарет Рей продолжался около тридцати минут. Затем они ушли. Маргарет намекнула им, что не верит в эту историю. 4 мая, в четверг, Карлсон провел в Бирмингеме пресс-конференцию. Он заявил, что пропали без вести четыре летчика и что они погибли после того, как их самолет с грузом вылетел с одного из аэродромов в Центральной Америке. Карлсон сказал, что он является поверенным «Дабл-Чек корпорейшн» в Майами. Он заявил, что «Дабл-Чек» в начале апреля содействовала установлению связи некоторых кубинцев, выступающих против Кастро, с этими летчиками. Карлсон не сказал, участвовали ли указанные летчики в полетах при вторжении на Кубу.

«Им было приказано пользоваться радиосвязью только при чрезвычайных обстоятельствах, — заявил Карлсон. — Они сообщили, что вышел из строя один двигатель и что они теряют высоту. Это было их последним сообщением».

Он сказал, что «Дабл-Чек» корпорейшн установила связь с четырьмя летчиками по поручению организации, которая просила, чтобы ее название оставалось в тайне. «Но предполагается, что это была группа кубинских эмигрантов», — заявил Карлсон. Он сказал также о том, что «Дабл-Чек» наняла всех четверых летчиков для работы на транспортных самолетах с помесячной оплатой. «Эти люди знали, на что они идут, — добавил он. — Это был рассчитанный риск. Если бы они вернулись, у них была бы в руках кругленькая сумма».

Чтобы скрыть свою роль, ЦРУ хотело представить четырех американцев в виде наемников. Их репутацией можно было пожертвовать.

Слова Карлсона возмутили вдов. «Райли не был солдатом — искателем удачи, — заявила миссис Шембургер. — Он делал это не ради денег. Он был летчиком-испытателем в фирме „Хейс“, и ему там хорошо платили. Он занимал важный пост в национальной гвардии ВВС. Он работал в двух местах, потому что хотел, чтобы мы жили хорошо. Ко мне два раза в неделю приходила прислуга. Я хожу в мехах. Посмотрите, какие вещи у нас в доме».

Миссис Грей заявила корреспонденту газеты, что ее муж также не был искателем удачи. Она сказала, что ему платили по 1990 долларов в месяц в течение короткого периода времени, когда он был в отъезде. Она упомянула, что ее также посетил Карлсон. «Он заявил, что мой муж умер и что надо начинать жизнь снова. Он сказал, что один из двигателей самолета был найден плавающим в воде. Я думаю, что двигатели не плавают».

«Они знали, на что идут, но я не знала», — заявила Кэти Бейкер.

Через три дня после возвращения в Майами Карлсон заявил корреспондентам, что он убежден в том, что самолет С-46 участвовал в перевозке предметов снабжения во время вторжения на Кубу. Но он сказал, что задание, которое выполнял экипаж самолета, не было заданием основной организации кубинских эмигрантов — «Демократического революционного фронта».

«Есть много так называемых фронтов и состоятельных частных лиц, которые стремятся внести свою долю, — заявил он. — Это была небольшая группа».

Партнер Карлсона по «Дабл-Чек» Реймонд Кокс сообщил репортерам в Майами, что ему ничего не известно ни о каких летчиках.

Вскоре после того, как Карлсон побывал в мае в Бирмингеме, четыре вдовы стали получать таинственные чеки. Сначала чеки поступали от «Хайли-Майами-Спрингс Бэнк», подписанные Карлсоном. Но вскоре после этого произошла перемена, и чеки стали приходить от «Бэпкерс-Траст компани» из Нью-Йорка. Они приходили каждые две недели. Первые пятьдесят два чека были на 225 долларов каждый. Затем сумма была увеличена до 245 долларов, то есть в год каждая получала немногим более шести тысяч долларов. Чеки от «Бэнкерс-Траст» подписывались просто банковским служащим. Они выписывались за счет фонда, созданного при этом банке. Но на чеках не было никаких указаний об источнике поступления денег.

Однако совершенно очевидно, что за всем стояло ЦРУ. 17 мая 1961 года Карлсон написал Кэти Бейкер на фирменном бланке своей адвокатской конторы. Он приложил кассовый чек на 1990 долларов и сообщил:

«Корпорация Double Check [sic] решила продлить выплату обычной ежемесячной зарплаты до 4 июня 1961 года, хотя, к сожалению, убеждена в окончательности судьбы вашего мужа. Тем не менее начиная с 5 июня ежемесячно вы будете регулярно получать выплаты пособий, как это предусмотрено трудовым договором вашего мужа.

Позвольте мне еще раз выразить свои искренние соболезнования в связи с вашей тяжелой утратой, и, если у вас возникнут какие-либо вопросы или проблемы, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться за помощью к нашим адвокатам в Бирмингеме.

Искренне ваш, Алекс Э. Карлсон, адвокат Double-Check [sic]».

Странно, что Карлсон, казалось, не был уверен как в этом письме, так и в многочисленных публичных заявлениях относительно того, называлась ли фирма, президентом которой он был, Double-Check (как он написал миссис Бейкер) или Double-Chek, как значилось в регистрационных документах, выданных в штате Флорида.

Под «нашими адвокатами в Бирмингеме» Карлсон подразумевал Макдауэлла, который продолжал действовать как своего рода куратор дел вдов. Макдауэлл смог получить свидетельства о смерти четырех летчиков; он хранил их в своем сейфе в комнате 533 офисного здания Фрэнка Нельсона в центре Бирмингема. У вдов сложилось впечатление, что Макдауэлл работал в разведке ВМС, и они полагали, что он имеет какое-то отношение к чекам, которые они получают.

Отец Райли Шембургера был городским пожарным на пенсии, полуинвалидом, который передвигался по их дому в Бирмингеме в инвалидной коляске. Но мать Райли делала все возможное, чтобы выяснить, что случилось с ее сыном. Она даже написала письмо правительству Швейцарии, которое взяло на себя защиту интересов США на Кубе после разрыва дипломатических отношений между Вашингтоном и Гаваной.

Миссис Шембургер начала с того, что отправила письмо в Государственный департамент. Она получила ответ, датированный 11 августа 1961 года, от исполнявшего обязанности начальника отдела защиты интересов граждан США за границей Денмана Стэнфилда. В нем говорилось: «В ответ на Ваше письмо от 9 июля в отношении благополучия и местонахождения Вашего сына сообщаю: если вы сообщите нам полное имя Вашего сына, дату и место рождения, последний известный адрес в США или за их пределами и любую другую информацию, которая могла бы помочь в установлении его местонахождения, департамент будет рад навести справки».

Через несколько недель она получила письмо, датированное 14 сентября 1961 года, от майора Сиднея Ормерода из административного отдела ВВС США. Это письмо было весьма четко сформулированным документом:

«1) Ваши письма в Государственный департамент в отношении Вашего сына были пересланы мне для ответа Вам.

2) В документах нашего управления нет сведений об обстоятельствах, при которых произошел трагический случай с Вашим сыном. В то время он не находился на действительной военной службе.

3) За более подробной информацией Вам следует обратиться к фирме „Хейс эркрафт корпорейшн“[17] в Бирмингеме в штате Алабама.

4) Сожалею, что не смог помочь Вам в этом деле».

Письмо вводило в заблуждение. «Хейс эркрафт» представляет собой частную компанию и ни над кем не осуществляет своей юрисдикции. В «указанное время» Райли Шембургер летал по заданию ЦРУ. Он, разумеется, не испытывал самолеты для фирмы «Хейс» над заливом Кочинос.

Менее настойчивая женщина была бы обескуражена этим, но только не миссис Шембургер. На следующий год она обратилась к Джону Маккоуну. В ответ она получила на бланке ЦРУ письмо от 14 июля 1962 года, подписанное исполняющим обязанности начальника ЦРУ генерал-лейтенантом армии США Маршаллом Картером. В нем говорилось:

«В отсутствие м-ра Маккоуна отвечаю на Ваше письмо от июня 1962 года, в котором содержится просьба информировать Вас о Вашем сыне. Мне очень жаль, что наше управление не имеет возможности сообщить Вам что-либо об этом. Одновременно сообщаю, что мы навели справки в других правительственных органах, но они также не имеют никакой информации по этому вопросу.

Мы искренне сочувствуем Вам в Вашем естественном беспокойстве о судьбе своего сына, и я крайне сожалею, что мы не можем Вам помочь. Примите уверения в том, что, если когда-либо мы будем иметь возможность сообщить Вам что-нибудь по этому вопросу, мы немедленно известим Вас».

И все же миссис Шембургер не сдалась. Она решила дойти до самых верхов. Она написала письмо президенту США. 4 октября 1962 года советник президента по вопросам ВВС бригадный генерал Годфри Макхью прислал ответ. В письме выражалось сочувствие и, в частности, сообщалось следующее: «Если когда-либо будет получена информация об обстоятельствах гибели Вашего сына, то Вам ее сообщат немедленно. К сожалению, в настоящее время ни ЦРУ, ни какое-либо другое правительственное учреждение не имеет ни малейшей информации об обстоятельствах исчезновения Вашего сына».