Росс Розенберг – Любовь или зависимость? Почему предрасположенность к нездоровым отношениям передается через поколения и как это остановить (страница 11)

Для чего я включил эту главу

Любой, кто хочет осознать масштабы его собственной созависимости (или нарциссизма), должен тщательно изучить опыт привязанности предыдущих поколений: родителей, бабушек и дедушек, и даже прабабушек и прадедушек. Своим жестоким обращением родители формируют у детей травму привязанности и, несомненно, несут ответственность за их созависимость или патологический нарциссизм. Хотя львиная доля вины лежит на родителе-нарциссе, созависимый также делит с ним эту ответственность. Несправедливо рассматривать эту многогранную проблему, сводя ее к выбору «хорошего» и «плохого» родителя. Оба родителя являются членами одной дисфункциональной эстафетной команды. Оба готовят своих детей к передаче эстафетной палочки последующему поколению.

Если вы хотите осознать масштабы своей созависимости или нарциссизма, вам нужно тщательно изучить опыт привязанности предыдущих поколений вашей семьи.

Я очень надеюсь, что описанный мной опыт даст вам ясную систему координат для понимания сил, формирующих вашу собственную созависимость. Благодаря осознанию витиеватого, но предсказуемого направления, по которому движется созависимость (и нарциссизм), у вас будет более глубокое представление об этой проблеме и появится возможность полностью от нее избавиться.

• Какую роль сыграли ваши прапрародители (прапрабабушки и прапрадедушки) в формировании вашей созависимости?

• Как травма привязанности ваших родителей повлияла на их поведение по отношению к вам?

• Влияет ли на ваше отношение к родителям тот факт, что созависимость передается через поколения?

Глава 2

Захватывающее, но мучительное танго

Метафора, меняющая жизни людей

В 17 лет я открыл в себе тягу к поэзии. Мои ранние стихи помогли мне раскрыть глубоко спрятанные и подавляемые мной чувства, которые создавали хаос в моей жизни.

Довольно рано я понял, что сам процесс сочинения стихов и их осмысление, а также возможность делиться ими помогали мне развязывать запутанные узлы моих психологических страданий. Использование образных и эмоционально выразительных слов и фраз казалось мне волшебством, так как они позволяли мне выразить мысли и чувства, о существовании которых я даже не подозревал до тех пор, пока они не были изложены на бумаге. Поэзия не только оказала целительное воздействие на мое ноющее сердце, но и помогла мне получить одобрение и поддержку от других людей; то, в чем я отчаянно нуждался. Ранее мне никогда не говорили, что я обладаю каким-то особым талантом.

Мое пристрастие к использованию поэзии в качестве инструмента для своего эмоционального исцеления и духовного роста повлияло на применение образного и эмоционально многозначного символического языка в моей профессии. В начале своей карьеры я тяготел к формам психотерапии, которые выявляли психологические травмы путем использования метафор и аллегорий. Как и следовало ожидать, эти техники эффективно помогали моим клиентам получить доступ к заблокированным травмирующим воспоминаниям. Более того, символический язык и сторителлинг – полезные инструменты для осознания и лечения травмы.

Мое умение превратить сложные психологические феномены в простые, но выразительные символические слова и фразы имело ценность в плане познания и обучения. Это было особенно эффективно в отношении моих клиентов, погрязших в отрицании своей зависимости, деструктивных привычек или травмирующего прошлого. Я выяснил, что ясно изложенная и вовремя сказанная метафора может сдвинуть человека с непреклонной позиции отрицания, приведя его к свободному выплеску эмоций, о которых он до этого момента не задумывался и которых не ощущал. Более того, использование метафор помогало превращать сложное в простое, а запутанные психологические построения – во что-то доступное для понимания с точки зрения эмоций.

Хотя я не могу точно вспомнить, когда впервые начал использовать метафору танца для иллюстрации отношений созависимого и нарцисса и метафору танцоров для описания созависимого человека и нарцисса, я совершенно уверен, что они родились во время моей личной психотерапевтической практики. По моим подсчетам, открытие этой метафоры произошло в 2005 году, когда я был охвачен прозрением, пришедшим ко мне в ходе психотерапии: я испытывал гораздо меньше беспокойства и чувствовал себя более комфортно с женщинами-нарциссами, нежели с созависимыми женщинами. Чем ближе я был к выздоровлению, тем четче осознавал свои рефлекторные реакции (комфорт или дискомфорт) с различными типами женщин. Я сразу же стал использовать эту новообретенную теорию в психотерапии с моими созависимыми клиентами.

Использование метафоры танца и последующее объяснение того, как и почему романтические партнеры, созависимый и нарцисс, привлекают друг друга (и дисфункционально совместимы), быстро стали необходимыми компонентами лечения созависимости на ранних стадиях. Эти обсуждения помогали моим клиентам получить логическое объяснение их жизненной истории и проблем в отношениях.

Возможно, более значимым открытием для них было то, что они не являются беззащитными жертвами несчастной судьбы. В силу того, что людям очень трудно взять на себя личную ответственность за проблемы, возникшие вследствие их собственного выбора и неверных убеждений, такие беседы являются невероятно важными. Подавление смущения, вины или стыда помогает человеку ненадолго почувствовать себя лучше, но у этого будет своя цена.

Признавая, что они являются и несчастными жертвами, и добровольными участниками, пациенты с большей готовностью погружаются в темные, глубинные подсознательные силы, которые заставляли их из раза в раз повторять один и тот же мучительный, но зачастую захватывающий танец. Осознание своей сопричастности давало поразительный эффект. Вместо ощущения гнева, стыда и еще большей ненависти к себе они испытывали оптимизм и воодушевление. Получение объяснения своих страданий и пребывание в обществе терапевта, который знал, как им помочь, давало моим клиентам надежду – некоторым впервые в жизни.

Не будет преувеличением сказать, что использование моих метафор танца и танцоров для раскрытия тайн созависимости и нарциссизма меняет жизнь людей. Это простое, но глубокое по своей сути открытие породило эффект домино – последующие озарения. По мере того как идеи множились и строились одна на другой, мой лечебный арсенал становился все более полным и укомплектованным.

Значимым открытием для моих клиентов всегда становится то, что они не являются беззащитными жертвами несчастной судьбы.

Накапливая положительные психотерапевтические результаты, я начал фантазировать о том, чтобы поделиться своими открытиями с миром. В 2012 году у меня появилась возможность провести местные профессиональные тренинги, которым я дал название «Созависимые и нарциссы: понимание природы взаимного влечения». Прошел еще год, прежде чем менеджер по тренингам PESI наткнулся на эту работу и предложил мне должность руководителя тренинга. Все остальное, как говорится, уже история.

Метафора танца предполагает, что созависимые люди пассивны, готовы идти нарциссам навстречу, они – ведомые танцоры, которые чувствуют себя естественно и комфортно с ведущим танцором, контролирующим их. С другой стороны, она объясняет, почему нарциссические партнеры ощущают себя естественно и комфортно, когда берут на себя управление танцем. Такое танцевальное партнерство объясняет как комфорт и интуитивные действия обоих партнеров, так и их любовь к дисфункциональным переживаниям в процессе танца.

Словари определяют танец как «ритмичные, последовательные шаги и движения, совпадающие по скорости и ритму с музыкальным сопровождением». Моя метафора, по сути дела, аналогична: это последовательные шаги, движения или романтическое поведение, которое совпадает по скорости и ритму с личностью каждого из партнеров и его ожиданиями от отношений. Поведение созависимых и патологических нарциссов подтверждает идею схожести их союза с танцем и создает длительные дисфункциональные отношения, или танцевальное партнерство.

При совпадении противоположных дисфункциональных личностей партнеры часто оказываются в драматичных, похожих на американские горки патологических отношениях, которые продолжаются, несмотря на неудовлетворенность одной из сторон или желание прекратить танец.

Танцы со звездами

Если вы смотрите «Танцы со звездами», то знаете, чего стоит выиграть заветный призовой Зеркальный шар[12]. Как и в любой успешной танцевальной паре, каждый из партнеров чувствует и чутко подстраивается под стиль исполнения второго и его характерные движения. Чтобы иметь успех на танцполе или по-настоящему наслаждаться танцем, двое партнеров должны быть максимально совместимы и глубоко знать друг друга.

Созависимые хорошо танцуют с нарциссами, потому что их патологические личностные характеристики, или «танцевальные стили», идеально подходят друг другу. Практически сразу они начинают великолепно танцевать, потому что могут инстинктивно предугадывать движения друг друга. Хореография не требует особых усилий, и создается ощущение, что они танцевали вместе всегда. Каждый партнер не только инстинктивно знает свою роль и придерживается ее, но вместе они делают это так, будто тренировались всю свою жизнь. Дисфункциональная совместимость является движущей силой, которая позволяет танцорам дойти до финала.