Рошаль Шантье – Моя до конца (страница 27)

Это я про себя так неизвестного уговариваю. И когда он подходит ближе, попадая в свет фар я закатываю глаза, цокаю и прикусываю губу.

Макар Ветров!

— Риша? — от него так и разит удивлением. Надеюсь, он не считает меня поджидавшей его фанаткой, — Что ты здесь делаешь?

— Приехала сделать тебе сюрприз, Попутный, — фыркаю, оглянувшись на свой ниссан. Сам ещё не отремонтировался? Увы, — Суши в машине, разденусь сейчас, на капот прилягу и начну выкладывать. Сгодиться в извинение? — я устала и замерзла, а тут еще он…

— Нет, я с окоченелого тела суши предпочитаю не жрать. Чтобы язык не обморозить, — пожимает плечом, приподымает бровь парируя достойной бравадой, — Так что случилось?

Вообще-то он мой шанс не помереть, но весь запас терпения отошел чете Лукашиных и Ветров незаслуженно вот это все выслушивает.

— Извини, Макар, — говорю, выдохнув, — и за слова на работе тоже. Я ехала к брату, а машина заглохла, — опускаю взгляд вниз, скрывая неловкость за ресницами и устало провожу ладонью по лбу.

Он подходит ближе и согревает мои успевшие стать ледяными ладошки своими горячими. Подносит к своему лицу, чтобы согреть дыханием. а у меня перехватывает дух. Потому что все это уже было. И по взгляду вдруг на меня направленному… Вспыхнувшему нежностью и заботой я понимаю: он помнит тоже.

«— Руки совсем ледяные, — говорит вдруг серьезно, коснувшись пальцев, когда забирал у меня пустой стаканчик.

Макар берет мои ладони и дышит на них своим теплом. Мы стоим очень близко. И этот момент намного интимнее, поцелуя в гончарной студии. Мне не хочется, чтобы он отодвигался, хочется стать ближе. Наверное, ему тоже. Иначе как объяснить, что он кладет мои едва согретые его дыханием руки на свою горячую шею. Ветров едва вздрагивает он холодного прикосновения. И как ему не холодно?»

Он, стоящий передо мной, взрослый уверенный в себе мужчина перемещает ладони на свою кожу. На горячую, как и тогда шею. Я оказываюсь совсем близко к нему, а он не сводит взгляда. И я тоже. Просто не могу отпустить его глаза.

Только теперь в голубых глазах напротив я вижу разгорающийся огонек. Тот самый, что заставляет сердце трепыхать, а воздух вдруг становится горячим… И самое страшное, менять ничего не хочется. Мне нравится.

— Макар…

— Не надо, — отрезает он. И легко, почти нежно, но оттого не менее уверенно подталкивает к себе ближе.

Уверенная рука обхватывает затылок, между нами искрит, а опомниться не хватает ни времени, ни желания. Второй рукой Макар притягивает меня за талию и я понимаю: без шансов. Ни единого шанса улизнуть.

И разве хочется? Чего ты хочешь, Риша?

И это Риша…

Конечно, я хочу его. Потому что обычно к себе я обращаюсь Ари.

«Я только сегодня рассталась с Артемом» — шепчет совесть.

«Да, но отношения закончились давно. Отпусти себя» — и знаю, что это чертенок на моем левом, по легенде, плече… Но его голос так сладок…

А еще этот Ветров…

Глава 30

— Молодые люди! Проехать дайте наконец, а?! — кричит, высунув голову из окна машины мужской голос.

— Мужик, подожди! Я пять лет ждал! — наотмашь отзывается Ветров, а мои губы трогает улыбка. Впервые за такой длинный, практически бесконечный день.

Я нехотя убираю ладони с горячей шеи и чувствую, как они покалывают в разлуке с теплом. Мы все-таки отходим, пропуская ауди, но все это время Макар не отпускает моих рук.

— Так куда ты едешь? — осведомляется, когда машины скрывается за поворотом.

— В гостиницу, — отвечаю честно, а Ветров в непонимании хмурится, — Я рассталась с Артемом, — все-таки озвучиваю опасную фразу и добавляю поспешно, — но ты тут не причем, это мое решение.

— Как скажешь, — он даже не пытается скрыть, насколько доволен, — мне важен исход. А сейчас пойдем. Холодно.

— Куда пойдем? — приходится тормозить его за руку, потому что уверенный Макар уже начал движение.

— Ко домой мне, Риша, — Ветров совершенно серьезен, еще и голос звучит так, словно он объясняет сущую глупость, которую и озвучивать-то не за чем. Приступ сумасшествия напал?

— Я не пойду к тебе домой. — И я твердо уверенна в своем решении.

— Неужели ты думаешь, что я отпущу тебя сейчас в гостиницу, а перед этим мы будем исследовать твою машину? Глупо, не находишь? Пойдем. Утром я вызову мастера, и он глянет. Темно уже, все-равно ничерта не видно.

Это неправильно. Расстаться с парнем и в тот же вечер, буквально через час идти к… еще одному бывшему? Да у меня прям цветник! Ну, мужского рода… Беру негласную минуту на раздумья, которые нам обоим ясно чем закончатся, однако Макар великодушно дает мне время.

— Мой чемодан в машине, — в конце концов соглашаюсь, приложив ладонь ко лбу, когда слышу хохот.

— Признавайся, ты так хотела ко мне переехать, Риша? Могла бы просто позвонить!

Он хохочет откровенно, искренне запрокинув голову, на лице беззаботность и эта обожаемая мною широкая мальчишеская улыбка. И я засматриваюсь на него. Ничего не могу с собой поделать. Просто смотрю, пока Макар не ловит мой взгляд и вмиг теряет веселость.

Его рука ложиться на мой затылок, грубо притягивая, сжимая волосы до приятной боли, а вторая находит талию и через секунду мои губы касаются жестких мужских, но таких желанных губ.

Первая мысль: «Как же я скучала».

Даже не могу передать словами насколько. Тая когда-то ассоциировала бабочек в животе с улеем пчел, а я, глупая, смеялась. Мой улей, будто на долгие годы заперли в темной комнате, нацепив на дверь не только замок, но и огромные тяжелые цепи. И сейчас они, эти пчелки, получившие наконец свободу, обрели возможность летать.

Макар не пробует на вкус, не касается губ, прося разрешение, он точно знает чего хочет и берет. Ураганом врывается в мой рот, наслаждается, рычит, даруя и беря положенное ему по праву. Не помню, когда именно он подтолкнул меня к машине и к чьей именно: моей или его, но далеким туманным сознанием чувствую, как сильные руки усаживают меня на капот.

Не давая вздохнуть, он пробирается под мое пальто, будто жизненно необходимо для него сейчас стать ближе. Но воздух мне, кажется, не нужен. Все, что мне нужно — поцелуй, его губы, его тело, он сам.

Мои пальцы в его волосах, а затем на шее и под курткой. Он — помутнение рассудка… Не оторваться, не отказать себе.

Макар слишком долго ждал, я не догадываюсь, знаю это по рваным движениям, по сбившемуся дыханию и я, оказывается такая же как он… Тоже ждала слишком долго.

Я не в силах остановить его — мы понимали это оба тем остатком сознания, который еще не был похищен.

— Не так, — рычит он, упираясь сжатыми кулаками в холодное железо по бокам от моих бедер. Дыхание тяжелое, терпение на исходе, а желание настолько сильно, насколько и уважение ко мне, заставившее остановиться — Не с тобой…

Понять, что именно он хочет сказать труда для меня не составляет. Мы на одной волне, в одном ритме, нас захватили волны одного и того же желания, так что лишнего себе не придумываю. Конечно, он далеко не монах и его легкие поцелуи шепчут мне, насколько я для него особенна. Я знаю это… Знаю…

Тело пробивает дрожь. От желания ли или холода. Он чувствует, замечает, словно у него радар на мои потребности. Словно я и есть его потребность. Или мне так того хочется?

— Тшш, пойдем, все.

Макар подхватывает меня на руки, чтобы отнести и усадить на пассажирское сидение своей машины, каким-то образом умудрившись открыть дверь. Это была его машина. Его.

Ключи от своей вкладываю в его ладонь дрожащими пальчиками и Ветров, забрав мой чемодан перекладывает его к себе. Дорога довольно широкая и машины смогут разминуться, поэтому мы оставляем жук на месте.

Когда Макар садится рядом, я уже успеваю немного успокоиться. Он накрывает рукой мою и повернув лицо за подбородок вглядывается в глаза.

— Я больше никуда не отпущу тебя, моя Риша.

Он предельно серьезен, а я отвожу взгляд. Я хочу этого. Очень, но сначала мне хотелось разобраться в себе и хотя бы вещи все забрать от Лукашина! Слишком много всего за день…

По дороге Ветров звонит в ресторан и делает заказ на доставку. Когда еду привозят мы, конечно, уже в квартире. Входила осторожно. Я уже была тут. И тут я была счастлива. Ничего не изменилось на первый взгляд.

Та же обстановка, те же стены, тот же стол, то же полюбившееся мне окно.

Прежде, чем Макар обнимает меня, я слышу его шаги. Его руки на моем животе, мои на его руках. Я откидываю голову на его плечо, наблюдая за огоньками за окном. Люди гуляют, гудят машины. Интересное чувство: мы их видим, а они нас нет. И время застыло, как тогда, на крыше. Красивый вид и любимый мужчина рядом. В голову почему-то приходит мысль, что я хотела бы жить здесь, вместе с Макаром, просыпаться от запаха кофе и варить его для Ветрова самой. Глупая, совершенно не к месту пришедшая мысль.

Время застыло только для нас, как тогда, на крыше. Как всегда, с ним. Красивый вид, любимый мужчина рядом. Я желаю всегда быть настолько счастливой. А мое «быть счастливой» тесно пересекается с «быть с Макаром».

Я не отказываю себе в удовольствии снова подойти к окну и смотреть на город, наблюдая за огоньками. Не знаю, сколько стою так, но когда поворачиваю голову вижу Ветрова, который с каким-то особым удовольствием за мной наблюдает.

Он скинул пиджак, расстегнул несколько пуговиц рубашки и закатал рукава. Опершись о стену, сунув руку в карманы брюк он смотрит за мной, наблюдает. И молчит. Молчу и я.