Ронни Траумер – Ты мой огонь (страница 4)

— Верни мне мои вещи! — требует, встав передо мной и прожигая во мне дыру.

— А что я получу взамен? — вопросительно приподнимаю бровь.

— Хм, дай-ка подумать, — прижимает палец к губам, сделав вид, что думает. — Ничего! — выдаёт почти криком и делает шаг вперёд, собираясь забрать свою макулатуру.

— А нет, Снежинка, — протянув руку, обхватываю тонкую талию и шустро, чтобы не успела воспротивиться, прижимаю спиной к себе.

Уже от такой близости во мне начинает бурлить кровь, в голове яркая картинка, как я разложу эту строптивицу на капоте своей тачки и буду долго из неё выбивать всю её напускную спесь.

Тихо всхлипнув, она замирает в моих руках, кажется, даже дышать перестаёт. Округлая попа прижимается ко мне, плоский животик подрагивает под моей ладонью, и пахнет от неё каким-то одуряющим парфюмом. А может, это не духи, а её естественный запах. Мне чуется бергамот, при этом почему-то ассоциируется с восточными странами. Вдыхаешь и словно оказываешься на улицах жаркого Марокко.

Не знал, что ароматы способны на такие путешествия, но мне определённо нравится, как пахнет Снежинка.

— Убери от меня свои руки! — шипит сквозь зубы.

Вижу, что старается оставаться непоколебимой, но подрагивающий голос выдаёт её с головой.

— Иначе что? В деканат пожалуешься? — насмешливо интересуюсь и теряю контроль над своими конечностями.

Ладонь, удерживающая девушку, принимается исследовать её прекрасное тело. Провожу по животу вниз, наслаждаясь незамедлительной реакцией на свои прикосновения. Но вдруг рука замирает в зоне пупка. Сквозь плотную ткань пояса юбки я отчётливо нащупываю… очертания пирсинга.

— Вот это сюрприз! — выдыхаю и оскаливаюсь, как довольный котяра. — А девочка не такая уж и правильная, — добавляю самому себе.

— Отпусти немедленно! — прикрикнув, Снежинка начинает барахтаться, как пойманная в сети бабочка.

— Открою тебе одну истину, Снежинка, — хрипло шепчу на ушко, прижав сильнее к себе. — Чем больше девушка сопротивляется, тем выше желание её присвоить.

— Урод! — шипит сквозь зубы.

— Врать не хорошо, я красавчик, и ты это знаешь, — насмешливо бросаю и губами обхватываю мочку уха.

От этого короткого действия меня передёргивает, но в хорошем смысле. Хочется зарычать, словно хищник, поймавший свою жертву и предвкушающий сытный ужин.

— А теперь иди, — убираю руки с её живота, но перед тем, как она делает шаг вперёд, шлёпаю по заднице и прикрываю глаза от удовольствия.

— Ты больной! — выкрикивает, побагровев от злости.

Забирает свои вещички и спешно направляется в сторону здания. А я залипаю на её округлой попке, обтянутой плотной тканью юбки. Мысленно уже поставил её раком и, придерживая за ягодицы, насаживаю на свой крепкий стояк.

Ох, мать вашу! Давно меня так не накрывало, я уже и подзабыл это чувство охоты и погони. Занимательное время меня ждёт, но я возьму эту крепость, чего бы мне это ни стоило.

Закуриваю, чтобы успокоиться и избавиться от кола в зоне ширинки. После чего огибаю тачку и, открыв багажник, снимаю с себя пиджак и запачканную рубашку. Ловлю на себе взгляды стоящих неподалёку девиц, когда остаюсь с голым торсом. Подмигиваю им и достаю из сумки чистую футболку. А переодевшись, в предвкушении иду на лекцию.

В аудитории безошибочно нахожу Снежинку, сложно не найти одинокую фигуру на первом ряду. Конечно я занимаю место рядом с ней. С роду не сидел на первых партах, но ради такого важного дела можно изменить некоторые привычки.

— Да, господи! — вздыхает девушка, едва я приземляюсь.

— Можно просто «Мой бог», — шепчу, едва сдерживая улыбку.

Мне так в кайф её эмоции, что удержаться будет сложнее, чем я представлял.

— Удивительно, — мотает головой, при этом на меня не смотрит, взгляд сосредоточен на доске, будто там написана теория сотворения мира, не иначе.

— Насколько я красив? — вопросительно выгибаю брови.

— Насколько ты самоуверен, — выплёвывает и удостаивает меня своим вниманием. — Открою тебе одну истину, клоун, — наклонившись, возвращает мне мои же слова. — Самоуверенность не является признаком привлекательности.

— Врёшь! — громко и наигранно возмущаюсь, шлёпнув ладонью по столу. — Получается, родители мне врали, когда говорили, что я самый красивый ребёнок?

— Получается, так, — разводит руками и отворачивается. — Найди себе другое место, мне неприятно находиться с тобой на таком близком расстоянии.

— И снова враньё, Снежинка, — цокнув языком, скольжу ближе, настолько, что наши бёдра соприкасаются, и на лице девушки появляется лёгкий румянец смущения.

3.2

Ник

Надо отдать должное моей соседке по парте за умение так мастерски игнорировать и бить по моей самооценке. Ко мне никто и никогда не проявлял безразличия. А Снежинка делала из меня пустое место на протяжении двух лекций. Она не реагирует на мои выпады, делает вид, что не слышит моих подколов, и больше не покрывается алыми пятнами, когда я прикасаюсь к ней.

Это не просто удар по самолюбию, она растоптала меня. И этим, к сожалению для неё самой, подписала себе приговор. Я не привык отступать, а теперь не просто хочу её, это уже моя главная цель в жизни. До момента, когда она будет стонать подо мной, а губы беспрерывно повторять моё имя и просить ещё.

Ближе к концу последней лекции я выпал из реальности, выстраивая в своей голове стратегию штурма ледяной снаружи крепости. Выныриваю, когда раздаётся стук по столу и голос огненной девочки с маской холодной королевы.

— Пока не расходимся, прошу минуту вашего внимания, — громко проговаривает Снежинка, встав перед всей аудиторией. — Каждый год в начале осени стартуют университетские лиги футбола, волейбола и баскетбола. Я, как представитель профкома, ищу желающих вступить в команды. Кто заинтересован, прошу записаться, — строгий тон, цепкий взгляд, блуждающий по помещению, избегает только меня.

Она ещё и представитель профкома, помимо всего прочего. Ох и тяжко мне будет, но зато интересно.

— А что мы с этого иметь будем? — насмешливо интересуется какой-то парень. — Призом ты будешь? Заучек я ещё не трахал, — добавляет, и по аудитории проносятся смешки.

Разворачиваюсь, чтобы взглянуть на этого шутника, и нахожу его почти сразу. Модная нынче причёска, футболка с огромными буквами известного бренда, на носу очки-авиаторы с жёлтыми стёклами, нога согнута в колене, и сам он полулежит на скамейке. Мажор, одним словом. Я, если судить по финансовому состоянию моей семьи, тоже являюсь представителем этой расы, с одним отличием — воспитывали нас как простых смертных.

— Призом я буду, — бросаю, взглядом показывая мудаку, что он с этого иметь будет — переломы, ссадины, выбитые зубы.

— Во-первых, участие в соревнованиях между вузами, городскими и, при желании, всероссийскими студенческими лигами, — голос Снежинки остаётся спокойным, но взгляд становится чуть острее. —Это и опыт, и эмоции, и связи. Во-вторых, активисты и спортсмены получают дополнительные баллы к рейтингу, шанс на повышенные стипендии и благодарности от ректора. В-третьих, бесплатный доступ к спортзалам, тренировкам и экипировке. Ну и, в-четвёртых, никто не отменял грамоты, медали, поездки и... уважение. В резюме тоже не лишнее. И, наверное, для тех, у кого гормоны до сих пор на фазе пубертата, самое интересное — это слава и фанатки, которые готовы на всё, лишь бы удостоиться внимания спортсмена, — после этих её слов вокруг начинают улюлюкать.

— А ты на что готова ради внимания? — очередной остроумный вопрос от другого мудака.

— Я готов на многое, — снова подаю голос, но вот, нахрена я в охранники записался, мне не понятно.

— А ты кто? Тебя кто-то спрашивал? — прилетает в ответ.

Прищуриваюсь, унюхав достойного соперника. Этот, в отличие от мажора, явно с яйцами. На нём футболка с эмблемой борцовского клуба, тело бугрится от мышц, уши поломаны, взгляд как у питбуля.

— Могу объяснить, кто я, — говорю и уже предвкушаю знатный спарринг.

— Ноль вопросов, даже интересно, — сказав это, он подаётся слегка вперёд и смотрит насмешливо.

Так, Ник, вспомни, что ты дал обещание отцу и уже нарушил его. Хочешь кулаками помахать, делай это за пределами университета.

— Забились, — коротко киваю.

— Хватит фонить насилием! — требует Снежинка, прерывая наши с борцом гляделки. — В общем, привилегий много, кто хочет, подойдите ко мне и запишитесь. Дальше, через месяц у нас посвящение, в котором вы так же можете участвовать, и осенний бал, куда вы больше полезны будете в команде организаторов. На этом пока всё, кому интересно, подходите, — с этими словами девушка подходит к преподавательскому столу, виляя своими бёдрами на потеху всем присутствующим.

Неожиданно раздаётся скрип зубов и треск, не сразу понимаю, что это я так челюсть сжал и ручку в пальцах раздавил. Нет, всё ясно, пока стрелка моего компаса указывает на Снежинку, я буду беситься, что кто-то пялится на неё. А как получу своё, мне уже будет насрать, кто и куда смотрит.

Остаюсь сидеть на месте, естественно, не собираюсь вляпываться в эти кружки. Ладно был бы бокс, туда с удовольствием бы вписался, но для меня беготня по полу за мячом имеет исключительно развлекательные цели. Каждые выходные играем с отцом и братом, и этого достаточно, не на столько привлекательно, чтобы ввязываться всерьёз.