Роннат – Последний дар. Книга 2. Имя (страница 13)

– Нет, как-то не приходило в голову.

– Прошлое записано, как на картине, – пояснил Ренфел. – Тебе не придётся переживать то же самое, что и предыдущему хранителю.

Севир за секунду обдумал сказанное и кивнул:

– Звучит неплохо. Но Виктар и остальные не согласны. Почему?

– В какой-то момент мы точно узнали город, где искать владельца последнего дара, но не преуспели. Повторять слова, сказанные тринадцать лет назад, сейчас, мягко говоря, не актуально. Поэтому я предложил получить новую информацию.

– Чего? – не понял Севир.

– Виктар, прекрати! – возмутился Ренфел. – Севир, с помощью Оракула можно поговорить с Двуликой.

– Погодите, – Севир прикрыл глаза и со смешком потёр переносицу, – то есть вы хотите сказать, что я вот так запросто возьму и позову Двуликую на разговор? Как… Я не знаю, то есть просто так? Это шутка?

– Нет, не шутка. И не просто так: за плату, рискуя попрощаться с мозгами. А так – всё верно, – фыркнула Анжела.

– Плату?

– Один из предыдущих хранителей сильно постарел после такого разговора.

Севир увидел справа от себя столик с закусками и приложил палец к губам, призвав к тишине, щедро налил себе вина, выпил тремя большими глотками и принялся поглощать кусок за куском, наплевав на манеры и окружающих. В какой-то миг он даже имя своё забыл. И только когда челюсти заныли от непрерывного жевания, Севир остановился и подытожил:

– Итак. Ренфел и Орвел предлагают мне посмотреть в прошлом сведения, которые, возможно, ничего не дадут. Виктар, ты думаешь, стоит побеседовать с Двуликой и узнать, что нам делать, получить точные инструкции. Э-э-э, Анжела?

– Я и Мес считаем, что тебе нужно заняться своим привычным делом – продолжить смотреть вероятности.

– И это научило бы меня управлять Оракулом. А вы, ребята?

Близнецы переглянулись и покачали головами.

– Мы в эти разговоры не лезем, – сказал Фин.

– Но будет здорово, если ты разберёшься, как складывать Оракул в куб, – добавил Бун.

Севир кивнул.

– Что ж. Анжела, уж прости, но вероятности нам сейчас ни к чему. Это всё равно что столовой ложкой вычерпывать воду из тонущего корабля. Вопрос: почему я не могу сначала глянуть в прошлое, а потом уже поговорить с Двуликой?

– Возвращение в прошлое займёт время, – сказал Виктар, – примерно полдня за год. То есть шесть-семь дней. Это много. У нас столько нет.

– Чего сразу не сказали? Подождите, а как я буду, ну, есть? Пить? Спать?

– А ты не будешь, – сказала Анжела. – Я поставлю тебе внутривенно необходимые вещества, включая тонизирующие.

– Здорово. Просто потрясающе. Хотя это логично. Иначе вы бы смогли посмотреть историю всего мира со дня создания. Да, шесть дней без сна… Так и до галлюцинаций недалеко. Ха, вы поэтому не озвучиваете мне ту часть указания, что у вас есть? Чтобы я не смог ничего придумать от себя, так? Умно, умно… У меня есть идея получше.

– Какая?

– Посмотрю в будущем.

Виктар спрыгнул со стола и уточнил:

– Что ты имеешь в виду?

– Это своего рода пророчество, – пожал плечами Севир. – Мы в любом случае попытаемся его узнать. Значит, скорее всего, существует вероятность, что я его когда-нибудь услышу: от Двуликой, например. Или если мы проведём этот опасный эксперимент с просмотром прошлого. С помощью Оракула я могу выцепить саму эту вероятность и озвучить пророчество сейчас. Если не получится, тогда постучимся к Двуликой. Все согласны?

– Я ничего не понял, – проговорил Бун.

– Это какой-то бред! – добавил Мес.

– Этот «бред» займёт несколько минут и уж точно не повредит мне рассудок. Давайте я попробую самый быстрый и безопасный вариант, прежде чем рисковать?

Ренфел скрыл довольную улыбку в кулаке, но Анжела это заметила и ткнула познавателя в плечо:

– Ох, старый лис, и всё-то выходит по-твоему!

– Так и поступим. Ты готов? – спросил Виктар.

– Готов.

Севир шагнул в Оракул вместе с Анжелой, остальные поднялись на подиум. Вставив куб обратно, Севир погрузился в свои фантазии.

Перед ним снова возникли гигантские зеркала. Севир плыл где-то в космосе, и в голове диким потоком проносились образы и мысли. Они перекрывали своим шумом внутренний голос. Зеркала мутнели, в отражениях бродили посторонние тени.

Севир сжал зубы и зажмурился, вернувшись в реальность.

– Анжела, выйди. И вы все, уйдите! Мне нужны чистые зеркала.

Он не увидел и не услышал, выполнили члены Коллегии его указания или нет, но постепенно к зеркалам вернулся блеск и стало тихо. Севир выдохнул и попробовал представить последний дар.

В голове возник образ тёмного предмета.

«Наверное, мне и не нужно знать, что это за вещь. Если последний дар – это вообще что-то материальное. Может, я его даже никогда не увижу. Что ж, попробую представить, как услышу слова пророчества».

Зеркала изменили угол наклона, отразив Севира бесчисленное количество раз. Он всмотрелся и с удивлением увидел себя в странной бежевой одежде, с загорелым измученным лицом.

Из глубины зеркал раздалось эхо. Оно приближалось, волной искажая образ Севира. Слова становились громче и разборчивее. Севир, не сдержавшись, засмеялся – как всё оказалось просто!

«Я более не властна над вашими судьбами. Я сделала последний дар. Я не ведаю, кто его получит. Но знайте: ребёнок родится в следующий год и наречён будет отцом, но последний дар он получит, когда имени будет лишён. Найдите его, или Ародан покроется слоем костей и пепла».

Видение развеялось, и перед Севиром появились уже привычные зеркала, в которых мелькали будущие вероятные события. Он перевёл дух. Удача, да ещё с первой попытки, и вдохновила, и обеспокоила. Значило ли это, что в недалёким будущем Севир всё-таки рискнёт заглянуть туда, на тринадцать лет назад? Или в других сценариях Двуликой он знал пророчество?

Последняя мысль так захватила, что Севир не сразу заметил, как всё затянуло багровой дымкой. Севир вскинул голову и с ужасом увидел, что зеркала залиты кровью. Мёртвые познаватели взирали на него пустыми глазами. Севир в панике начал перебирать пальцами, словно держал в руках куб. Все зеркала показывали одно и то же:

…в зал Оракула врываются люди, и начинается бойня.

Ренфелу перерезают горло. Кричит Анжела. Орвел оседает на пол. Виктара душат и вытаскивают дар-глаз. Близнецы пытаются разбить Оракул, но у них не выходит, и обоих убивают. Мес не успевает убежать. Его предсмертный вопль едва слышен.

Когда всё заканчивается, в зал входит Микаэла. Она с ненавистью смотрит на Севира и, кажется, хочет что-то сказать, но ей втыкают нож в шею. Послушница не успевает даже удивиться и падает на пол…

«Микаэла?!»

Севир, поняв, что у него мало времени, не стал смотреть, как послушница предала их. Это он сможет выяснить позже, если сумеет всех спасти.

«Ведь можно же что-то сделать? Ведь я уже знаю о нападении, могу предупредить!» – Севир начал прокручивать в голове свои возможные действия.

Бесполезно объяснять всем, что он увидел, ведь это займёт слишком много времени. Они не поверят в то, кто их предал. Попытаться отбиться? Или стоит крикнуть Ренфелу, чтобы пригнулся, Виктару – позвать на помощь, а дальше…

Дальше всё смазывалось. Каждое действие меняло будущее, и зеркала снова становились красными.

Севир до крови закусил губу, всё его тело напряглось, будто он пытался сдвинуть гору. Одно из зеркал чуть шевельнулось, поймав блик от соседнего, и в глубине отражений Севир увидел светлое пятно.

«Ближе, ближе, покажи мне выход!»

Видение рывками приблизилось. Севир не моргал до рези в глазах, боясь упустить картинку. Мес бежит не к задней двери, а вправо. Что там? Оружие? Севир представил, что логик успевает. Пусть едва живой, пусть на последнем издыхании.

«Вот оно что! Потайной ход! То, что нужно!»

Оставалось посмотреть последнее: как забрать Оракул. Зеркала разом повернулись к Севиру и отразили одно и то же.

Теперь он знал, что делать и сколько у них времени.

Севир выпал из видений. Он призвал куб, два раза повернул, раскрыв середину, и что есть силы ударил по пьедесталу Оракула. В то же мгновение зеркала потоками воды обрушились на пол, а сердцевина сложилась в крошечный кубик, всосала жидкость, и дар исчез в шкатулке.

Все дружно охнули.

– Нас предали, бежим, – деловитым шёпотом сказал Севир и рванул к потайному люку.