Рональд Четвинд-Хейс – Элементал и другие рассказы (страница 10)

— Или посадить капусту , — на Кловер нашёл приступ неконтролируемого веселья.

— Заткнись.

Артур услышал, как его голос поднялся до высо­кого крика, и он знал, что выглядит и говорит глу­по, но, казалось, он потерял контроль над разумом. Из-за этого он говорил и вел себя как безумец.

— Потише, старик, — мягко сказал Грегори. — Не сердись. Рождество — время добра, и все такое.

— Мерзкое Рождество, — Артур трясся от яро­сти. — Думаешь, я слепой? Думаешь, я слабоум­ный?

— Уверен, ты тронулся умом, — пробормотал Грегори.

— Я знаю, что ты спишь с моей женой, — Артур грохнул кулаком по валлийскому комоду. — Уве­рен, она даже не вставала, пока я был в госпитале.

— Он такой грубый, — Кловер задрожала, и Гре­гори нахмурился.

— Старик, это чересчур. То есть, в присутствии леди и так далее. Думаю, тебе нужно извиниться.

— Черта с два, — Артур пнул комод и нетерпе­ливо посмотрел на железную кастрюлю. — Вот что я скажу. Я повторю все это в суде. На разводе. Я замараю ваши имена. Вот увидите. О, субботним газетам это понравится. Жена прелюбодействует с человеком, который переехал мужа на спортивной машине...

— Не могу позволить тебе сделать это, старик, — мягко сказал Грегори, беря большой разделочный нож. — Никак не могу, понимаешь? Нельзя, чтобы наши имена связали. Кроме того, бедняжка оста­нется без гроша в кармане.

Холодная вспышка ужаса погасила огонь гнева Артура, и внезапно ему захотелось закричать.

— Что. что ты имеешь в виду?

— Боюсь, тебя придется убрать, старик, — пе­чально сказал Грегори, обходя кухонный стол. — Нужно подумать о добром имени леди. Извини и все такое.

— Ты сошел с ума, — Артур начал пятиться, но только попал в ловушку между шкафом и стеной.

То есть, ты не можешь. — его бедный, пора­женный ужасом мозг пытался найти обоснованную причину отсрочить его приближающуюся кончину.

Черт возьми, сегодня же Рождество.

Грегори хихикнул.

— Всему свое время.

Он приблизился к Артуру, потом с аккуратной точностью ударил его ножом между вторым и третьим ребрами. Он отступил, будто бы чтобы по­любоваться своей работой.

Артур издал странный булькающий звук, потом, к испуганному удивлению Кловер, оторвался от шкафа и на негнущихся ногах пошел по кухне. Ручка разделочного ножа выступала из его груди словно ужасающая растительность. Его рот от­крылся, и розоватая пена стекала с губ. Несколько слов вырвалось из его сокращенного горла.

— Должно... быть... она... уже... встала.

Он покачнулся как выкорчеванное дерево, по­том рухнул на пол. Какое-то время стояла тишина, потом Кловер выдохнула:

— О чем он говорил?

— Не знаю, — Грегори покачал головой. — Дол­жен сказать, он был крепким орешком. Я разо­гнался больше сорока миль в час, когда сбил его старым драндулетом, и будь я проклят, если он не поправился за три месяца. Потом я ударил его ог­ромным разделочным ножом в сердце, а он расхаживает вокруг, болтая как обезумевшая обезьяна.

— Грегори, — Кловер сжала его руку. — Кажет­ся, он еще дышит

— Разве? — Грегори потянулся к другому ножу. — Мы это исправим.

Вскоре они начали обсуждать, что им делать с телом.

— Мы так не планировали, дорогой, — пожало­валась Кловер.

— Знаю, милая, но когда он начал тебе грубить, я вышел из себя. Вроде как сделал дело, оставив планирование на потом. Не стоило этого делать, знаю. Извини.

— Но Грегори, радость моя, что мы с ним будем делать?

Грегори почесал голову.

— Понятия не имею. Всегда обставлял другие дела несчастными случаями. Безопаснее. Без про­блем. Мне нужно было только коллекционировать.

— Но Грегори, дорогой, нам нужно от него изба­виться. То есть, мы не можем оставить его на кух­не, и, боюсь, что власти не помогут, не задав неприятных вопросов. Ты должен подумать, дорогой.

— Хорошо, если ты так хочешь, — лицо Грегори приняло выражение, предполагавшее, что в его мозге началась какая-то деятельность. Потом он заговорил:

— Может бросить его на дороге? Несчастный случай, удар молнии.

— А нож в сердце? — Кловер покачала головой. — Эти милые полицейские не поймут.

— Наверное, ты права, — Грегори покачал голо­вой. — От него не избавиться. Нам придется его закопать. Но вопрос — где?

Наступило долгое молчание, потом Кловер под­прыгнула от волнения.

— Есть одно безопасное место. Под каменной горкой.

Грегори ударил себя по бедру.

— Какая замечательная идея. Он любил эту страшную старую каменную горку, и под кирпи­чами он будет в полной безопасности.

— Уверена, он бы этого хотел, — нравоучительно заметила Кловер.

Грегори налил себе выпить, потом сел в кресло Артура и скрестил ноги. Кловер почти нахмури­лась.

— Ну, не лучше ли тебе приступить к делу?

— Что? Сейчас?

— Я точно не хочу оставлять его здесь. Ужин бу­дет испорчен.

— Но как же снег? И камни, и все остальное?

Кловер не ответила, и вскоре, глубоко вздохнув, Грегори встал и направился к двери.

— Это слишком. Особенно в Рождество.

Ему потребовалось три часа, чтобы разобрать «каменный сад»; и еще два, чтобы выкопать трех­футовую яму в промерзшей земле. Потом Грегори взбунтовался:

— Будь я проклят, если выкопаю еще хоть дюйм. У меня болит спина, я замерз и голоден.

— Ты же не думаешь..? — начала Кловер.

— Нет. Я сброшу его туда, побросаю грязь об­ратно, навалю на него камней и закруглюсь. Держу пари, эгоистичный негодяй не сделал бы для меня и этого.

К пяти часам он вернулся в кресло Артура. Он выглядел замерзшим и усталым, но у него было ли­цо человека, который считает, что отлично потрудился.

— Снег снова пошел, — объявил он. — Отлично скроет мою работу.

— Грегори, — красивое лицо Кловер было омра­чено затрудненным выражением. — Как мы объ­ясним его отсутствие?

— Скажем, что он уехал и бросил тебя. На него это похоже. Он был хамом.

— Но деньги... — пожаловалась она. — Как мы получим деньги? Мы должны доказать, что он мертв.

-Черт, ты права, — Грегори выпрямился. — Про­клятье, вечно что-то не так. Что нам делать?

— Тело его жены так и не нашли, — задумчиво сказала Кловер.

— Не может быть!

— Они нашли машину на вершине скалы у Чал- мута. Машину и ее панталоны.

— И что?

— Я всегда могу сказать, что он так и не опра­вился от смерти первой жены, — предложила Кло­вер. — Всегда мучился, несмотря на все, что я делала, чтобы он забыл. Однажды он даже отвез ме­ня на ту скалу в медовый месяц. Я легко могу най­ти ее снова.