Рон Хаббард – Навстречу Возмездию (страница 22)

– Не бойся, – ответила Адора. – Через три дня мы начинаем перевоспитывать этих шовинистов-гомосексуалистов. Можешь мне поверить, детка, после: того что им продемонстрирует наш муж, здесь стены, будут трястись от оваций. У них просто застежка на брюках треснет от восторга, когда они это увидят. Гомики не смогут устоять!

Я похолодел. Перед моим мысленным взором предстала совсем иная картина.

Застревая в дверях, я бросился в свою комнату, заперся и рухнул на софу. Меня била дрожь. Кроме того, я почувствовал, что у меня поднялась температура.

Сработает ли мой план?

Успею ли я?

Если злой рок ответит «нет» на оба вопроса, то мне придется пустить себе пулю в лоб, потому что моя жизнь станет совершенно невыносимой.

Слишком измученный, чтобы смотреть на экраны, я завернулся в одеяло и провалился в жуткий кошмар, где мне ничего не удавалось. Я попал в ад, полный демонов Манко; меня насиловали демоны-гомосексуалисты, хотя я застрелился еще за день до того.

Глава 5

Я проснулся поздно и взглянул на часы. Меня охватила паника. Одиннадцатый час! Скоро начнется заседание суда!

Срывая бинты, я схватил экран. Так и есть! Зал заседаний.

Я вздрогнул и поспешно набрал номер "Орлиного глаза". Ответил прокуренный бас.

– Вы все еще хотите получить пятьдесят тысяч? – спросил я.

– Награду за ту женщину? Ту, которой надо вручить иск? Ту, которая обвела вокруг пальца наших людей? Да, конечно!

– Она сидит в зале заседания судьи Куваддера Твиста. Похоже, заседание еще не началось. Если вы поторопитесь, то схватите ее!

– Едем, – ответил он и повесил трубку.

Я в тревоге взглянул на экран. Да, заседание еще не началось. Скамья подсудимых пуста. Но, судя по тому, что я смог увидеть, в зале собралось много народу. Я попытался вычислить, в каком ряду сидит Крэк. Но не смог, потому что она вертела головой. Двойник! Рядом с ней сидел двойник Вундеркинда!

Графиня Крэк, конечно, зла и жестока, но она глупа. Иск все еще был в силе, а она беспокоилась только о двойнике. На коленях у нее лежал портфель. Все оказалось проще простого!

Я взглянул на другие экраны. Кроуб возился в лаборатории – судя по всему, разрабатывал новые жуткие комбинации клеточных структур мозга – и счастливо улыбался.

Другой экран показывал кабину фургона. Ага, Хеллер нашел их. Я решил, что он не появится, пока двойник Вундеркинда не произнесет в суде свою речь.

Солнечные лучи, пробиваясь в комнату, слепили меня. Я надвинул бинты на глаза.

Одно можно сказать о судах совершенно точно: они работают очень медленно, и большую часть времени в них приходится сидеть, ждать и еще раз ждать. Сейчас это было мне на руку.

Я пошел и сделал себе кофе. Потом достал печенье, покрытое шоколадом, а внутри белое, и съел целую коробку. Допив кофе, я вернулся к экрану.

Ага! Началось! У дверей стоял сотрудник агентства и разговаривал с охранником суда. Они посмотрели в зал. Потом охранник кивнул, словно говоря: "Действуйте", – хотя в общем гуле слов не было слышно.

В зал вошли еще два охранника. Четвертый встал у двери, охраняя выход. Остальные трое медленно пошли по рядам, внимательно всматриваясь в лица. Они тратили слишком много времени на разглядывание каждого из присутствующих.

Графиня следила за их продвижением. Но я был уверен, что она не сможет ускользнуть. Даже если она загримировалась, ей это не поможет, потому что охранники обучены различать следы пудры или краски.

Из дверей вышел судья Кувалдер Твист, и кто-то крикнул: "Всем встать!"

Присутствующие поднялись. А охранники продолжали обход.

Судья Твист занял место на возвышении. Лицо у него покраснело от двухдневного пребывания на солнце, но держал он себя строго по-деловому. Он поднял молоток.

Сперва нужно было объявить несколько приговоров. Мужчина сбежал от жены и не обеспечивал ее. Его поставили перед возвышением, и судья приговорил его к семи годам каторжных работ.

Следующим был бандит, который грабил офисы, связывая клерков. Ему дали год условно.

Далее шел двоеженец, которого признали виновным. Судья приговорил его к пожизненному заключению.

Последней оказалась старуха, поскользнувшаяся перед домом Бэлтмэна. Судья объявил, что ей должны заплатить пятнадцать миллионов долларов.

– Ну, Бекки, – любезно обратился судья Твист к нищенке, которая только сейчас узнала о привалившем ей богатстве, – везет тебе в этом году. Ты уже в третий раз выигрываешь дело.

– Спасибо, ваша честь, – прошамкала старуха. – И я не забыла об отчислениях в пользу судей, как мы договорились.

Твисту, похоже, хотелось поскорее от нее избавиться, потому что он торопливо отвернулся.

В этот момент один из охранников оказался буквально перед моим экраном и нагнулся к нему. Он заглядывал в лицо графини Крэк.

– Уистер, – произнес судья. – У меня тут есть материалы для специального слушания. Клерк, позовите Уистера!

В поле моего зрения появилась рука и отодвинула охранника.

Двойник Вундеркинда и сидевший слева пожилой человек прошли вперед вместе с графиней Крэк.

Ну, это ненадолго. Я уверен, что ее вычислили, судя по тому взгляду, который бросил на нее охранник. Да, он быстро вернулся к агенту "Орлиного глаза", и теперь они разговаривали.

Двойник подошел к указанному ему месту.

– Здесь что-то не так, – заметил судья. – Где ваши адвркаты? Вас обычно сопровождают Отвертини, Надувало и Сржрэ.

– Я их уволил, – ответил двойник. – Я сам буду защищать себя.

– Не может быть! – воскликнул судья, – Так не пойдет! Как же адвокаты будут богатеть, если они не смогут выжимать соки из таких, как вы? Вы выгодный клиент.

– Боюсь, что нет, – ответил двойник. – Видите ли, ваша честь, я признаю все выдвинутые против меня обвинения.

– Да, в таком случае защита не потребуется. Итак, я принимаю ваше признание. Виновен. Вы объявлены виновным.

– Да, ваша честь.

– Хорошо. Но в чем вы признаете себя виновным? Прежде чем признать вас виновным, мы должны отметить в протоколе, в чем вы виновны. Поскольку вы сами себя защищаете, то я возьму на себя обязанность разъяснить вам ваши права. Итак, что за преступления вы совершили, Уистер? А?

– Все иски против Уистера на самом деле относятся ко мне, а не к Уистеру.

– Вы меня запутали, – проговорил судья.

– У меня есть брат, его фамилия Уистер. Меня и брата перепутали. Чтобы спасти честь семьи, я решил по доброй воле признаться в том, что совершил все те деяния, в которых обвиняют Уистера.

Судья пошарил по столу. Потом подозвал клерка, и они вместе принялись перебирать бумаги. Наконец они что-то нашли.

– Ага, – воскликнул судья, перечитывая какой-то официальный документ, – похоже, те женщины сняли свои иски. Наверное, они догадались о вашем решении и поняли, что у вас нет денег.

Обвинитель, помощник прокурора, подошел поближе и что-то зашептал судье на ухо.

– А-а-а, – протянул судья. – Обвинение в изнасиловании несовершеннолетней в Мексике. Это весьма, весьма серьезное обвинение. Клерк, посмотрите, что у нас еще есть об этом. Я утром не успел разобрать бумаги. Спасибо, господин прокурор, что вы обратили на это мое внимание. Мы не можем проигнорировать изнасилование несовершеннолетней, даже если оно произошло в Мексике.

Клерк отошел к своему месту, вернулся с телеграммой и протянул ее судье.

Твист прочел ее и тяжело задышал.

– Плохие новости. Это ответ на запрос. Давайте прочтем. Государственный департамент и департамент юстиции США связались с мексиканскими властями. Гм-м-м… С тех пор как мексиканцы начали производить автомашины «фольксваген», кража ослика уже не считается преступлением, так что к черту ослика. Гм-м-м… А вот начинаются плохие новости. Да, вот результаты экспертизы: в запросе сообщалось, что изнасилованная девушка была девственницей, а мексиканские эксперты отказываются поверить в то, что в Мексике еще остались девственницы, особенно в местечке Копула. Поэтому они не поддерживают иск… Департамент юстиции США хочет знать, не крали ли вы «фольксваген». Вы крали «фольксваген», Уистер?

– Нет, – ответил двойник, – я вообще не был в Мексике.

– Значит, ни то ни другое. Дело в том, что они отказались поддержать иск, поэтому мы не можем обвинить вас в этом. – Твист здорово разозлился. Его лицо еще больше покраснело. – Клерк, господин прокурор, есть у нас что-нибудь, за что мы можем посадить этого молодого человека? Получается, что мы зря тратим время. Вот стоит потенциальный заключенный, и нам не в чем его обвинить! Это просто невероятно! Мы зря тратим деньги налогоплательщиков! Немыслимо!

Клерк порылся в бумагах и подошел с каким-то документом.

– Вот заявление Психо, Шизи и Словоблудинга, и оно еще не отменено. Это ордер на арест Рады Парадис Крэкл, обвиняемой в связи с Уистером.

Судья взял бумагу и взглянул на двойника.

– Здесь упомянуто ваше имя. – Он перечитал ордер. – Ага! Направить девушку в Белльвью. На психиатрическое обследование. Но здесь сказано, что ее не должен обследовать доктор Эмбрион П. Кроуб. Что за черт? Кроуб – один из наших самых надежных психиатров. На него всегда можно положиться, если нужно от кого-нибудь избавиться. Ладно! Мне не обязательно следовать чьим-то указаниям. Я могу поступать так, как считаю нужным. Кто такая эта Крэкл, если не считать того, что она сообщница Уистера?

Пожилой мужчина, которого я заметил раньше, выступил вперед: